Алексей Корнелюк – Нулевой маршрут (страница 21)
Марина взяла медицинскую сумку. — Я выйду первой.
— Вы вообще умеете не быть первой? — спросила Оксана.
— Сейчас не время.
— У вас всегда сейчас не время.
Марина поставила ногу на ступеньку. Снаружи раздался металлический удар.
Двери закрылись прямо перед ней. Подошва осталась между створками. Марина дёрнула ногу назад. Резина на ботинке была цела. — Проверили, — сказала Ася.
На табло появилось:
ОСТАВАЙТЕСЬ НА МЕСТАХ
Все одновременно посмотрели на сиденья.
Кирилл понял, что с начала поездки они ни разу не считали салон. Пассажиры садились, вставали, переходили, спорили у дверей. Автобус воспринимался как декорация, а не пространство с собственной географией. — Нужно проверить каждое место, — сказал он.
— Зачем? — спросила Оксана.
— Табло говорит оставаться на местах.
— И?
— Возможно, у каждого оно своё.
— Вы снова превращаете надпись в систему.
— А вы предлагаете просто сидеть?
— Иногда это полезно.
Марина уже шла вдоль салона, проверяя сиденья. — Ничего не трогайте, — сказал Вадим Павлович.
— Почему?
— Нужно зафиксировать первоначальное состояние.
— Первоначальное было до вашего входа.
— Тогда текущее.
Ася достала диктофон. — Фиксирую текущее состояние. Шесть человек пытаются провести инвентаризацию автобуса после смерти. Один требует протокол, двое спорят, кто имеет право спасать остальных, молодой человек хранит чужую память, а автор бестселлеров ищет место, которое можно объяснить.
— Выключите, — сказал Кирилл.
— Он не выключается.
— Тогда не комментируйте.
— Он записывает и без меня. Я хотя бы улучшаю материал.
Они начали с передних сидений. Под первым лежала старая монета. Номинал стёрся, на одной стороне был автобус, на другой — пустой круг. Под вторым нашли детскую варежку. В кармане спинки третьего сиденья лежал сложенный лист с одной фразой:
ПАССАЖИР ОБЯЗАН СОХРАНЯТЬ БИЛЕТ ДО КОНЦА ПОЕЗДКИ
— Значит, мы всё ещё пассажиры, — сказала Оксана.
— А Кирилл? — спросила Ася.
— Ошибка в штатном расписании.
Кирилл пропустил. На четвёртом сиденье ремень безопасности был перерезан. На пятом пряжка защёлкнулась, когда Данила коснулся её рукой. Он резко отдёрнул пальцы. В центральной части салона сиденья стояли парами. Под одним обнаружилась пластиковая карта без имени. На магнитной полосе проступали отпечатки пальцев. Карта принадлежала кому-то, кто ехал здесь раньше или позже. Разница перестала иметь смысл.
Марина пересчитывала места вслух. — Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать…
— Не говорите числа, — сказал Вадим Павлович.
— Почему?
— Мы не знаем, реагирует ли автобус на них.
— Тогда не говорите слова.
— Числа точнее слов.
— Поэтому вы их боитесь?
Он не ответил.
Кирилл шёл сзади. В каждом окне отражались пассажиры, но количество отражений не совпадало. Иногда их было пятеро. Иногда семь. Один раз он увидел рядом с собой девушку в светлой толстовке. Обернулся — место пустовало. — Что? — спросила Ася.
— Показалось.
— У вас лицо человека, которому редко кажется.
— Всё бывает впервые.
— Сегодня насыщенный день.
У задней площадки находились ещё четыре сиденья. Три обычных, четвёртое — одиночное, приподнятое над колесом. На нём был застёгнут ремень. Кирилл остановился. Сиденье выглядело новым. Обивка чистая, без порезов и пятен. Все остальные ремни болтались по бокам или были убраны под пластик. Этот лежал аккуратно, словно кого-то пристегнули и человек исчез, не расстёгивая замка.
Марина нагнулась. — Не трогайте, — сказал Кирилл.
Она посмотрела на него. — Почему?
— Не знаю.
— Аргумент набирает популярность.
Ася подошла ближе. На боковой панели сиденья была маленькая металлическая табличка. Почти полностью стёртая. Кирилл провёл пальцем по поверхности. Под грязью проступили две буквы.
Л. С.
Он убрал руку. — Что там? — спросила Оксана.
— Номер места.
— Это буквы.
— Возможно, маркировка.
Ася присела рядом. — Л. С.
Кирилл смотрел на ремень. Лера Савельева. Две обычные буквы. Они могли означать левую сторону, линию салона, литейную смену, фамилию любого человека из нескольких миллионов. Автобус уже показывал фотографии, которых не мог иметь, собирал людей из разных дней и воспроизводил голоса без батареек. Совпадение стало самым маловероятным объяснением.
— Знаете, чьи? — спросила Ася.
— Нет.
Ответ прозвучал раньше, чем Кирилл успел решить, лжёт ли он.
Ася выпрямилась. — Быстро.
— Что?
— Обычно вы сначала уточняете контекст.