Алексей Карпов – Люминария. Оберон судьбы (страница 26)

Норда проводили в келью номер девять, где он уложил Анику на кровать с ватным матрасом. Монах предложил ему отобедать вместе со всеми, но он отказался, сказав, что не голоден. Врач Диадор должен был прибыть после обеда и осмотреть больную. Сейчас он находился в отъезде по какому-то делу.

Монах ушёл, и Норд стал разглядывать келью, больше похожую на склад забытых вещей. В шкафу на полках стояли стопки религиозных книг, бутылочки с травяными настойками, заспиртованными насекомыми, высушенные лапки каких-то неведомых животных, коробочки с мазями, ящики со старым тряпьём.

Судя по пыли на картинах, здесь уже давно никто не жил и не убирался. Минут через пять подошла сестра Илая и выдавала ему два комплекта постельного белья и деревянную кадку с водой для умывания. Норд застелил обе кровати, взял одну из книг с полки, сел на скрипучий стул со спинкой и, листая пыльные страницы, стал ждать приезда врача.

– Добрый вечер, – сказал вошедший в келью врач в белой рясе, – на что жалуется больная?

– Добрый, – хмуро ответил Норд, – боюсь, что она вам не сможет ответить. Я – Норд Флетчер, а это – моя подруга – Аника Дарджерс. Вы, наверное, уже слышали о нас из новостей.

– Слышал, конечно, – ответил врач, – меня вам, наверное, уже представили? Меня зовут Леон. Я частенько в этот храм наведываюсь, по несколько раз в неделю.

– Хорошо. Могу ли я положиться на вас?

– Само собой, – ответил Леон, подставляя стульчик, на котором сидел Норд, ближе к кровати, – что с ней? Как это случилось? Демоны?

– Да…. Да Демоны, – неуверенно пробормотал Норд, – на неё напали те самые демоны.

– Ну, тогда ей повезло, что её не утащили под землю, – ответил Леон, раскладывая на коленях свой чемоданчик с медикаментами, – здесь я мало чем могу помочь. Хотя бывали случаи, когда человек сам справлялся с вселившегося в нём демона. Давно она без сознания?

– Около суток.

– Тогда её лучше оставить одну. Демон в ней вот-вот пробудится. Они пробуждаются по ночам, спустя некоторое время, после того, как завладели телом. Им нужно время для того, чтобы адаптироваться в новой среде и взять разумом под контроль.

– А не могли бы вы мне поподробнее рассказать об этих демонах?

– О, вы ничего не знаете? В нашей деревне все давно знают о демонах, и не выходят по ночам на улицу. С приходом темноты все сидят дома и молятся, чтобы к ним не пробралась нечисть.

– А как же король? Как же Большой королевский совет? Полиция? Неужели они не знают?

– Они всё знают. Я считаю, что сам король уже давно у них под контролем. Мы все скоро станем их рабами. Они появляются из преисподней, из мира мёртвых через землянки в Криволесье. Говорят, что там находится проход в мир мёртвых.

– Звучит довольно жутко. И вы верите в это? В мир мёртвых и всё остальное?

– Честно говоря, я уже не знаю, во что мне верить, а во что нет. Но точно ясно одно, что скоро все мы станем их рабами, и на острове не останется ни одного свободного человека.

– А кто-нибудь бывал в этих землянках, видел что – там?

– Да, были родственники людей, телами которых завладели демоны. На что только не пойдёт человек, ради спасения близких, но никто из землянок живым ещё не возвращался, и я не советую вам туда соваться.

– Что ж… Спасибо. Я учту ваш совет.

– Вашу подругу придётся держать под замком. У нас уже бывали подобные случаи, когда одержимые, оставались здесь, на земле, а не уходили в преисподнюю. Зрелище, я вам скажу – не для слабонервных. Это – сильные люди, сумевшие противостоять воле демона, а Аника продержалась целые сутки, так что у вас есть надежда на то, что она излечится. Всё, что я могу вам посоветовать, так это – усердно молится всем богам за то, чтобы она выздоровела, и демон покинул её тело, а сейчас давайте оставим её. Нужно уходить отсюда. На окнах стоят решётки. Стены здесь каменные и двери крепкие, так что ей отсюда никуда не сбежать.

Норд последний раз посмотрел на безмятежно спящую девушку, они вышли из кельи и заперли дверь на ключ. Леон проводил Норда в другую свободную келью, где ему предстояло жить до возвращения Арнольда. В ней оказалось всё чисто и аккуратно убрано. Комната обставлена довольно аскетично. Ничего лишнего. Погружённый в свои мрачные мысли, Норд вышел в главный зал храма, а оттуда – в теплицу, где работали монахи, пололи траву, поливали овощи и посыпали землю золой. Работали среди них не только монахи в серых рясах, но и постояльцы храма, нашедшие здесь свой приют.

Чуть поодаль от храма, за огородом протекала речка, а на её берегу находился сарай со свиньями, коровами и ездовыми страусами. Эта священная обитель также стала временным пристанищем для людей, потерявших свой дом на других островах, уже ушедших под воду. Вход в теплицы находился на втором и третьем этажах башни. Мостики пересекали теплицу вдоль и поперёк и были разделены на этажи.

Поговорив с одной женщиной, той самой, которая принесла ему воду и постельное бельё, Норд узнал, что монахи, кроме сельского хозяйства и животноводства занимались ещё и охотой. Их религиозные убеждения позволяли им убивать животных и использовать их в пищу. Разве что их рацион питания был строго регламентирован, и в определённое время года следовало поститься, не есть мяса и соблюдать традиции.

Тот курчавый монах, принявший их в храм, Илая сказала, что его зовут Диадор, как раз таки занимался охотой, сказала, что он стал мрачным и неразговорчивым, после того, как его брата демоны утащили в преисподнюю, и он не мог сидеть и смотреть на то, как умирают вокруг него другие люди. Он собирал отряд для похода в Криволесье, дабы посмотреть в лицо своему страху и изгнать демонов с их земли.

Солнце уже садилось за лысой горою, монахи разбредались по своим кельям. Работали они от восхода, до заката. Время на служение богам у них было отведено не так много, как предполагал Норд. За пару дней он узнал многое о монахах. Жили они совсем не так, как он себе представлял.

Их жизнь не сильно отличалась от обычных жителей деревни, разве что правила были более строгими и запретов больше. Жили они скромно, но со вкусом. Тянулись дни. Аника так и не пришла в себя, но и демон, который якобы ею овладел, не тревожил девушку, что монахи сочли проявлением величайшей силы духа и разрешили Норду посещать её и сидеть у её кровати до поздней ночи.

Норду уже начинала нравиться аскетичная жизнь монахов, и он даже подумывал самому подстричься налысо и переодеться в рясу, чтобы быть как все и работать наравне со всеми, но вот, однажды, случилось одно несчастье. В этот день он помогал монахине Илае собирать в теплице созревшие фрукты. Стоявшая в тот день солнечная и безветренная погода резко изменилась. Вдруг быстро потемнело, и подул сильный ветер, причём не от налетевших туч, а от чего-то другого.

Послышался женский крик. Илая выронила корзинку с апельсинами и попятилась назад, закрыв рот рукой, а потом бросилась бежать вместе с остальными к храму. Краем глаза, забегая в закрывающиеся ворота, Норд увидел пронёсшийся над лесом смерч из мёртвых ворон.

Смерч прошёл через реку, на несколько секунд полностью осушив небольшой участок до дна. С каждым пройденным метром этот смерч разрастался, а поток поднятой им воды становился плотнее, будто тысячи водопадов слились в один и низвергались с неба, грозя обрушить сокрушающую силу на храм.

В высоту этот смерч тянулся на несколько километров и закручивал саму тьму. Какая-то чудовищная сила внутри воронки заставляла мёртвых птиц кружиться с невероятной скоростью. Вой ветра нарастал, переходил в гул. Лопнули стёкла в теплице. Сорвало крышу сарая.

Ветер, поднятый кружением ворон, вырывал высохшие деревья с корнем и отбрасывал прочь. Ворота храма наглухо закрыли два монаха и заперли их на две перекладины поперёк, потом попятились назад, глядя, как ворота вздрагивают под натиском какой-то чудовищной силы, обрушившейся на храм. Ворота и витражные стёкла храма выдержали, и смерч отступил. Один до смерти напуганный ребёнок заплакал, и его увела куда-то монахиня.

– Что это было? – Спросил Норд Илаю. – Такое уже случалось раньше?

– Это – демоны из Криволесья, – ответила тихо Илая, – Нет, такого ещё не было. Похоже, из мира мёртвых пробрался сам дьявол. Им показалось мало того, что они уже сделали с нами. Они хотят истребить нас всех.

– Но они не смогли пройти в храм, – заметил Норд, – ведь так?

– Да, но это – ненадолго. Мы не можем вечно прятаться в храме. Наши боги не смогут защищать нас вечно. Наша теплица и сарай разрушены. Теплицу уже не удастся восстановить. Скоро наступят холода, и весь наш урожай погибнет. Что с нами будет?

– Мне нужно поговорить с Диадором. Я пойду с ними в Криволесье.

– Но там слишком опасно. Вы не вернётесь.

– Мы должны что-то сделать. Нельзя просто так сидеть, сложив руки, и ждать, когда нас всех здесь убьют. Если то, что сказал Леон – правда, если разум короля Лоренса – под контролем тёмной материи, тогда нам всем грозит серьёзная опасность.

– Ох, у него – столько вооружённых солдат. Что мы можем сделать?

– Завтра утром я иду в Криволесье! – Громко крикнул всем собравшимся в главном зале монахам. – Самые смелые и сильные могут пойти со мной. Выдвигаемся завтра на рассвете, в пять утра!