Алексей Июнин – VIP PR (страница 27)
Маргарита сначала пыталась выдворить своего супруга сама, но он не поддавался. Он с туповатым упорством настаивал на том, что она не имеет права.
– Не трогай меня, дура! – ругал он жену. – Ты должна быть на седьмом небе от счастья.
– Это от чего?
– Да от того, что у тебя такой муж как я! Другая бы на твоем месте…
– Уходи, алкаш!
На помощь к Маргарите подоспели охранники заведения. Петр Шмюльц начал было и перед ними выёживаться и проявлять свою пьяную натуру, но на охранников это, отчего-то, не произвело впечатления. Они, не церемонясь, взяли его под белые рученьки и выставили на улицу, пригрозив, что если он не успокоиться, то тут недалеко расположено здание УВД, в обезьяннике которого, пожалуй, найдется одно свободное место для «звезды» мирового масштаба.
Оказавшись на улице, под стемневшим небом, Шмюльц расстроился и обиделся на весь мир. Как они могут так себя вести? Он кто им? Тряпка? Дурак? Что он им сделал плохого? Жену он никогда не бил и ни к чему насильно не принуждал. Дочери тоже все прощал. Наверное, слишком много он ей прощал. Он избаловал ее. Вот простой ответ! Он их обеих избаловал и теперь они, сидя у него на шее, погоняют им как хотят. Его дочь ни в грош его не ценит и не уважает, жена делает что хочет, пропадает где-то целыми ночами и совсем не стремиться к тому, чтобы нравиться своему мужу. Нет, она весьма привлекательная, она умеет себя красиво одеть, она знает, что такое стиль и хорошие манеры. Но Шмюльцу казалось, что все это она делает для кого угодно, но только не для него. Словно хочет понравиться кому-то, привлечь кого-то. Старается для другого!
Да они все скоро узнают с кем имели дело! Суки они все драные! Шваль драная!
Он стоял посреди центральной улицы города Пензы – улице Московской. Улица Московская была пешеходной и проезд автотранспорта по ней был запрещен. Вечерний народ здесь преспокойно гулял, посещая многочисленные кафе и магазины, беседуя о поэзии, любуясь брусчаткой и услаждая взор настенным мозаичным панно «Кандиевское восстание». Господин Шмюльц сунул руки поглубже в карманы брюк и, ссутулившись, побрел вверх по Московской в сторону Спасского кафедрального собора. Навстречу шла беззаботная молодежь, семейные и влюбленные пары. Недалеко запоздалый уличный музыкант играл на банджо. Никому дела не было до Шмюльца, никто на него и не смотрел.
Петр Степанович сжал губы. У него кончалось терпение, надо было что-то делать со своей семьей. Иначе эти девочки рано или поздно вконец оборзеют и выгонят его на улицу. Убедить их может только грубая мужская сила. «Всыпать им надо! – решил про себя Шмюльц. – Обеим! Чтоб поняли кто главный в семье!»
– Эй, братан! Погоди!
Шмюльц остановился. На Московской, не смотря на уже поздний час было достаточно много народа, но он почему-то понял, что это окликнули именно его. Он обернулся и молча подождал когда некий субъект догонит его. Человек был в черной майке с логотипом модной спортивной фирмы и в белых бриджах. Он быстро подходил к Шмюльцу догоняя его из бара «Эверест». На ходу незнакомец докурил сигаретку и стрельнул окурком в сторону.
– Братан, выпить хочешь? – спросил он.
– Нет, – твердо ответил Шмюльц.
– Ну может по соточке? За мой счет.
Шмюльц внимательней взглянул на незнакомца. С какой стати тот предлагает ему выпить? Это не спроста. Возможно, он узнал Шмюльца. Все равно у него не было желания опять пить, наоборот он хотел как можно быстрее протрезветь.
– Нет, друган, – ответил он незнакомцу в белых бриджах. – Извини, сейчас не могу. Свою норму на сегодня я внедрил.
– Ну и правильно, – согласился с ним человек и положил ему руку на плечо. – Слушай, земляк, я вот что хочу тебе сказать – ты следи за своей женой. Это я тебе как другу говорю.
– Что? – не понял Шмюльц.
– Я не хочу вмешиваться в твою личную жизнь, но я помочь тебе хочу, – продолжал незнакомец. – Почаще приходи в «Эверест», земляк. Видишь, что случилось когда ты пришел. Скандал.
– Это не ваше дело…
– Не моё, – согласился парень. – Я же хочу наладить ваши с Риткой отношения. Ты думаешь от чего Ритка скандалить начала? От того что ты выпил лишнего? Ничего подобного. Мой тебе совет – проверь свою жену.
– Ты о чем это?
– Да все о том же! – незнакомец обернулся к «Эвересту». Кто-то вышел от туда и он отвел Шмюльца на несколько шагов в сторону, так чтобы их было не видно. – Земляк, твоя жизнь, это только твоя жизнь и ты сам волен распоряжаться как хочешь. Я тебе нет никто. Но слушай сюда. Найди свой Ритке другую работу.
– А что?
– Так ты еще не понял? Земляк, если ты любишь Маргариту, то найди ей другую работу. Для твоего же блага. А если тебя все устраивает, то хотя бы лучше следи за Риткой, больше контролируй ее. И спроси как-нибудь у нее – часто ли в бар приходит некто Елизар. А он приходит часто, земляк. Слишком часто. Потому-то сейчас Маргарита и затеяла скандал и выпроводила тебя с глаз долой подальше. Что бы вы с Елизаром не встретились. Понял что-ль?
Не дождавшись ответа, незнакомец похлопал Шмюльца по плечу и вернулся в бар «Эверест».
Орёл
Она уехала из Москвы. Несмотря на то, что у нее были нескончаемые съемки сразу в двух художественных фильмах, она все равно распланировала свой график так, чтобы у нее было два дня свободных. Договорившись с режиссерами Баргузаевым и Сахаровым, она уехала на своем любимом «Пежо» в город Орёл. В свой родной город, где она родилась, выросла, достигла совершеннолетия и который она быстренько променяла на столицу, поступив в «Щуку» с первого раза. Ее родимая пятиэтажная «сталинка» стояла все там же, на самой окраине города, в районе, куда до появления маршрутных такси было немыслимо трудно добраться.
Вот уже восемь лет Кристина Веерская приезжала в Орёл ежегодно именно к этому числу и никакая сила не могла ее остановить, даже презентация нового блокбастера с ее участием в главной роли (как это было два года назад).
Шла подготовка к поминкам. Стол был уже практически накрыт. Гречневая каша с гуляшом, голубцы, холодец, салаты, нарезанный сыр и колбаса, кисель, булочки, водка, настойка – все это было уже готово и дожидалось свой участи. Мать Кристины – Марина Яковлевна хозяйничала на кухне, сама Кристина ей помогала – она не могла не помогать. Отец – Андрей Сергеевич как всегда лез ко всем с советами и рекомендациями. Такая уж была у него натура – всегда всем что-то советовать.
Кристина взяла салатницу с греческим салатом и понесла ее на стол. Ставя салатницу в центр она вновь поймала взглядом фотографию, висевшую на самом видном месте. На фотографии был привлекательный молодой человек. Большие синие глаза, чуть впалые щеки, изящные брови, длинные русые волосы закрывали уши, но в мочке правого уха блистало золотое кольцо. Брат-близнец Кристины Веерской – Василий Ермолов смотрел на свою сестру с фотографии и как будто спрашивал у нее: «Ну что, Крыска, как житуха? Надеюсь, все супер?»
По правому углу фотографии шла черная ленточка.
– Кристин! – позвал Андрей Сергеевич свою дочь. – Ты там уснула? Скорее неси рыбу. Гости вот-вот придут.
Кроме них в двухкомнатной квартире была еще вдова Васи – Алиса, которая не так давно нашла себе нового супруга (его не было, частный бизнес подразумевал постоянные поездки по всему Поволжью) и четырнадцатилетний васин сын – Жорик.
Кристина поставила салатницу ровнее, поправила столовые приборы и вдруг у нее заиграл сотовый. Она отыскала его по звуку и поднесла к уху:
– Да, Клиф, я слушаю.
– Крэстин, ты только не расстраиваться.
– Опять что-то случилось?
– Ты где?
– В Орле. Я же говорила. Приеду завтра.
Небольшая пауза. На том конце связи Клиффорд Лоу вспоминал правильные русские слова.
– Напечатай в любом поисковике джорнал «Яркий Созвездие». Там уже есть последний номер, который выпустили сегодня.
– Клиф, давай я вернусь в Москву и…
– Нет, Крэстин. Это есть важность.
– Ладно. Только скажи – мне это понравится?
– Нет.
Ответ был краток и предельно ясен.
Кристина Веерская взглянула на старинные часы, висевшие в комнате. Ее отец как всегда немного преувеличивал – до прихода гостей оставалось еще минут пятнадцать. Она успеет. Она не стала доставать смартфон, а решила воспользоваться Жоркиным стационарным компьютером. Включив его, она через «Яндекс» набрала – «Яркое Созвездие последний выпуск».
– Да он у меня тормозит! – вовремя сказал подошедший Жорик. – Уже неделю. Что-то скорость стала медленной. Сейчас будешь целый час дожидаться.
– Вирусов нахватался?
– Наверно.
– Что ж ты мне раньше не сказал. Я уже набрала.
– А я не видел, что ты интернет включила. Я же тарелки с вилками с кухни ношу…
– Кристин, – позвала из другой комнаты актрису Алиса, – где этот шалопай? Он что опять компьютер включил? Жора, выключи, нашел время играть!
– Нет, Алис, это я включила. Мне срочно кое-что нужно в интернете… А мой телефон сел.
В этот момент раздался звонок в дверь. Кристина и Жорик бросились открывать гостям. Восемь человек родственников, дальних и близких. В этом году решили пригласить только родственников и пару близких друзей, знавших Василия. Они пришли немного раньше. Ну ничего страшного – стол практически готов, можно садиться. Кристина принялась ухаживать за гостями, предлагать им тапочки, вешать одежду на вешалки. Всем улыбалась. Ей улыбались в ответ. Все знали каких успехов добилась сестра Василия, все знали, что Кристина суперзвезда. Но сейчас это было не важно, сейчас она была обычной женщиной – сестрой-близнецом умершего восемь лет назад Василия.