Алексей Кадигробов – Полёт через тоннель (страница 3)

В кармане его пиджака дал о себе знать мобильный телефон. Антон снял трубку.

– В 12:00 рейс 307, – коротко сказал голос и сбросил звонок.

Мужчина взял со столика медицинский журнал с изображением Красовского на глянцевой обложке и бросил его в мусорное ведро, после чего, допив кофе, поставил чашку на край каминной полки, потом, взяв с нее же ключи, вышел из дома.

Глава 4

К стойке регистрации пассажиров на рейс подошел мужчина в сером костюме лет сорока пяти и протянул девушке за стойкой паспорт со вложенным в него билетом.

– Цель вашей поездки? – спросила девушка, посмотрев сначала на паспорт, затем на мужчину, снявшего солнцезащитные очки.

– Служебная командировка, – ответил тот улыбнувшись.

– Ваш выход двенадцать, – сказала девушка, возвращая назад документы.

Достаточно большой аэропорт двухмиллионного Туземска жил своей привычной жизнью.

Одни самолеты садились, другие буксировали на старт желтого цвета тягачами с огромными колесами, третьи же покорно ждали своих пассажиров у выходов.

У одного из таких выходов уже толпилась группа студентов с преподавателем. Видно было, что ребята были возбуждены перед полетом и настроение их было приподнятым, в отличие от захлопотанного преподавателя, который носился с ними, как утка с выводком.

– Так, все здесь? – беспокоился он. – Смотрите, самолет никого ждать не будет!

– Ну-у, будет весело, – прокомментировала бизнесвумен, кивая своей подруге на группу студентов.

– Да, – заметила другая. – А нас хоть бы раз в институте куда-нибудь вывезли.

– Будем считать, что сейчас ты наверстываешь упущенное, – подбодрила ее Ольга, взяв под руку и продвигаясь к выходу на посадку после осмотра багажа.

Сзади к девушкам подкатился, с фигурой колобка, владелец ресторана с небольшим чемоданом на колесах.

– Девочки, здесь выход двенадцать?

– Да, вы не ошиблись, – ответила Ольга, оглянувшись назад и не сразу заметив собеседника, который, учитывая ее шпильку, был на полторы головы ниже ее.

– Ты узнала его? – прошептала ей на ухо восторженная Настя. – Это же юморист, его по телевизору показывали.

– И что, хорошо шутил? – спросила Ольга в ответ.

– Людям нравилось, – ответил комик, уловив краем уха нить их разговора. – Иначе меня незачем было бы приглашать на телевидение.

– Ой, простите, – извинилась Ольга, повернувшись к нему и взмахнув при этом черными волосами, убранными в хвост. – Мы, должно быть, слишком громко говорили.

– Ничего страшного, – произнес юморист улыбаясь. – Людям это свойственно. Кстати, позвольте представиться. Семен Яковлевич Атласный, – отрекомендовался он.

– Настя, – протянула руку Настя, обнажая в улыбке два ряда белоснежных зубов.

– Ольга, – протянула руку подруга.

– Очень приятно, – промурлыкал Семен Яковлевич, аккуратно пожав протянутые по очереди ручки. – Надеюсь, в самолете нам позволят сесть где-нибудь рядом. Дело в том, что я давно не летал и немного нервничаю в воздухе, а время в дороге летит быстрее, когда рядом интересные собеседники. Не так ли? Ну что, согласны?

– Ну что, поддержим отечественную эстраду? – спросила Ольга, взглянув на подругу.

– Ага, – с нескрываемым восторгом пискнула другая, и троица начала двигаться по «кишке» к входу в самолет.

У выхода двенадцать замешкался преподаватель.

– Где еще двое?

Профессор вращал головой, словно башня танка, выискивающая цель.

– Посмотрите внизу на автоматах, – посоветовал атлет, только что сошедший с эскалатора.

Профессор начал двигаться еще до того, как парень закончил фразу. Подлетев к стеклянному ограждению, он переклонился через него и нашел взглядом игровые автоматы, стоявшие на первом этаже.

– Живцов! Самойлов! Я вам поставлю «неуд»!

В какой-то момент на первом этаже воцарилась тишина и слова профессора «поставлю „неуд“» прокатились как гром среди ясного неба. Двое парней, еще недавно самозабвенно игравшие в стрелялки, вдруг стали объектом всеобщего внимания всего первого этажа аэропорта.

Скромная персона профессора тоже попала под град любопытных взглядов. Прочувствовав неудобство своего положения, он уже вполголоса шикнул на студентов:

– Быстро ко мне оба! Все уже на борту, кроме вас!

Студенты с чувством собственного достоинства пошли к эскалатору.

– Ничего, – сказал один из ребят товарищу, показывая на рюкзачок, болтающийся за спиной. – Я с собой планшет взял.

Глава 5

Весеннее колхозное поле было озарено и согрето лучами майского солнца, навстречу которому бежал беззаботный мальчишка. На ногах его были сандалии, смоченные утренней росой. Ноги его в коротеньких штанишках семенили по полю как заведенные, все быстрее разгоняя бумажного змея, похожего на аэроплан, пытающегося взлететь за его спиной. Встречный ветерок, игравшийся с чубчиком мальчишки, вдруг подхватил воздушного змея и потащил его вверх. Мальчуган остановился и отмотал со своей ладошки нить на всю длину. Змей взмыл в небо так высоко, что пацану он казался не больше спичечного коробка. Мальчишка, прикрыв глаза от солнца, задрал голову и закричал:

– Э-ге-ге-е-ей! Я пилот! У меня получилось!

Радости в его глазах, казалось, хватило бы целому миру.

Внезапно черные тучи закрыли солнце. Ветер усилился и начал трепать воздушного змея, стараясь вырвать его из рук мальчика. Страшный холод пробежал по его спине.

* * *

Первый пилот авиалайнера Владимир Стратежник, сидевший до этого в кресле командира с откинутой назад головой, открыл глаза.

В кабину вошел второй пилот – Костя.

– Мы с девчатами ждали тебя у конторы, когда Витя с АА 112 сказал нам, что ты уже здесь.

– Да, немного раньше добрался. Девчата все на месте? – спросил Володя.

– Да, – ответил второй пилот. – Все цветут и пахнут, как лютики в мае.

– Где бортмеханик?

– Его шеф задержал. А, вон он, – показывая в окно кабины пилотов на бегущего с дипломатом человека в летной форме, воскликнул Костя.

Стюардессы, одетые в желтые, чуть выше колена юбочки и такого же цвета форменные приталенные пиджаки, с фирменной улыбкой обслуживающего персонала встречали у входа в самолет пассажиров и участливо помогали им найти свои места.

Первым вошел человек в сером костюме и темных очках, который попросил бортпроводников не беспокоиться и сам прошел на свое место. После него организованным стадом, вероломно, без объявления войны совершила набег на самолет группа студентов. Стюардессы только вовремя успели отскочить в сторону.

Семена Атласного узнали сразу и, тут же приняв у него чемодан, провели его и его новых знакомых к своим местам, что лишний раз потешило его самолюбие.

После того как высокая, стройная и на вид хрупкая стюардесса одним ловким движением «забросила» его чемодан на верхнюю полку, чего Семену Яковлевичу при его «богатырском» росте навряд ли удалось бы сделать, девушка, извинившись, попросила автограф.

Расположившись в кресле, Атласный достал из внутреннего кармана пиджака стопку небольших фотографий с изображением самого себя, «совершенно случайно» прихваченных с собой, и, приготовив ручку, заискивающе спросил:

– Как вам лучше подписать?

– Для Веры, – немного смутившись, ответила девушка.

– Понятно, – пробурчал Семен Яковлевич, подписывая фотографию на обороте.

«Лучшей стюардессе международных авиалиний – Вере от Семена Атласного» – гласила надпись, подкрепленная подписью автора.

Прочтя ее, бортпроводник обрадовалась как ребенок и, поблагодарив артиста, поспешила на свой пост.

– А вы, видимо, и правда популярны, – заметила Ольга после дачи Семеном Яковлевичем автографа.

– Щто вы! Очень! Очень! – перейдя на одесский диалект, с улыбкой согласился комик.

С очередной группой пассажиров в самолет вошел атлет Никита.