Алексей Ковтунов – Путь Строителя 5 (страница 25)

— А почему только одну?.. — задумался я вслух.

Староста замолк и некоторое время просто смотрел на меня. Несколько секунд мы сидели молча, он не торопил и не перебивал, просто ждал продолжения, потому что фраза повисла в воздухе незаконченной, а староста из тех людей, кто любит ждать.

— Продолжи мысль, — наконец проговорил он. — Не понял, о чём ты.

— Говорю, почему только одну? Из живого дерева, если его будет достаточно много, мы сделаем целительную комнату! А я вижу на карте вот здесь лазарет, — я наклонился вперёд и ткнул пальцем в один из неподписанных прямоугольников. — Я так понимаю, что в случае нападения обязательно будут раненые, и их надо где-то и чем-то лечить… Так разве не всем станет лучше, если этот лазарет сам будет помогать лекарям? Не просто комната, а настоящая целительная, с рунами, с живым деревом в качестве основы. Такая, которая сама будет отдавать энергию раненым и ускорять восстановление.

Староста откинулся на спинку стула и прищурился. Рядом его жена тоже чуть подалась вперёд, и я заметил, что она слушает не менее внимательно, хотя за всё время не произнесла ни слова.

— Я поговорю с Эдвином, — медленно проговорил староста. — Возможно ли это в наших условиях. — Он помолчал, постукивая пальцем по столу. — И если так, то отправлю охотников за материалом. Но не раньше, чем появятся ворота, Рей. Не принимай на свой счёт, но сейчас мы беззащитны.

— Да там и частокол на ладан дышит, чего к воротам-то прицепились, — вздохнул я.

— Частокол пока стоит и хоть как-то защищает.

— А если временные ворота поставить? — предложил вариант, который уже давно стоило бы использовать.

— Временные на ночь ставят теперь, Рей, — в голосе старосты мелькнула усталость, и стало очевидно, что он спит немногим больше моего. — Давай так. Управься за две недели хотя бы с первыми этажами башен, поставьте с Хоргом ворота, и я обязуюсь добыть тебе этот материал, принесут куда скажешь. Но учти, что даже если вы с Эдвином спасёте Вивию, а из-за этого пострадает качество башен, все усилия будут напрасны. Она погибнет зимой, как и остальные жители деревни.

— Но две недели слишком много… Одна от силы. — все-таки Эдвин не дает гарантий, что когда закончится масло мать Сурика проживет хотя бы день, — Надо ведь ещё придумать, что с этим материалом делать, как обработать, куда применить…

— В таком случае у тебя есть неделя, — староста нахмурился, и морщины на лбу стали глубже. — Думай, Рей. Все ресурсы у тебя есть.

На этом разговор закончился. Староста поднялся и пошёл наверх, а я направился к выходу. Жена старосты проводила меня до двери и молча кивнула на прощание, и в этом кивке мне почудилось что-то вроде одобрения, хотя, возможно, просто показалось, потому что с недосыпу и не такое привидится.

С одной стороны, получил отказ. Сухой и взвешенный, и тут даже не поспоришь, потому что староста по-своему прав, и аргументов против его решения нет. Это не эмоции, не упрямство, а чистый расчёт, и по логике именно так будет правильно.

Но по сути-то он и не отказал, просто выдвинул условия. Неделя на первые этажи башен и ворота, и тогда охотники пойдут за живым деревом. Значит, всего-то надо ускориться, настроить производственные цепочки, расставить людей по местам, максимально загрузить формочки из големовой глины, чтобы кирпич шёл без перерывов. У нас Основа есть, в конце-то концов, и материалы, которые ускоряют работу в разы, а то и в десятки раз!

Так что вышел на улицу уже с улыбкой на лице и бодрым шагом направился к своему участку, откуда сквозь утренний шум деревни уже во всю доносился рёв Хорга.

Участок встретил меня треском дров и густым белесым дымом, который стелился по земле и лез в глаза. Но на этот раз шум, крики, и дым служили скорее фоном, потому что масштабы происходящего перед глазами заставили притормозить и оглядеться внимательнее.

Что-ж, как по мне, карта старосты слегка устарела. Мужики за вчерашний день и сегодняшнее утро успели вырубить кусты на добрую сотню метров в каждую сторону, расчистили берег, накопали новых ям и отсыпали ровную площадку, по которой теперь свободно разъезжались телеги и тачки, не увязая в корнях и грязи. Раньше тут были заросли и глинистая каша, а теперь вполне приличная рабочая территория, пусть и далёкая от совершенства. Вчера-то я этого не заметил вечером, было не до того как-то, но теперь тут стало заметно многолюднее, так что разница налицо.

Здоровенная десятиметровая яма для угля стояла готовая к использованию, с аккуратно вылепленными ступеньками, желобами и горшочками на дне. Две поменьше уже загружены и вовсю пыхтели, выдавливая из сосновых чурок уголь и заодно пек для обмазки фундаментов.

Но это только верхушка айсберга. Оставшиеся ямы и кучи дров во всю выжигали известь, белый пар поднимался над ними ленивыми клубами, и воздух вокруг пах горячей пылью и палёным камнем. Одна яма стояла молча, прикрытая глиняными черепками, и в ней лежали мои кирпичи. Три сотни штук, обжечь-то обжёг ещё вчера, а достать за утро не успел, руки были заняты арматурой и разговорами.

Что касается бетона, тут переживать не о чем. У Хорга всё под контролем, производство набрало обороты и масштабы растут с каждым днём, телеги возят материал без перерыва, мужики месят, сыпят, таскают. А вот с кирпичами…

Под навесом обнаружилось нечто похожее на стихийное собрание. Пятеро вчерашних рабочих, Уль с Ректом и Сурик расселись полукругом и разглядывали новые формочки, передавая их из рук в руки с таким вниманием, будто это не глиняные коробки для кирпичей, а ювелирные изделия. Сурик держался заметно бодрее, чем утром, и взгляд у него стал другим, сосредоточенным и деловитым, без вчерашней тоски на дне.

— Так это что же, не метка, а руны? — удивлённо озвучил общий вопрос Рект, вертя в руках формочку и поворачивая её на свету. — А что они делают?

— Да не, руны я видал, — поумничал один из мужиков, широкоплечий бородач с обветренным лицом. — Это, видать, пацан наш свое клеймо придумал. Тут и буква вон, «Р», а его Реем зовут.

— Буква-то ладно, но тут посмотри что… — Рект протянул формочку и указал на руну восстановления, ту, что с извилистой линией и загнутыми стойками.

Насчёт руны он попал в точку, хотя вряд ли понимает, куда именно попал. По сути, на формочке для кирпича эта штука бесполезна, формочки не подвержены особым повреждениям, если не давать их в руки людям, которые ломают всё, к чему прикасаются. Но всё равно приятно, что она есть, потому что теперь я её выучил и могу наносить осознанно. И тот же фундамент можно даже пеком не обмазывать, если трещины будут затягиваться сами собой. Хотя обмазать всё равно стоит, лишняя защита карман не тянет.

— Да просто каракули какие-то оставил, мало ли что, — бородач отмахнулся от Ректа и приосанился. — У меня вон, свояк, в городе большой человек! Он-то мне и рассказывал, дескать, руны надо ставить… Как это слово, забыл, скажи скажу… О, точно! Ге-о-мет-ри-чес-ки выверенно! Рунолог бы поставил ровно в центре, это всем известно, что там центр силы ентот, а пацан ваш что? Ляпнул куда попало и думает, что каракули будут работать?

Произнёс это с такой уверенностью, что остальные работяги закивали, а Рект задумчиво поскрёб затылок. Свояк в городе, надо же, какие связи у деревенских мужиков. Впрочем, насчёт центра он несёт полную ерунду, потому что руны ложатся не в центр, а в узлы, и узлы эти определяются внутренней структурой материала, а не геометрией изделия. Но объяснять это бородачу с авторитетным свояком совершенно бесполезно, а молчать даже полезно, потому что пусть лучше думает, что каракули, чем начнёт задавать вопросы, на которые я не хочу отвечать.

— Сдаётся мне, что будут… — задумчиво проговорил Сурик, но это скорее в ответ на собственные мысли, чем на слова бородача. Мальчишка видел, как я работаю с Основой, и пусть он не понимает деталей, чутьё у него есть.

— Так, и чего сидим? — окликнул их, так что некоторые чуть не подскочили на месте. — Сегодня будем налаживать производство кирпича, и надо ускоряться!

— Да мы и так быстро всё делали! — возмутился Рект, вскочив и разведя руки в стороны, обозначая масштаб вчерашних трудовых подвигов. — Вон, смотри сколько налепили!

— Сегодня это всё надо собрать определенным образом и будем ставить временную печь. Но этим займутся те, кто не умеет лепить, а остальные будут штамповать. Пока готовьте рабочие места, распределяйтесь, а мы с Суриком отойдём.

Отвёл Сурика в сторону, за угол навеса, подальше от лишних ушей. И вкратце пересказал ему разговор со старостой, стараясь подать отказ как хорошую новость. Получилось не то чтобы гладко, но суть до мальчишки дошла.

— В общем, Сурик, теперь от нас с тобой зависит всё, — положил ему руку на плечо. — Мы с Эдвином сделаем всё возможное, но материал должны добыть достаточно сильные охотники, и староста согласился в этом помочь. Только учти, что согласился он на благо всей деревни, мы должны будем построить лазарет. И главное условие: сначала башни, хотя бы первые этажи, а потом уже живое дерево.

— Да мы целиком башни построим, если так надо! — Сурик аж подпрыгнул на месте. — Я могу не спать, работать днями напролет! Скажи, что делать, я всё сделаю! Кирпичи обжигать? Формочки лепить? Глину таскать?