Алексей Карпов – Великий князь Юрий Всеволодович (страница 4)

Мария оказала колоссальное влияние на всех своих сыновей, которых воспитывала в христианской любви и милосердии. В том числе — а может быть, даже особенно — на Юрия: «зане бе любим ею», что особо подчёркивает летописец (45. С. 127; 43. С. 161).

Местом рождения Юрия назван Суздаль — один из древнейших городов Руси. Стоит, правда, учесть, что в летописях и других письменных источниках того времени так именовали не только сам город, но и всю Северо-Восточную Русь. А значит, если говорить строго, у нас нет достаточно прочных оснований для того, чтобы считать именно Суздаль родиной Юрия. Однако заметим, что время его рождения — ноябрь — совпадает со временем традиционного княжеского полюдья. Осенью Всеволод, как правило, пребывал вне стольного Владимира, а потому известие Ипатьевской летописи вполне может быть понято и буквально.

Крестный отец княжича Юрия, ростовский епископ Лука, скончался через год после рождения своего крестника, 10 ноября 1189 года. Наречение «дедним» именем новорожденного княжича — последнее его деяние, отмеченное летописями. Зимой 1189/90 года, по прошествии установленного срока поминания почившего архиерея, князь Всеволод Юрьевич отправил своих посланников в Киев — к митрополиту Никифору. Князь сам назвал имя преемника Луки — им по его, Всеволода, воле должен был стать его духовник Иоанн. Воля владимирского «самодержца» была исполнена. 25 февраля 1190 года новый владыка прибыл в Ростов, а 16 марта, в пятницу, канун Лазаревой субботы, — в стольный Владимир.

Год 1191. Суздаль

…Месяца июля в 28-й день, на память святого мученика Евстафия, [что] в Анкире Галатийской, были постриги у великого князя Всеволода, сына Георгиева, внука Владимира Мономаха, сыну его Георгию в граде Суздале; того же дня и на коня его посадил. И была радость великая в граде Суздале[7].

Ритуальное обрезание пряди волос (потом её хранили в княжеской семье в качестве оберега) означало вступление ребёнка в отроческий возраст. С этого времени его отнимали от мамок и кормилиц и передавали «дядьке»-воспитателю, который начинал обучать мальчика княжеской премудрости, учил пользоваться мечом и копьём — пока что маленькими, игрушечными. В тот же день юного Всеволодова сына впервые посадили на коня. Это тоже был древний, восходящий ещё к языческим временам обряд, свидетельствующий о превращении младенца в княжича.

^{Владимиро-Суздальское княжество во второй половине XII — начале XIII века}

Пребывание княжеской семьи в Суздале объяснялось тем, что здесь строилась новая деревянная крепость. «Того же лета заложен был град Суздаль, и срублен был того же лета», — сообщает летописец сразу после известия о «постригах» Юрия. А месяц спустя княжеское семейство находилось уже в стольном Владимире:

В то же лето заложил благоверный великий князь Всеволод Юрьевич церковь Рождества Святой Богородицы в граде Владимире. Начата же была строением месяца августа в 22-й день… при блаженном епископе Иоанне.

Тогда же был устроен и монастырь, которому предстояло стать первенствующим во всей Владимиро-Суздальской, а затем и Московской Руси и оставаться таковым до времён Ивана Грозного.

…Это были счастливые годы в жизни всего княжеского семейства. В 1193 году, 25 октября, накануне праздника святого Димитрия Солунского, у князя Всеволода Юрьевича родился шестой сын, названный в крещении Дмитрием (тем же крестным именем, которое носил сам Всеволод), а «княжим» именем Владимир — в честь Всеволодова деда, Владимира Мономаха. А полтора года спустя, 27 марта 1195 года, на свет появился седьмой сын княжеской четы, названный Святославом, а в крещении Гавриилом (также в соответствии с церковным календарём: накануне, 26-го числа, праздновался Собор Архангела Гавриила). Последний же, восьмой сын Всеволода и Марии родится 28 августа 1197 года и будет назван Иваном (на следующий день праздновалась память Усекновения главы Иоанна Предтечи) — это имя станет для него и княжеским, и крестильным. Но радость о его рождении будет омрачена болезнью матери. По словам летописца, княгиня Мария Всеволожая пролежит в немощи восемь или, по-другому, семь лет, до самой своей смерти.

В годы малолетства Юрия во Владимире и других городах княжества продолжалось масштабное строительство: возводились новые храмы, строились новые крепости и подновлялись старые. Так, летом 1193 года князь Всеволод Юрьевич приступил к возведению владимирского «детинца» внутри прежнего «города Мономаха». Работы были в основном завершены два года спустя: 1 мая 1195 года ростовский епископ Иоанн заложил на вновь возведённых «воротах Святой Богородицы» (то есть ведущих к «златоверхому» Успенскому собору) каменную церковь во имя Святых Иоакима и Анны (освящена церковь будет ещё полтора года спустя, 3 ноября 1196-го). Летом 1194 года была заложена крепость в Переяславле-Залесском. Как и Суздальская, она была возведена за один строительный сезон: «того же лета» и «срублена». Ну а ещё раньше, весной 1194 года, князь отправил своего тиуна Гюрю с людьми «в Русь» — строить крепость «на Городце на Востри».

«Русью» в Залесских землях вплоть до XIII века называли преимущественно Южную Русь — Киевскую, Черниговскую и Переяславскую области. Суздальские князья стремились к тому, чтобы иметь здесь свою «часть», то есть свой удел, закрепить своё присутствие. Так, со времён Юрия Долгорукого они владели или по крайней мере претендовали на то, чтобы владеть Южным Переяславлем — городом на реке Трубеж, притоке Днепра. Городец Остёрский, на левом берегу Десны при впадении в неё реки Остёр, на стыке Черниговского и Переяславского княжеств, некогда принадлежал тому же Юрию Долгорукому и входил в состав Переяславского княжества. Он, однако, был полностью сожжён ещё в 1152 году Изяславом Киевским и союзными ему черниговскими князьями и долго оставался пустым. И вот сорок с лишним лет спустя Всеволод Юрьевич вспомнил о своих «отчинных» правах на этот город и приступил к возведению здесь новой крепости.

Год 1195. Владимир

…Той же осенью великий князь Всеволод оженил сына своего Константина Мстиславною Романовича, и венчан был в церкви Святой Богородицы во Владимире блаженным епископом Иоанном месяца октября в 15-й день. Тут были князь рязанский Роман и братья его Всеволод и Владимир с сыном Глебом, и муромские Владимир и Давыд, и Игорь; и была радость великая в граде Владимире…

Старшему брату Юрия было к тому времени всего десять лет. Однако Всеволод спешил превратить своего первенца в настоящего князя, а для этого его сыну следовало обзавестись княгиней — пусть даже возраст был явно неподходящим. Женой юного Константина стала Мария, дочь смоленского князя Мстислава Романовича[8], племянника сильнейших князей того времени, союзников Всеволода Рюрика Ростиславича Киевского и Давыда Ростиславича Смоленского.

Свадьба устроена была с размахом. Съехавшиеся на неё рязанские и муромские князья, «младшие» по отношению к Всеволоду, должны были задержаться во Владимире ещё на некоторое время. Спустя одиннадцать дней, 26 октября, на память святого Димитрия Солунского, Всеволод Юрьевич устроил «постриги» своему сыну Владимиру (в крещении Дмитрию) — и вновь в присутствии тех же князей, которым пока что не разрешал покинуть свой город:

…и были, веселяся, у отца своего (Всеволода Юрьевича. — А. К.) за месяц, и так разъехались каждый восвояси, одарены дарами бесценными: конями, и сосудами златыми и серебряными, портами, и паволоками, и мужей их так же одарил. И поехали, славя Бога и великого князя Всеволода.

Вступление в брак сразу же выделило Константина среди братьев, поставило в особое, привилегированное положение по отношению к ним. Впоследствии мы увидим, что между Константином и следующими по старшинству Юрием и Ярославом вспыхнет вражда (особенно сильная между Константином и Юрием). Возникла ли она лишь в последние годы жизни их отца или началась раньше, ещё с детства? Этого мы не знаем.

Год 1197. Владимир

Знаковое событие в истории Владимира. В этот год в стольный город князя Всеволода Юрьевича из греческой Солуни (Салоник) были перенесены почитаемые христианские святыни: «доска гробная» — мироточивая икона с гробницы святого Димитрия Солунского (напомним: небесного покровителя князя Всеволода) и «сорочка» святого Димитрия — часть одеяния, в котором мученик был пронзён копьями в начале IV столетия. Обе принесённые святыни были положены в церкви Святого Димитрия, возведённой зодчими Всеволода Юрьевича во Владимире на его княжеском дворе.

Этот удивительный храм из белого камня и поныне украшает город Владимир. Частично уцелели и фрески XII века. Но главной примечательностью Дмитриевского собора, вызывающей восхищение как специалистов-искусствоведов, так и многочисленных туристов и любителей старины, является великолепная каменная резьба, покрывающая верхний ярус стен, барабан и арки порталов. Всего на фасадах собора насчитывают свыше тысячи резных камней (правда, не все они относятся к XII веку; часть была заменена позднее). Сюжеты на них самые разнообразные: здесь и фигуры библейских праотцев и святых мучеников, и мифические и реальные звери и птицы, и растительный орнамент.