Алексей Ильин – Рискованный путь (страница 14)

— Роман Георгиевич, — проблеял министр финансов, глядя в это время почему-то на меня. Гомельский отключился, видимо, услышав слова Ромки, а я подошёл к столику, за которым всё ещё сидела Ванда и рыдала, уткнувшись лицом в грудь Лены.

— Женя, организуй ребят, чтобы его допросили и выяснили, кто стоит за этим гениальным планом, — Рома повернулся к Ожогину. — А потом, когда он всё расскажет, засуньте его в самолёт и отправьте, куда там Демидов предлагал? В Гвадалахару? Ну, пускай будет Гвадалахара. Там тепло, и можно спокойно выращивать кенгуру.

— Рома, Гвадалахара — это Мексика, — фыркнул Демидов и, отключившись, бросил телефон на стол перед Вандой. Двое парней, которые вышли из служебного помещения, довольно оперативно скрутили Юдина и в сопровождении Евгения вышли из ресторана.

— И что, там нельзя выращивать кенгуру? — усмехнулся Гаранин. Я опустил глаза, чувствуя какое-то прикосновение к ноге. Кошка, забежавшая в ресторан, когда Ромка чуть не сорвался, подошла ко мне и начала тереться о мои ноги.

— Привет, — поздоровался я с ней, потом перевёл взгляд на Рому. Он подошёл ко мне, наклонился и взял животное на руки. Не глядя больше ни на кого, Гаранин развернулся и направился к выходу из ресторана. Чёрт подери, Рома! Я не могу бросить здесь Ванду! Мне что, вашу мать, разорваться?

— Так, я за ним. Надо проконтролировать, чтобы он не натворил ничего в таком состоянии, о чём будет жалеть. Да и про Ванду нужно рассказать, а то он, похоже, всё неправильно понял, — пробормотал Лео и, вскочив, выбежал из ресторана, догоняя Романа.

— Пойду-ка я домой, — проговорил Егор. — Если он сейчас пойдёт к себе, то может меня выгнать вместе с Соней, а под мостом я жить не хочу. — С этими словами он направился к выходу, оставляя меня наедине с Вандой и Леной.

— Где Влад? — спросил я у Лены, понимая, что от Ванды никакой помощи в этом вопросе ждать не приходится.

— Не знаю, — она покачала головой. — Парень, который выступал свидетелем что-то ему сказал, и они ушли буквально за минуту до того, как вы появились.

— Понятно, — процедил я, осматривая зал. Все посетители выглядели предельно спокойно и оживленно переговаривались, периодически поглядывая в нашу сторону. — Ты что-то узнала об этом Владе?

— Нет, он был не слишком общителен. Но я знаю дату его рождения и имя, — Лена улыбнулась и протянула мне листок, достав его из сумочки.

— Влад Льевски, двадцати семи лет. Интересно, — прочитал я то, что было написано в свидетельстве о заключении брака. — Это уже что-то. — Я свернул листок и положил его во внутренний карман куртки. Теперь у нас была хотя бы отправная точка. А вот то, что он сбежал, видимо, увидев Лео возле входа или узнал Ромку, наводит на не слишком радужные мысли.

— Ванда, что ты помнишь? — переключился я на свою подругу.

— Последнее? Как я выходила из Гильдии убийц. А потом всё какими-то урывками, — она подняла на меня воспаленные глаза. — Я… я увидела Романа и, знаешь, я ничего не почувствовала. Совершенно, хотя должна была. Я же с ним спала, и мне это явно нравилось, а потом помню, что его искала, но не могу понять почему?

— Как ты познакомилась с Ромкой? — я потёр глаза, начиная понимать, что просто вернуть воспоминания будет мало. И мне нужно поговорить с Эдом, выяснить, почему так произошло.

— На сходке у Муратова, — нахмурившись, ответила Ванда. — Ты его тогда приставил ко мне, чтобы он меня сопровождал. Я ничего не понимаю, мы же после этого виделись всего несколько раз.

— Сейчас ты будешь лечиться? — прямо спросил я у неё.

— Да. Я хочу понять, — решительно кивнула Ванда, поднимаясь. — Я же что-то чувствовала к Роману, и я хочу понять, почему и что именно я чувствовала.

— Пошли ко мне, разместим тебя там. Думаю, пока Рома находится в раздрае и во взбешённом состоянии, у него дома тебе появляться нельзя, — я повернулся к Лене, глядя на неё, словно пытался запомнить. — Лена, ты…

— Я пойду в общежитие. Мне завтра нужно готовиться к важному зачету, — она больше не смотрела на меня и, схватив свою сумку, вышла из-за стола, а после выбежала из ресторана.

Ну, что же. В поместье Ванду тащить точно нельзя, туда могут Лео с Ромкой заявиться. Надеюсь, Эд додумается задержать этого упрямого долбодятла, который, как обычно, не понимает, что для него будет лучше. Похоже, Марина снова сегодня будет ночевать одна. Нужно позвонить и предупредить, но это потом. Главное сейчас Ванду устроить в моей небольшой квартире.

Глава 7

— Я знаю, как работает этот артефакт, Лео, — Гаранин посмотрел на шахматную доску. Клетки и фигуры плыли перед глазами, и он никак не мог вспомнить, как ходит конь. — Полгода назад Клещёв увёл его у меня из-под носа на одном из подпольных аукционов. Он был нужен моему папаше, а всё, что нужно этому уроду, я стараюсь заполучить первым, — злобно проговорил Рома, мельком глянув на гипнотизировавшего шахматную доску Лео. — Что я могу сказать, у меня нет шансов. Посмотри на меня, я уже не тот парень, которым был в школе.

— И что? — Лео поднял ферзя и задумался: а это точно ферзь? Да, точно. И он поставил его на место. — Дима сказал, что всё можно исправить, значит, исправит.

— Лео, воспоминания не вернут чувства, — так и не вспомнив, как ходит конь, Рома поставил его на место.

— Она до сих пор носит твоё кольцо, — Демидов снова поднял ферзя. — Посмотри, это ферзь? Что-то у меня перед глазами всё плывёт.

— Ага, ферзь, — кивнул Гаранин и, потеряв равновесие, чуть не клюнул в доску носом. — Ты где такую вещь взял? — он поднял бутылку и повертел ею в воздухе.

— Эд говорил, что дело в бутылке, — Лео поднял палец вверх, а потом долго рассматривал его. — Заусенец, что ли? Ах да. Всё дело в бутылке. Она усиливает действие любого алкоголя в несколько раз. В общем, если хочешь нажраться, то происходит значительная, как её, экономия! Это точно ферзь? — и он снова поднял свою фигуру.

— Да, точно, — Рома выпрямился и посмотрел на бутылку. — Здесь клеймо Эдуарда Лазарева. Даже странно, что бутылка сохранилась.

— Пф-ф, в нашем доме такого барахла навалом, — махнул рукой Лео. — Что неудивительно на самом деле.

— Я понял одну вещь, — Рома поболтал бутылкой в воздухе. — Вот это, — он сделал длинный глоток и икнул, — был способ уйти от проблем у моей матери. И я понял, что это ни черта не помогает. — Он снова икнул, очень осторожно поставил драгоценную артефактную бутылку и закрыл глаза. — Я забыл, как ходит конь, представляешь?

— Буквой «Г», — Лео зевнул. — Может, спать пойдём?

— Да, это хорошая идея, — пробормотал Рома, не открывая глаз. Голова кружилась, и под закрытыми веками вертелись вертолёты. Его тошнило, и, как он подозревал, не только от выпитого. — Я больше так не могу. Не справлюсь. Похоже, пришла пора ещё один способ моей мамаши попробовать.

Он снял с пальца перстень в виде оскаленной морды волка с мерцающими камнями вместо глаз и раскинул руки, отпуская контроль и целенаправленно направляя энергию всколыхнувшегося источника внутрь себя. Так он не сможет навредить никому вокруг.

Свет в комнате мигнул, ярко вспыхнули свечи, и внезапно и Лео, и Роман ощутили присутствие чего-то очень мощного. Чего-то очень древнего и просто непередаваемо опасного. Но им опасность не грозила. Где-то в глубине души они чувствовали это. Налетел лёгкий ветерок, взлохмачивая короткие волосы Гаранина, и он, наверное, впервые в жизни ощутил настоящий покой. Источник не был заблокирован, но он замер, прикидываясь инертным, словно прячась от этой страшной силы, надеясь, что она пройдёт мимо и не заметит его.

Эта сила скользнула по лицу Романа, словно кто-то провёл ладонью по щеке, и парень расплылся в блаженной улыбке.

— Как хорошо, — прошептал он. — Как же хорошо.

Никто из них не мог сказать, сколько это длилось: секунду, минуту, а может быть, несколько часов. Лео сидел и смотрел в одну точку, как заворожённый, а Ромка чувствовал, как совсем уж пораженческие мысли быстро покидают его голову. Резко распахнув глаза, он схватил перстень и уставился на камни, вставленные в глазницы волка. Они полыхали красным огнём. Такого не было даже в тот момент, когда Димка перестарался и вбухал в накопитель большую часть своего огромного резерва.

И тут всё закончилось. Свет мигнул и снова озарил комнату, а свечи одна за другой потухли. Зато с грохотом распахнулась дверь, и в комнату ввалился Дима с воплем:

— Какого хрена вы здесь творите, уроды мамины⁈

Чары сработали, когда я отпустил Ванде первое воспоминание, которое заблокировал. Я, кстати, помню эту сцену: я её видел, когда она попросила помочь ей с ботаникой и первой представилась.

А вот то, что происходило с ней после посещения Гильдии, было как в тумане. Я хотел, как следует рассмотреть этого Влада, но вместо него было просто серое пятно. И вообще, подобных пятен было слишком много, особенно когда она находилась на работе в здании СБ. Это было очень странно. Нужно будет перепроверить всё, с чем она работала всё это время, чтобы потом не всплыли ещё большие проблемы. Хорошо, что мы хотя бы несколько дней смогли продержать Ванду взаперти и не дать ей наворотить ещё больших дел.

— Мы вместе учились, да? — она вздохнула.

— Ну а ты как думаешь? Ромка нас на два года старше всего. Конечно, мы учились в одной школе, — я встал и потянулся. — Я спать. Разберёшься здесь сама?