Алексей Корнев – Песнь Богородицы (страница 1)

Алексей Корнев

Песнь Богородицы

Сегодня опять встал, сон был не долгий на часах без четверти пять утра. В последние годы это происходит постоянно. Просто организм просыпается и спать себя уже не заставишь. Обычно я привожу себя в порядок, зажигаю свечу и практикую разные медитативные состояния, концентрации, дыхательные упражнения и тд. В этот раз я так же думаю, что нужно как-то занять себя. Помедитирую. Начал с молитвы, затем погрузился в нужное состояние и буквально сразу такой сильный напор. Внутри меня все закружилось, сначала жар, потом холод, после сильный толчок.

Я открыл глаза. Меня как будто ждали. Пришёл сначала тот невысокий человек что учил работать с энергией (он стал приходить ко мне примерно год назад. Давал разные уроки, рекомендации, практики работы с энергией. Иногда мы просто вели беседы. Это дух человека, из нашего мира). Быстро обнял меня, говорит, что к тебе гостья пришла.

— Я спросил кто? Он вышел в мой коридор квартиры, а из балкона в прямом смысле ударил яркий свет, как солнце.

Мгновение и я слышу женский голос, такой взрослый, сильный, но в тоже время располагающий. Этот пучок света прошел оконную раму и одной ногой она наступила на подоконник, но я еще не вижу ее полностью. Просто вошла волна света, зависла и видно только ноги, точнее часть накидки и стопы.

Потом голос говорит: смотри не на Меня, а прямо и вниз.

Я сделал так.

Она говорит: ты понимаешь кто Я? Ну, естественно я интуитивно это понял.

Затем она говорит: Я буду приходить иногда. Ты спрашивай, Я буду отвечать. Что пожелаешь, то можешь записать. Что захочешь, можешь издать.

Так в мою маленькую, серую жизнь ворвалась Богородица…

(я не знаю, как на это реагировать, просто это случилось и что с этим делать я тоже не знаю…)

— Почему ты пришла именно ко мне?

(Этот вопрос, наверное, самый естественный. Не из самоуверенности, а из смирения, чтобы понять, какая на мне теперь ответственность?

Почему именно сейчас? Что изменилось в мире или во мне, что этот визит стал возможен? (Это похоже на сон, но я не сплю, я сижу в своей комнате, смотрю на свои руки, пытаюсь себя ущипнуть, щурюсь от яркого света)).

— Можно ли мне рассказывать об этом другим и если да, то как, чтобы не навредить ни себе, ни тем, кто услышит?

(Свет разливается по всей комнате, но Она как мне кажется, его сдерживает).

Сын мой, не ищи в моём приходе меры заслуг или избранности, которую ты должен нести как бремя. Ты спрашиваешь об ответственности и это верный признак чистого сердца. Тот, кто ищет славы, никогда не задаётся вопросом о ноше.

Я пришла не к избранному, но к тому, кто в тишине задал вопрос, на который в мире уже не искали ответа. Твоя комната стала колодцем, в котором отразилось небо, потому что ты перестал шуметь. Я всегда рядом, но видит Меня лишь тот, чей взор обращён внутрь, а не на суету.

— Почему сейчас?

Мир говорит слишком громко. Люди забыли язык молчания, на котором говорю Я. Ты же, сам того не зная, сделал паузу в мыслях, в осуждении, в спешке. Твой неосознанный пост. Эта пауза и есть «сейчас». Не думай о глобальных изменениях в мире. Ищи то, что изменилось в тебе: ты перестал требовать от Неба ответов и просто открыл сердце.

Сын мой, жемчуг не вынимают из шкатулки, чтобы показать всем прохожим, иначе его растопчут, не узнав цены.

— Не навредишь ли ты им? Если ты расскажешь, ища подтверждения своей важности, ты навредишь и им, и себе. Если же слово сорвётся с губ от переполняющей тихой радости — слушай своё сердце. Оно подскажет, кому можно доверить этот свет.

— Не навредишь ли себе? Только если сделаешь из этого знамя. Носи Меня в сердце, а не на устах. Если спросят — отвечай просто, без попытки убедить. Моя сила проявляется не в спорах, а в покое, который ты обретёшь.

Не бойся. Ты не стал ответственнее, чем был. Ты стал честнее перед самим собой. А это и есть та малость, ради которой Матерь склоняется к своему дитяти.

(Слепящий свет становится чуть теплее. В её голосе — мягкость, но в словах такая пронзительная ясность)

Ты хочешь записывать и издавать? Сердце твоё трепещет от важности мгновения, но Я скажу тебе прямо: не ищи в этом миссии, иначе слова, записанные на бумаге, станут тяжелее камня. Пусть запись будет для тебя послушанием, а не обязательством. Если ты будешь записывать с мыслью «это должно спасти мир» — ты запутаешься. Если же будешь записывать как дитя, которое держит свечу, чтобы видеть дорогу себе и тому, кто рядом — свет останется чистым.

— Что передать тем, кто запутан и потерян?

Скажи им так, тихо, как Я говорю сейчас с тобой: «Ты не сбился с пути. Ты просто остановился посреди дороги и испугался, что дороги больше нет. Но Я здесь. Я стояла и у креста, когда все смыслы умерли на глазах. И Я говорю тебе: смысл не в том, чтобы видеть цель. Смысл в том, чтобы сделать следующий шаг, зная, что под ногами не пустота, а Моя любовь, которая кажется тебе сейчас просто землёй.

Ты потерян? Хорошо. Значит, ты перестал притворяться, что знаешь карту. А Я знаю. Просто сядь на край этой твоей пустоты и помолчи. Я сяду рядом. Не ищи ответов — ищи Меня. Ответы приходят и уходят, Я же — остаюсь».

— Как отличить Твои слова от своих мыслей?

(хотя Она говорила не в мыслях, а голосом, который я слышал своими ушами. Но я задал вопрос почему то именно так).

Сын мой, Я не отнимаю у тебя твоего «я». Я прихожу не заменить его, но осветить.

Мои слова не давят, не доказывают, не оправдываются. Они приходят как тишина после долгого шума. Твои собственные мысли часто суетливы, они торопятся, оправдываются, пугаются. Мои — спокойны.

Мой голос не возвышает тебя над другими. Если в ответе появляется мысль: «ты особенный», «тебе открыто больше, чем другим» — это не Я.

Я прихожу, чтобы ты стал проще, а не сложнее. Мои слова всегда делают тебя более обыкновенным, но более цельным.

Мой голос не требует немедленного действия, не подгоняет страхом. Он подобен семени: упал — и растёт в тишине. Твоя паника — не от Меня.

Грань? Она не там, где кончаешься ты и начинаюсь Я. Грань там, где твой страх сменяется доверием. Пока ты боишься ошибиться — ты слышишь больше себя. Как только ты говоришь: «да будет по воле Твоей, даже если я ошибусь» — Я вхожу.

— Поймут ли те, кто далёк?

Дитя Моё, разве Я говорю на языке только посвящённых? Посмотри на Меня: Я была проста, как утро. Ко Мне приходили пастухи и цари, и те, и другие понимали, потому что Я говорила на языке любви, а не доктрины.

Если в твоих записях будет сложная мудрость, поймут только те, кто уже «имеет глаза». Но если там будет простотой, если слова будут согревать, как Мои руки, согревали Младенца, тогда и тот, кто никогда не верил, остановится. Не ради учения, а ради тепла.

Не заботься о том, чтобы быть понятым всеми. Заботься о том, чтобы быть искренним. Искренность понятна даже детям, а дети — перед Богом.

Ты спросил о записях. Помни: даже самый чистый источник, если его заключить в сосуд и начать продавать на площади, рискует стать товаром. Неси воду, но не торгуй ею. Делись, когда просят. Молчи, когда не слушают. И всегда, всегда возвращайся в тишину — туда, где Я жду тебя не для того, чтобы диктовать, а чтобы просто быть рядом. Продолжай. Я не устала.

(Свет становится плотнее, словно Она склоняется ближе, и в тишине ощущается тепло — не жар костра, но ровное тепло материнских рук. Голос её чуть медленнее.)

— Ты спрашиваешь о том, кто пришёл раньше. И правильно делаешь, что ищешь не случайности.

(Ко мне в моих молитвах и медитация стал приходить человек. Просто одет, лица я не могу рассмотреть, но это не важно. Где-то примерно год назад он появился. Показал мне как я могу работать с тонкими энергиями, как могу пробовать ими управлять. Много еще чего. Это уже личное).

Тот невысокий человек — не случайность и не ошибка. Он пришёл раньше Меня, потому что путь к дому идёт через двор, прежде чем войти в покои. Он привратник, хотя сам этого, может быть, не знает. Он учит тебя языку тела, языку тишины внутри движения, языку внимания к тому, что течёт. Это язык, на котором говорит само творение. Без него Мои слова могли бы остаться для тебя только красивыми мыслями, не ставшими плотью.

Не ищи в нём ни святого, ни обманщика. Он — человек. Он несёт то, что может нести. И Я говорю тебе: уважай его. Не потому что он «послан Мной» — он послан самой дорогой, по которой ты пошёл. Но знай и это: Я не прихожу туда, где нет почвы. Он помог создать почву.

— Как работать с тем, что он показывает?

Боишься ошибиться? Это святое чувство. Но Я скажу тебе то, что знают все матери, глядящие на первые шаги ребёнка: ошибка — не падение. Ошибка — это когда ты, упав, решил больше не вставать.

Любая практика, которая делает тебя горделивее, раздражённее, нетерпеливее к слабым — даже если она «правильная» — становится сетью. Практика же, которая делает тебя тише, милосерднее, спокойнее в бытовых мелочах — от Бога, даже если форма её проста.

Не открывай то, что не можешь закрыть. Ты учишься работать с потоками. Это подобно учению открывать двери. Прежде чем открыть новую дверь, убедись, что умеешь её закрыть. Осторожность — не трусость, а уважение к тому, что больше тебя. Держи сердце выше техники. Можно научиться двигать облака и потерять душу. И можно, не умея ничего, иметь тишину в сердце — и тогда сама природа служит тебе. Когда практикуешь то, что показывает тебе мой помощник, всегда в конце возвращайся к простому: «Господи, помилуй» или «Богородице, радуйся». Техника без молитвы — мельница без зерна. Она крутится, но хлеба нет.