Алексей Ильин – Рискованный путь (страница 22)

— Пожалуйста, — Ольга вытащила бумагу и положила её на стол ровно на пять секунд, а затем так же быстро убрала её. — Убедились?

— Вполне, — Ванда рассматривала ногти. — Пока курьер едет с вашей неприлично большой взяткой, я, пожалуй, схожу в туалет.

Когда Вишневецкая покинула приёмную, Ольга вытащила телефон и быстро набрала номер.

— Гаранин, что у тебя? — Рома ответил ей практически сразу. По голосу было слышно, что он чем-то недоволен.

— Я вас только что продала, Роман Георгиевич, — быстро ответила Ольга. — Дмитрий Наумов предложил мне взятку в виде перстня, похожего на ваш, в обмен на расписание, и я не смогла отказаться.

— Ну, Дмитрий Наумов вполне может себе позволить разбрасываться подобными подарками, — Ромка скрипнул зубами. — Спасибо, что предупредила.

— Он не просил меня не предупреждать вас, — Оля улыбнулась. — А вообще, они могли бы поймать Ожогина и пытать его. У Жени есть ваши координаты, и он бы в итоге сломался и сдал вас.

— Я нашёл жучок, и в телефоне тоже, — хмуро прервал её Рома.

— Так на вас есть ещё два, — хихикнула Ольга.

— Где? Куда он, мать вашу, засунул эти проклятые жучки⁈ — он продолжал орать, но Ольга в этот момент отключилась, чтобы не скомпрометировать себя перед Вандой, которая в любую секунду могла вернуться.

Ванда в это время зашла в туалет и снова набрала номер Димы.

— Я сейчас позвоню Эду, чтобы он прислал побрякушку, — сразу же ответил ей Наумов.

— Я как раз об этом хочу поговорить, — ответила ему Ванда. — Эта кукла показала мне мельком расписание. Ну, должна же я была убедиться, что она не водит нас за нос. Через двадцать минут состоится Совет Гильдий. Насколько мне известно, Гаранин обязан на нём присутствовать.

— Хорошо, — сразу же ответил Дима. — Что-то ещё?

— Так, может, не нужно дорогой подарок Олечке дарить? — язвительно спросила Ванда. — Или она тебе понравилась, как и ты ей?

— Жди курьера, потом заберёшь расписание, — сквозь зубы проговорил Дима. — У Ольги проблемы, но я, к сожалению, ничем не смогу ей помочь. Я не знаю, с чем они связаны.

— Ты прекрасно можешь это выяснить, — процедила Ванда. — А то я чувствую себя прямо звездой. Дмитрий Наумов только у меня одной каждый вечер копается в голове.

— Прекрати, — спокойно ответил Дима. — Не отдать ей обещанный перстень — это подорвать её доверие ко мне. Зачем мне это делать, если её помощь мне может понадобиться в другой раз? И нет, Ванда, я ей не нравлюсь. У неё проблемы, а я маг смерти, только и всего.

— Когда меня выпустят на работу? — снова задала вопрос Ванда.

— Как только ты пройдёшь психологическое тестирование, не раньше. Занесёшь мне расписание Гаранина и зайдёшь к Гертруде Фридриховне. Она тебя давно уже ждёт, — отрезал Дима. — Можешь сделать это в любой последовательности.

Он отключился, а Ванда посмотрела на погасший экран телефона и показала язык.

— Козёл, — резюмировала она и направилась в приёмную к этой проблемной Олечке, чтобы там подождать курьера с посылкой.

Я ненадолго задумался, похлопывая телефоном себя по губам. Вряд ли Ромка появится на Совете, так что не стоит туда соваться и эпатировать глав других Гильдий. Можно как-то по-другому попробовать до него достучаться. Так, перстень. И я набрал номер Эда.

— Я слушаю тебя невероятно внимательно, — голос Эдуарда звучал обречённо. И тут я услышал фоном вопли Лео:

— Мне просто интересно, как Дима отреагирует, когда узнает, что ты ходишь по дому в таком виде! А ведь он в это время уже уехал на работу, когда мы с тобой в библиотеке столкнулись!

— Я всего лишь хотела взять что-нибудь почитать, — яростно парировала Марина. — Откуда мне было знать, что господину Демидову не спится?

Эдуард молчал, я же вслушивался в эти вопли и почти не удивился, когда раздался, как обычно, невозмутимый голос Николая:

— Подавать десерт?

— Да, — почти простонал Эд, причём в трубку.

— Простите, Эдуард Казимирович, позвольте поинтересоваться, что такого жуткого вы натворили, если глава Семьи так вас наказал? — спросил Николай, в ответ Эд только зарычал, да так, что я подумал, а не обернулся ли он Гвэйном ненароком.

— Дима, что у тебя? — процедил мой старший братишка. — Если ничего срочного, то не отвлекай меня от наслаждения этим чудесным ланчем.

— У тебя есть болванка — перстень с волчьей головой, которая подошла бы очаровательной девушке? — быстро проговорил я, размышляя тем временем над словами Николая.

— Подарок? — судя по тому, что голоса отдалялись, Эд вышел из-за стола и направился туда, где у него может оказаться заготовка.

— Взятка, — я усмехнулся. — Секретарю Ромкиному. Чтобы она отдала нам кое-какие бумаги.

— Взятка — это даже в моё время было противозаконно, — заметил Эд. — Чем-то болванку наполнить?

— Нет, чуть своей силы плесни, чтобы фон шёл, и этого хватит. Девушка не маг, так что…

— Я понял, — Эдуард чем-то забренчал, а потом выдохнул. — Готово.

— Да, не забудь своё клеймо поставить. Я пообещал ей безделушку Лазаревых.

— Дима, я всегда ставлю клеймо на свои поделки, даже если это простая болванка, — немного ханжески ответил Эд. Курьером отправить?

— Можешь сам, — я хохотнул. — Девушка странная, но могу же я ей двойной подарок сделать.

— Как-нибудь в другой раз. Это всё?

— Всё. Можешь возвращаться и продолжать свой увлекательный ланч.

— Знаешь, Дима, я тут подумал, а ведь ты меня действительно не наказывал. И почему я должен продолжать всё это терпеть? — спросил он и отключился.

Я недоумённо посмотрел на телефон.

— Так я тебя и не заставляю терпеть. Марина с Демидовым, судя по всему, неплохо развлекают друг друга.

Посмотрев на часы, я выждал ещё несколько минут, после чего набрал очередной номер.

— Митя? Что-то случилось? — в голосе Лиса прозвучало напряжение. На этот раз фоном служил гул негромких голосов, но слов было совсем не разобрать.

— Гаранин с вами? — спросил я, прикрывая глаза.

Что-то я устал за этот месяц как собака. Какой-то непрерывный бег по кругу. Попытка вычленить знаковые воспоминания у Ванды; этот псих, мой родственничек, бегающий от меня по всей стране; Марина, которая была постоянно недовольна моими частыми отлучками; вопли Гомельского на тему, зачем Ромке понадобился полуразрушенный мотель; попытки разработать вменяемую схему моего внедрения к «Детям свободы»; да ещё и рядовые сотрудники Службы Безопасности, в основном из вспомогательных отделов, которые почему-то решили на каком-то своём выдуманном уровне, что я решаю определённые вопросы помимо Громова, — всё это засасывало меня в бесконечный водоворот нарастающей усталости.

Хотелось плюнуть на всё и на всех, свалить на какой-нибудь необитаемый остров и пару суток вообще ничего не делать, только лежать под пальмой и смотреть в небо. А ведь я до сих пор хочу летать!

— Ну, как тебе сказать, Митя, — осторожно ответил Лис. — Чисто технически он с нами, но телом… хрен его знает где, я не интересовался, это не слишком принято, знаешь ли.

— Отлично. Включи громкую связь и положи свой телефон рядом с тем, откуда этот козёл вещает. Мне нужно, чтобы он меня слышал, — сказал я, не открывая глаз. Бойко хохотнул, но, судя по изменившемуся фону, выполнил мою просьбу.

— Говори, Митя, тебя слышит не только Роман, но и ещё четырнадцать весьма уважаемых людей, — торжественно объявил Бойко.

— Ты сколько ещё бегать от меня будешь? — сразу же спросил я, слегка напрягаясь, но не открывая глаз.

— Я бегаю не от тебя, а от сомнительных перспектив, — голос Ромы прозвучал через значительную паузу и звучал устало. Всё-таки он не справляется, как бы ни пытался бравировать. — Зачем ты Ольге Тёмный артефакт подарил? Ты в своём уме?

— Я не идиот, чтобы неодарённой девушке дарить артефакт, который она почти стопроцентно будет носить, просто не сможет удержаться, — захотелось вытащить его прямо через трубку и набить морду. Это я Эда наказываю? А кто в таком случае наказывает меня⁈ — Это всего лишь болванка. Красивая, стильная, с клеймом Эдуарда Лазарева, но болванка с лёгким налётом Тьмы.

— И, как и все вещи Лазаревых, стоящая невменяемых денег, — усмехнулся Гаранин.

— Это их побочный эффект. Лично я не понимаю, почему они столько стоят, ну да ладно. Судя по тому, что ты не удивлён, она тебя предупредила?

— Представь себе, — огрызнулся Рома.

— Какая фанатичная преданность, может, мне увести её у тебя? По-моему, у меня получится сделать это без особых усилий, как думаешь? — я крутанулся в кресле. — Заставлю её для начала отдраить мою ритуальную комнату, которую ты умудрился испоганить. Думаю, Ольге понравится.

— Ты её Демидова заставил оттирать, — он ответил снова после продолжительной паузы. А ещё я перестал слышать фон. Словно собравшиеся за столом люди, затаив дыхание, ловили каждое наше слово.

— Рома, ты сам-то понимаешь, где Леопольд и где тряпки с вёдрами? — я снова крутанулся в кресле.

— Дим, а ты чего такой злой? — осторожно спросил Роман.

— Если бы тебя подняли в четыре утра разбираться с последствиями применения нестабильного артефакта Лазаревых, то ты бы тоже был не в духе, — ответил я, перестав крутиться и выпрямляясь в кресле.

На этот раз пауза затянулась. Я уже думал, что Гаранин бросил трубку, но тут он выдохнул: