Алексей Ковтунов – Путь Строителя (страница 30)

— КОША-А-АК! — заорал так, что вода вокруг пошла рябью, над лесом на той стороне от деревни взмыла стая птиц, а с дозорной вышки упал стражник.

[Путь Разрушения: 6%]

Это мне за стражника начислили?

Глава 12

И всё-таки не стоит недооценивать силу слова. А про силу нецензурного слова и вовсе, можно промолчать, ведь в его могуществе сомневается только глупец.

Я выбрал свой путь, система добавила еще один, тоже близкий мне по духу, и по этим путям мне теперь придется идти. И слово может помочь в этом, ведь как без него может происходить созидание? Кто-нибудь видел стройку, на которой никто не матерится? То-то же, и я считаю, что это совсем не совпадение.

Так и сейчас, слово, в которое была вложена Основа, практически произвело нужный мне эффект. Нет, кошак не убежал, а даже напротив, заинтересовался мной еще больше. Но зато теперь за частоколом послышался грохот, какие-то шевеления, и чистейший, совершенно неразбавленный лишними словами мат.

Видимо, стражник всё-таки приземлился достаточно удачно и теперь спешно пытается забраться обратно на вышку. Ну, с добрым утром, дружище. Извини уж, что будильник сработал вот так.

— Какая мразь там орет? — наконец на вышке показалась перепачканная в грязи и крайне недовольная голова без шлема. Видимо, потерял при падении и не успел найти.

Я бы рад ответить, но теперь легкие слишком заняты дыханием, так что крикнуть снова уже не выйдет. Так что продолжил смотреть на кошку, ну а она стояла на берегу и спокойно изучала меня взглядом вдоль и поперек.

Хотя ладно, когда я орнул, она все-таки немного напряглась и сделала шаг назад. Но не более того, так что теперь остается только смотреть друг другу в глаза и думать, чем это все может закончиться. Я-то на коряге болтаюсь, полностью погруженный в ледяную воду и с каждой секундой пальцы немеют все сильнее. Хотя еще минуту назад я был уверен, что больше держаться не смогу, но вот, болтаюсь же как-то.

Есть такое ощущение, что этот крик сработал не совсем, как я предполагал. Кошка просто переосмыслила ситуацию и увидела мою слабость, так что ждать осталось уже не так долго.

— Рей, ты чтоль? — снова заорал стражник. Видимо, смог найти меня взглядом. — Хрен ли ты в воде делаешь, дебил? А ну вылезай живо! И чтоб к вышке сразу шел, я тебе поджопник отвешу!

Он правда не понимает? Хотя на самом деле разглядеть кошку с такого расстояния не выйдет даже при всем желании. Ее шкура замаскирована под местность идеально, и пока кошка не двигается, увидеть ее практически невозможно даже вплотную.

Зверь тем временем даже не повернул головы в сторону деревни, но явно заторопился. Все-таки меня надо прикончить и желательно сожрать к моменту, когда люди опомнятся, проснутся, оденутся и выйдут из деревни. Так что Кошка нетерпеливо переступала лапами, еще раз потрогала воду и недовольно фыркнула. А вот то, что она слегка прижалась к земле и опустила голову мне совсем не понравилось… Это явно намекает на то, что рано или поздно голод пересилит нежелание промочить шкуру.

— Ты там живой вообще? — стражник, так и не получив ответа, явно напрягся. — Вот же… — выругался он и сразу принялся спускаться с вышки, — Рей, собака! Живой или нет? Вот же дебил… Чтоб тебя в говно макнули… — эти слова уже было едва слышно, и судя по удаляющимся шагам, стражник побежал поднимать тревогу. Ну, или делиться радостью, что Рей больше не проблема для всей деревни.

Кошка тем временем медленно двинулась вперед и вот уже две передние лапы погрузились в воду. Да сожри ты рыбу, дура! Зачем тебе эти проблемы?

Но, видимо, теплое мясо ей кажется более вкусным, так что постепенно она действовала все решительнее. Еще пара шагов, и погрузится в воду ровно настолько, насколько нужно. А мне что делать? Так-то единственным вариантом остается отпустить корягу и плыть вниз по течению, надеясь, что кошка рано или поздно отстанет. Вопрос, смогу ли я выгрести к противоположному берегу одеревеневшими руками, или просто подгажу сволочи и назло ей утону где-нибудь на середине. Пусть голодная ходит, нечего деревенских подъедать.

Но рыбу точно не отпущу. Такого судака без боя точно не отдам и если придется, заберу его с собой на тот свет. Збавно будет если помру тут и очнусь в своем теле, буду потом вспоминать эти приключения как забавный сон.

Ладно, висеть явно бесполезно. Сколько там стражник будет искать подмогу? А сколько времени потребуется на то, чтобы отряд вышел из ворот, обогнул деревню и добрался до сюда. Хотя ладно, может тоже через дырку в частоколе вылезут, но все равно это долго. Так что вариантов не остается.

Уже вдохнул побольше воздуха, начал пытаться разогнуть деревянные пальцы, намертво впившиеся в корягу, как вдруг краем уха услышал странный звук.

Шаги, причем невероятно легкие и как-то неправильно быстрые приближались с немыслимой скоростью. Кто-то за частоколом мчался через деревню, затем раздался хлопок, и спустя мгновение над частоколом мелькнула тень, будто кто-то очень быстро через него перепрыгнул. Настолько быстро, что я даже смог толком разглядеть.

В этот раз кошка резко прижалась к земле, оскалилась и зашипела. Она явно почувствовала, что появилась не новая жертва, а настоящий, равный по силе хищник. Или не равный, сейчас она всеми силами пыталась оценить опасность.

Незнакомец стоял спокойно и невозмутимо смотрел на кошку, будто бы это обычный домашний питомец, а не вершина лесной пищевой цепочки. Никакого оружия, только грабли на плече, деревянные, с обломанным зубом. Откуда он вообще эти грабли взял? А главное, зачем? Хотя ладно, сейчас не до этого.

Кошка низко зарычала, показывая противнику свои клыки и не отрывая от него взгляда. Переступала лапами, примерялась, и было в этом рычании что-то, чего раньше не было. Не прежняя уверенность хищника, а напряжение. Словно кошка как-то почувствовала, что перед ним кто-то действительно опасный.

Прошло несколько секунд тишины, и оба, совершенно не сговариваясь, резко бросились в бой.

Когти со свистом рассекли воздух там, где только что стоял мужик, оставив светлые росчерки, будто кто-то полоснул по темноте раскаленным железом. Но незнакомца там уже не было, он будто просто переместился в сторону, без прыжка или какого-то видимого усилия, и черенок граблей опустился кошке поперек хребта с коротким сухим звуком. Но на этом мужик не остановился, тут же ушел вправо, поменял хват.

Кошка крутанулась, лязгнула зубами в пустоту и снова прижалась к земле. Оба двигались быстро, слишком быстро для нормального утра, и я болтался на своей коряге и смотрел на это, как на качественный боевик, но в перемотке.

Незнакомец снова пошел вперед, и на этот раз кулак у него слабо засветился, что-то плотное и желтоватое собралось вокруг костяшек и ударило кошку в плечо. Та отлетела на шаг, зашипела, рванула в ответ. Он принял удар на черенок, ручку граблей повело в сторону, но устоял, оттолкнул, разорвал дистанцию.

Они кружили по берегу еще несколько секунд, и в какой-то момент мужик перехватил грабли обеими руками, описал широкую дугу и ударил плашмя по земле.

Думал, что это он просто промахнулся, вот только взрывная волна дошла даже до меня, а земля в месте удара пошла широкой трещиной.

Даже не просела, раскололась пополам, коротко и резко, а взрывной волной кошку буквально вымело в кусты, как метлой. Ветви хлестнули, затрещали, посыпались листья.

Мужик шагнул следом, раздвинул кусты граблями… Теперь понятно, почему он взял именно этот инструмент. Но ничего в кустах уже не нашел, кошку как ветром сдуло.

Он постоял секунду, потом сердито помотал головой.

— Ушла, сволочь…

Только убедившись, что опасность миновала, мужик развернулся и огляделся по сторонам. В итоге взгляд все же упал на меня, все так же болтающегося в ледяной воде.

Я его узнал только сейчас, когда он повернулся лицом. Кейн, охотник, живет на краю деревни, я видел его пару раз мельком, но особо не пересекался. Хорг про него как-то буркнул что-то неразборчивое, но без обычного раздражения, что само по себе уже говорило немало.

Кейн подошел к берегу, не торопясь, присел на корточки и опустил руку в воду.

— Ух! Бодрит. — усмехнулся он и кивнул мне, — Ты там не перебодрился, Рей? Может вылезешь уже?

Да, бодрости во мне сейчас, когда температура тела стремится к комнатной, хоть отбавляй. Но вылезать и правда пора, так что пришлось все же разжать пальцы и пересиливая себя, подгрести к берегу. С трудом, потому что тело к этому моменту задеревенело основательно, пальцы почти не слушались, и подъем на берег занял куда больше времени, чем хотелось бы. Кейн смотрел на этот процесс без комментариев, да и помогать особо не спешил.

Только когда я окончательно вылез, Кейн посмотрел на прут у меня в руке. Потом медленно закрыл глаза ладонями и шумно выдохнул.

— Он еще и рыбу не выпустил…

— Видал, какой судак? — не согласился я, — Когда я еще такого поймаю? Плюс, мне его закоптить надо…

— Закоптить… А ты умеешь что ли? — скривился он. — У нас в деревне сколько пробовал, всегда дрянь получается…

— Неважно, — махнул я рукой, — Суть в том, что рыба ценная.

Кейн посмотрел на меня и даже открыл рот, но попросту не придумал, что вообще можно на это ответить.

— Ты висел на коряге в ледяной реке, — произнес он наконец, — тебя ждал особый зверь, но рыбу ты все равно не выпустил. Это насколько надо быть голодным, чтоб настолько отупеть? Может тебя покормить?