Алексей Ковтунов – Путь Строителя 4 (страница 30)

Впрочем, тут не просто глина. Это лес, а лес в этом мире щедр на сюрпризы, и далеко не все из них приятные. Взять то же железное дерево, которое весит как чугун и по прочности примерно такое же. Или лиственницу, которая жрёт всё живое в радиусе десяти шагов и при этом впитывает Основу, как губка впитывает воду. Лесные материалы здесь особенные, это я усвоил на собственном опыте, и если глина лежит посреди леса, рядом с грунтовыми водами, которые наверняка питаются тем же лесом, то и свойства у неё могут оказаться необычными.

Шагнул в ручей, благо неглубоко, по щиколотку, и руками вырвал из берега увесистый кусок. Помял в пальцах и не смог сдержать улыбки. Плотная однородная масса без единого камушка или корешка, пластичная настолько, что пальцы сами утопают на полфаланги. Хороша, чертовка, даже на ощупь чувствуется, что работать с ней будет одно удовольствие.

А что, если потратить единичку и посмотреть, что скажет система?

Основы и так немного, но любопытство сильнее жадности. Сосредоточился, направил энергию в кусок глины и мысленно запросил анализ.

[Анализ материала…]

[Анализ завершён]

[Объект: Бурая глина (лесная, аллювиальная)]

[Материал: глина с повышенным содержанием железа (естественное обогащение)]

[Качество: хорошее]

[Особенности: повышенная жаростойкость, устойчивость к растрескиванию при обжиге]

[Вместимость Основы: низкая]

[Основа: 5/15 → 4/15]

Низкая! Не крайне низкая, как у речной, а просто низкая! Разница кажется смешной, пока не вспомнишь, что именно на этой границе между «крайне» и «просто» решается, будет ли кирпич хоть сколько-нибудь проводить Основу или останется мёртвым куском обожжённой грязи. Мало того, низкая вместимость уже позволяет напитывать основой вплоть до появления особых свойств! Хотя там вроде средняя нужна, но при низкой тоже происходит много приятного.

И жаростойкость в придачу, что для обжиговых печей и вообще для всего, что связано с огнём, подарок неоценимый.

Выбрался из ручья и зашагал вверх по течению, разглядывая берега. Чем дальше от прогалины, тем больше попадалось выходов глины, и с каждым десятком шагов залежи становились гуще. Тут целый пласт уходит в берег, там полоска бурой массы тянется на несколько шагов, а вот ещё один наплыв, и ещё, и ещё. Да тут запасов на целую деревню, и стены из такого материала огню не по зубам.

Глина иногда меняла оттенок, от рыжеватого к почти коричневому, и каждый раз хотелось остановиться, взять образец, помять, проверить. Руки сами тянулись, и приходилось себя одёргивать, потому что нести всё это на себе через лес я физически не смогу, а тачку сюда не протащить. Нужна тропа, нужны люди с вёдрами и мешками, и нужно время, которого вечно не хватает. Но это потом, а сейчас разведка, просто разведка.

Ручей петлял между деревьев, русло сужалось и расширялось, пока глаза не зацепились за нечто, от чего ноги сами остановились.

Прямо из берега, на высоте чуть ниже пояса, торчал крупный шмат глины, и выглядел он совершенно иначе, чем всё, что попадалось раньше. Гладкий, будто отполированный, тёмно-бурого цвета с матовым блеском, без единой трещинки, без комков, без вкраплений. Я видел десятки глиняных залежей за последние полчаса, но ни одна из них не выглядела настолько идеально. Хоть прямо сейчас бери и лепи что угодно, от посуды до скульптур, и ни одна неровность не испортит результат.

Руки потянулись сами, схватил за край и дёрнул на себя. Кусок поддался неожиданно легко, причем целиком отделился от стенки берега и выехал вперёд, а затем улыбка на моём лице застыла и медленно сползла. Потому что кусок взял, и встал на ноги.

Оно оказалось куда больше, чем выглядело, высотой мне чуть выше пояса, с длинными массивными руками, свисающими почти до земли, с короткими кривыми ножками, с подобием туловища и бесформенной головой, на которой не было ни глаз, ни рта, ни вообще каких-либо черт. Просто ком глины, слепленный природой в грубое подобие фигуры, и на секунду мне показалось, что это именно так, просто причудливое образование, что мне просто показалось и иногда такие образования встречаются в карьерах и на берегах рек.

А потом на том месте, где у нормальных существ располагается лоб, вспыхнули три параллельные извилистые черточки, каждая длиной сантиметра по два. Тусклый рыжий свет разлился по гладкой поверхности, и я успел рассмотреть символ ровно на одну секунду, прежде чем тяжёлая глиняная рука устремилась в меня по широкой дуге сверху вниз.

Отскочил назад, и кулак размером с мою голову врезался в землю, подняв фонтан грязи и мелких камней. Земля дрогнула под ногами, а существо не стало дожидаться, пока я приду в себя, оттолкнулось от берега на трёх конечностях и прыгнуло следом за мной с проворством, которого от глиняной болванки ожидать было трудно.

— Да что ты за хрень такая⁈

Перекатился в сторону, пропустив второй удар, который расколол лежавший на земле камень пополам, а перед глазами уже сами собой загорелись слова.

[Анализ…]

[Анализ завершён]

[Объект: Малый глиняный голем (несформированный)]

[Состояние: активное]

[Опасность: средняя]

[Насыщение Основой: полное]

[Особенности: Практически полная невосприимчивость к огню и высоким температурам; высокая устойчивость к дробящим ударам; быстрое самовосстановление при наличии материала]

[Основа: 4/15 → 3/15]

Глава 8

В прошлый раз, когда на меня напала лесная кошка, всё было хотя бы понятно. Да, опасная тварь, да, быстрая и когтистая, но она зверь, а у зверей есть какие-то повадки, о которых вполне можно догадаться. Кошки, вон, воду не любят и мне это известно. Тогда я прыгнул в реку, отплыл от берега, позвал на помощь, и Кейн прибежал вовремя. Но деревня была рядом, река была рядом, и кошка в воду лезть не стала.

Здесь же деревни рядом нет. Ручей есть, но глиняный голем воды явно не боится, потому что сам из этого ручья и вылез. Прыгает эта болванка высоко, на удивление ловко, но на руках-колотушках не видно пальцев, а значит от него можно залезть на дерево, например.

Но толку-то? Вряд ли он при своих габаритах умеет карабкаться по стволам или перепрыгивать с ветки на ветку, конечно, но и спать он тоже вряд ли ляжет в ближайшее время. Будет стоять внизу и ждать, пока я слезу, а у меня нет ни малейшего желания проверять, кто из нас терпеливее.

Значит, единственно верным решением остаётся вступить в бой, а если что-то пойдёт не так, просто убежать. Будем надеяться, что голем не станет гнаться за каким-то бедолагой через весь лес. А если будет, то добежим вместе до железной рощи, а там уже совместными усилиями его или прогоним, или победим. Конечно, совместными усилиями с Тобасом. Представил, как объясняю ему, что за мной из леса выбежала глиняная кукла, и мысленно порадовался, что хотя бы выражение его лица стоит того, чтобы добежать.

Голем тем временем не давал передышки ни на секунду. Злобная кучка глины то и дело прыгала вперёд и пыталась достать своими колотушками. Удары сыпались один за другим, на удивление тяжёлые для существа такого размера, и мне приходилось каждый раз отскакивать то назад, то в сторону. Так мы и продвигались вдоль ручья вниз по течению, и я лихорадочно думал, что мне делать с этим ушлёпком.

Подобрал камень со дна, размахнулся и зарядил ему в лоб. По светящимся черточкам не попал, угодил по тому месту, где у человека был бы нос, будь голем человеком. Любому живому существу в этот момент стало бы совсем неприятно, кидал от души, да и камень довольно крупный, чуть меньше кулака. Вот только камень с хлюпающим звуком впился в глину и прилип. Теперь на меня нападает глиняный голем с каменным носом. Выглядит, кстати, забавно, но мне сейчас совершенно точно не до смеха.

Ну логично, дробящие удары для него как слону дробина. Нужно как минимум резать или рубить, чтобы хоть как-то повредить эту массу, потому что от ударов она просто расступается и тут же смыкается обратно.

Снова отскочил, и сразу две лапы ударили по дну ручья, взорвав воду фонтаном брызг и разметав мелкие камешки. В этот раз не стал отпрыгивать далеко, а подгадал момент и нанёс удар топором. Лезвие впилось с чавкающим звуком в условное плечо монстра, и я уже хотел вырвать топор обратно для второго удара, вот только глина вокруг лезвия мгновенно стянулась и зажала его намертво.

— Да отпусти ты, дурак! — рыкнул я, вцепившись двумя руками в рукоять.

Дёрнул на себя, но лезвие и не думало выходить, слишком плотно село в эту проклятую глину. Голем, видимо, счёл ситуацию удобной и свободной рукой зарядил мне по корпусу. Удар вышел скользящий, но хватило, чтобы отбросить меня на несколько метров. Вылетел из ручья, кубарем прокатился по лесной траве, напоролся рёбрами на пару торчащих корешков, но топор так и не выпустил. Инструмент стоит слишком дорого, и выпускать его из рук непозволительная роскошь, что бы ни прилетало в ответ.

[Путь Разрушения I: 22% → 24%]

Два процента за один удар топором? А вот это интересно… Впрочем, уже давно понял, что для продвижения в пути важно не просто тратить Основу на разрушение, а именно разрушать что-то конкретное, бить с намерением, с пониманием, куда и зачем бьёшь. Ну или бить по глиняному голему, который пытается тебя убить. Мотивация, знаете ли, творит чудеса.