Алексей Кольцов – Пламя возрождения [СИ] (страница 43)

— Госпожа, это очень опрометчиво… — начал один из солдат, сопровождавших Слышащую.

Но его прервала властно вскинутая вверх рука.

— Я принимаю твое предложение, Говорящая с Деревьями. — И, повернувшись к отряду, Слышащая добавила: — К утру я вернусь. Не беспокойтесь, эта женщина сдержит слово. Мне ничего не грозит.

— Не самая хорошая идея. — заметил У Син.

— Не вам решать, занимайтесь пока защитой лагеря.

И две женщины двинулись в сторону темнеющей вдали рощи. Но не успели они сделать несколько шагов, как волк, трусивший рядом с ними, утробно зарычал, уставившись на что-то в стороне от дороги.

Куст зашевелился, и от него отделилась фигура в плаще и с натянутым луком в руках. Стрела, лежащая на тетиве, была направлена в землю. Знак между ними и подтверждающий импульс на кольцо пришли мгновенно, останавливая от необдуманных действий. Перед ними в плаще с капюшоном стоял Лесной охотник.

Лесные охотники — отряд для выслеживания и убийства самой опасной добычи, людей. Отряды охотников набирали из воинов-культиваторов, которые еще не достигли седьмой Железной звезды. Обычно ими становились хорошие воины в зрелом возрасте, которые хотели обеспечить достойное будущее своей семье и освобождение от налогов. После полугодового обучения в одном из трех известных лесных лагерей они поднимались на одну-две звезды в ранге и дальше их развитие останавливалось.

Зато они обладали отменной выносливостью, хорошими навыками скрытности и могли неделями выслеживать живую добычу. В Империи знали лесных, пустынных, водных, воздушных и морских охотников.

За скачок умений и навыков они платили постепенной потерей памяти о себе, своей семье и своем прошлом. Теряя часть себя, взамен они отдавали себя служению.

Похоже, Говорящая знала, что на ее след уже встали, и не успела дойти до рощи. Скорее всего, охотник здесь не один.

— Она должна умереть. Это воля Императора.

Холодный и бездушный голос больше подходил нежити, чем живому человеку.

— Я знаю, — спокойно ответила Слышащая. — Я позабочусь об этом. А сейчас мы должны пройти. У нас есть незаконченное дело.

— Она должна умереть, — повторил Лесной охотник.

Острие стрелы немного поднялось, направленное на стоящих перед ним женщин. Волк угрожающе зарычал.

— Завтра они будут мертвы, — прозвучал голос Слышащей, такой же мертвенно-спокойный и решительный, как перед решающим боем. — А сейчас дай нам пройти.

На секунду охотник замер, а потом ответил опуская лук:

— Хорошо. Но завтра она или твои люди будут мертвы.

Он сделал шаг назад, затерявшись среди кустов, как призрак.

Две женщины с девочками уходили вдаль к темнеющий вдали стене Священной Рощи. Рядом бежал волк. А монах всё стоял и смотрел им в след. Ведь техника поиска жизни принесла ещё один, очень слабый отклик живого существа от котомки за плечами женщины.

***

Утром следующего дня, когда солнце уже взошло, Слышащая вышла к лагерю. Одна. Не считая волка, что трусил рядом с ней. Отголоски силы еще сплетались вокруг нее. Войдя в лагерь, она скрылась в кожаной палатке.

Монах проводил ее взглядом.

Утренний комплекс упражнений был почти закончен. Оставалась только медитация для восстановления сил, когда кольцо вызова Ордена вновь завибрировало на руке монаха. Тон теперь был другим. У Син послал волну поисковой техники, стараясь растянуть ее как можно дальше и еще не зная, откуда ждать угрозы.

Пять вздохов ожидания — и вторая, более вибрация разошлась по телу от кольца, складываясь в зловещую мелодию. Третья так и не пришла.

Вместо нее руку пронзила несколько коротких импульсов, отмеряя время, через которое должны были прибыть за ним в лагерь и забрать в представительство Ордена или к его старшим собратьям. Остановившись перед палаткой офицера, монах поприветствовал стоящих на посту солдат и вошел внутрь. Офицер и духовник восточной армии уже были в палатке.

— Приветствую вас. Дела Ордена заставляют меня срочно покинуть лагерь. У меня вызов, — объяснил У Син, подняв руку с кольцом и предвосхищая еще не заданный вопрос офицера. — Отправляюсь прямо сейчас.

— Возьми с собой в дорогу охрану. В долине еще не совсем безопасно. — ответил ему духовник.

— Благодарю. За мной скоро должны прибыть. С вашего разрешения, я отправлюсь собираться в дорогу.

Почти успел. Крылатый конь заложил круг над лагерем, высветил в воздухе сигнал Срочный приказ и, дождавшись разрешения, пошел на посадку рядом с воротами. Крылатый темный жеребец грациозно остановился обдав всех волной ветра. Попрощаться У Син не успел, только предупредил Огненных Тигров.

Свиток с приказом ордена и алым шнуром, поданный посланником, заставлял немедленно отправиться в путь.

Непоседа так и не появился. Монах мог определить, что он недалеко, в пустом поселке, где занимается своими кошачьими делами. У Син попробовал несколько раз натянуть духовную шлейку, связывающую их, но питомец игнорировал все попытки. По долетающим отголоскам эмоций он, похоже, не хотел уходить с облюбованного местечка.

Времени искать его не было. Ничего, скоро ему придётся отправиться следом. Забравшись на недовольно оскалившего клыки крылатого коня, монах уселся позади всадника, и они взмыли в небо.

***

Путь в ночи занял пару больших палочек для благовоний. Монах проделал две сотни вздохов в медитации, а погонщику пришлось пользоваться техниками ускорения. Опустившись на знакомое поле, гонец показал на огораживающую его часть с застывшими воинами у входа.

На входе их уже ждали.

Предъявив кольцо и подав в него силу, монах проявил знак своего ордена. Практически бегом его проводили под навес, где он увидел своих собратьев. Две звезды, что отправлялись с ним в долину! Только теперь монахов было восемь.

— Этот монах приветствует старших.

Поочерёдно поклонившись, он обратился к двум главам боевых звезд. Каждый из них был на Серебренном уровне.

— Собрат, ты не слишком спешил явиться на зов, — нахмурил брови высокий старик с волевым подбородком и светлыми усами.

— Старший брат, не стоит быть слишком требовательным к молодым, — принялся увещевать его второй упитанный носитель Серебряного ранга средних лет с лицом, больше подходившим булочнику или удачному торговцу, приветливому, но слегка фальшивому, с вечной легкой полуулыбкой на устах.

— Старшие, этот младший У Син спешил как только мог, — сложил руки перед грудью У Син.

— Ладно, — махнул рукой старик. — Можешь пока сменить зелья. И скажи, чтобы тебе выдали нормальную броню. Будешь сражаться в моей звезде. Надеюсь, в бою ты будешь более расторопен. Как выступим, я все тебе объясню. Го Сян, — обратился он к подбежавшему молодому монаху. — Проводи боевого брата.

— Брат У Син, рад познакомиться, — улыбнулся молодой парнишка, трещавший без остановки. — Не обращайте внимания, старший Го Лунь строг, но справедлив и печется о своих подчинённых. В бою у горного замка нам не повезло, хотя какой замок скорее высокая башня, но зачарованная на совесть.

— И что там произошло? — уцепился У Син за возможность узнать историю со слов непосредственного участника событий.

— Северные варвары в шкурах и с волками решили с наскоку взять горцев, да просчитались, не смогли. Только одну стену крепости от верхушки до основания ледяной трещиной пробили. А дальше их старейшина чуть не отправил всех волков в страну вечной ночи. Ну их предводителя точно! Тот почти двое суток в себя приходил, хоть потом и взял свое. Только трещина ледяная в крепости не закрылась, а наоборот разрастаться стала, и от нее туман по долине пополз. Прорыв, как есть там прорыв был местный… Сразу надо нас вызывать было. Только, — понизив голос, сказал он, — похоже, местный генерал пытался заслуг себе забрать. Говорят, поначалу варваров чуть ли не арестовать пробовал, а потом сам о крепость зубы себе обломал и сразу сговорчивее стал. Хотя какая там крепость! Одна башня как кость в горле застряла. После второй битвы прорыв расширился, и из него уже бестелесные сущности в долину и полезли. Тогда только нас и оповестили. Наш брат Го Лунь с помощью других старших еле-еле печатями смогли тот прорыв запечатать. Тяжело там было, ты бы видел… Ладно потом доскажу.

— Дядюшка Лунь, позаботьтесь о нашем брате У Сине, — распорядился старший Го Лунь, поклонившись сидевшему под навесом пожилому человеку.

Цепкие глаза обшарили У Сина, остановились на его поясе и снаряжении.

— Заходи, — распорядился он. — Все думают, что у меня склад бездонный, а зелья я сам разливаю. Пояс себе старый оставишь, зелья принимай и камни.

Два средних духовных камня было неприятнее видеть среди появившихся на циновке флаконов. Значит рассчитывают, что своих сил боевой звезде не хватит. А заемная особенно в бою может повредить каналы при слишком быстром усвоении.

— Уважаемый, — сложив руки, обратился к нему У Син. — Старший Го Лунь распорядилась получить у вас новый доспех. Мой слишком пострадал в бою, а впереди нас ждет новое задание.

— Все считают, что у меня кольцо бездонное. Смотри, лучше на тебя все равно ничего нет.

Доспех из толстой выделанной коже с медными нашитыми пластинами и шлемом появился на стойке. Он больше подходил пехотинцу в строю, но У Син все равно поблагодарил и стал облачаться, примеряя и подтягивая ремни.

— Кольцо приложи.

Дядюшка Лунь протянул ему свиток с перечнем выданного снаряжения. Оказывается, он получил еще и поножи с наручами. И где же они? У Син хотел возразить, но тут Го Сян отвлек его: