Алексей Губарев – Игра на опережение (страница 40)

– И какого хрена вы так на меня вытаращились, мазута? Ни разу тяжёлого мехбота не видели что ли? – русоволосый оператор гигантского робота, ловко спустившись по едва приметным ступеням на землю, потянулся, пару раз присел, а затем, вытащив из-за уха сигарету, спросил, улыбаясь в тридцать два шуба. – Земляки, огонька не найдётся?

Глава 21

Мы их не ждали, а они уже пришли

Мы почти успели. Во всяком случае, бо́льшая часть планеты была готова к высадке вражеского десанта. А вот задумка с укрытием крейсеров на дальних рубежах провалилась. Флот Шиида вышел из гиперпрыжка на двое суток раньше крайнего срока, спутав наши начальные планы. Состав кораблей противника внушал уважение. Четыре линкора, подобных тому, что висел на орбите Земли и один, на треть более крупный, со слов пленных, более устаревшей конструкции. За ними из гиперпрыжка вышли два десятка крейсеров, а последними появились огромные, пузатые туши рудовозов, каждый до трёх километров в длину. Они тут же были взяты в кольцо из четырёх линкоров и десяти крейсеров.

– Твою налево, где ж мы их всех хоронить-то будем? – произнёс с обзорного экрана Василий.

– Выдвигаемся на встречу, немедленно! – я понимал, что чем дальше от Земли мы встретим противников, тем дольше они будут добираться до планеты. И на этом пути мы сделаем всё, чтобы уничтожить как можно больше кораблей Альянса. – Электроник, рассчитай оптимальный курс для флота.

Орбита Урана стала местом столкновения. От нас не ждали серьёзного сопротивления, выслав навстречу устаревший линкор в сопровождении шести крейсеров. И это было ошибкой. Первый залп сразу трёх кораблей Альянса снёс щиты передового корабля и нанёс ему серьёзные повреждения. Ответка прилетела тут же, просадив наши щиты на двадцать процентов, но мы уже разорвали строй, расходясь в разные стороны над плоскостью эклиптики. Попытка врагом преследования обернулась потерей крейсера и оставшиеся пять вернулись к пострадавшему линкору, чтобы прикрыть его отступление.

– Какие-то они хлипкие, совсем удар не держат, – произнёс Василий, когда мы перегруппировались и зашли на очередную атаку.

– Не расслабляемся! – оборвал я капитана «Бесстрашного». – Стоит вывести из боя один крейсер, и наша общая огневая мощь вряд ли вскроет защиту даже малого корабля Альянса.

Вторая атака оказалась безрезультатной. Крейсеры противника встретили нас огнём из всего, что у них было, а линкор, хоть и сильно повреждённый, поддержал их главным калибром, почти наполовину сбив щиты «Защитника».

– Электроник, рассчитай, сколько вражеских кораблей мы можем сдерживать при текущем раскладе.

– До двух линкоров и семи-девяти крейсеров, контр-адмирал, – сообщил искин. – Если задействовать все корветы, то сдержать удастся до шестидесяти процентов кораблей Альянса.

Словно в подтверждение слов ИИ, от основного вражеского флота отделился один линкор и пять крейсеров, которые пошли на сближение с отбивающимися от нас кораблями. Нужно было рисковать, пока противник не разделил свои силы на две почти равные части, каждая из которых могла с нами побороться.

– Работаем по третьей тактической заготовке, командир четвёрки по готовности, – отдал я приказ, понимая, что сейчас каждая секунда промедления на счету.

– Сменил позицию, готов действовать! – тут же доложил командир корвета с действующим маскировочным полем. После его слов на тактическом экране маркер «Дальнего» сменил насыщенный зелёный на синий, а с радаров кораблей Альянса, это мы знали точно, он и вовсе исчез. Пришла пора удивить противника первой нашей заготовкой.

– Начали! – отдал я команду. «Бесстрашный» и «Защитник», параллельными курсами двинулись к построению противника, имитируя атаку на правый фланг. Одновременно с ними «Дальний» на максимальном ускорении по широкой дуге прорвался с того же фланга в тыл. Вражеское соединение начало перестраиваться, среагировав на наши перемещения достаточно предсказуемо, заняв почти круговую оборону вокруг линкора. Да и подмоге оставалось не больше минуты, чтобы присоединиться к обороняющимся. Корвет-невидимка, ударивший с противоположной стороны, оказался для них неожиданностью. Причём удар был нанесён из мёртвой зоны и орудия соседних крейсеров не могли стрелять, опасаясь повредить своих. Командующий флотом Шиида оказался неплох, эскадра вновь стала маневрировать. Только корвет, укрытый маскировкой, быстро разорвал дистанцию, пока его не могли засечь сканерами на фоне крупного противника.

– Капитан, – обратился штурман к Михаилу, – появилось окно. Десять, девять, восемь…

– По готовности, цель – вражеский линкор. Огонь!

Едва штурман окончил отсчёт, крейсер тут же вздрогнул, разряжая главный калибр. Первым же залпом прошло критическое попадание в носовую часть и без того повреждённого корабля, вызвав многочисленные внутренние взрывы по всей длине.

– Цель – правый крайний крейсер, по готовности огонь!

Михаил был предельно сосредоточен, но раскрасневшееся лицо свидетельствовало о внутреннем возбуждении. «Дальний», закончив накачку орудия, вновь вздрогнул, влепив заряд энергии с минимальной дистанции в борт очередного крейсера. И тут же наш корабль дважды тряхнуло, а на тактическом экране отобразились ещё два снаряда, приближающиеся к нашему борту.

– Отходим! – скомандовал я, и тут же обратился к капитанам других кораблей: – Командирам крейсеров, действуем по плану!

«Бесстрашный» и «Защитник» серьёзно повредили ещё одно судно противника, прежде чем мы разорвали дистанцию. Только без потерь всё же не обошлось. Корвет на максимальной скорости уходил к Земле, двигаясь, словно был подбит.

– Четвёртый, доклад! – отдал я команду.

– Повреждение корпуса частичная разгерметизация! – доложил командир судна. – Столкновение с корпусом вражеского корабля. Бой в открытом космосе продолжать не смогу, держу курс на планету.

– По прибытии поступаешь в подчинение лейтенанта Миира! – распорядился я, и вновь сосредоточился на текущем сражении.

Командующий флотом Шиида принял единственно верное решение двигаться к планете единым фронтом. Менее чем за час нам удалось уничтожить один линкор, два крейсера, а также повредить ещё два, причём один достаточно сильно, чтобы он из боевой единицы превратился в обузу. Скорость эскадры стала совсем низкой, давая дополнительное время тем, кто на Земле. Мы тут же воспользовались замедлением противника и задействовали ещё одну тактическую наработку.

– По команде, цель – крайний крейсер. Атакуем синхронно, это важно!

Синхронный залп наших кораблей даже на предельной дистанции свободно снёс щиты с крейсера Альянса. Атакованное судно тут же сменило место в строю, укрывшись за таким же кораблём. Второй залп лишил защитного поля ещё один корабль, после чего противник начал перестроение, выводя два линкора в хвост. Флот Альянса на тактическом экране выглядел словно каркас в форме яйца, в центре которого располагались два десантных корабля и один повреждённый крейсер. Второй пусть и рыскал слегка по курсу, но строй держал.

Во всём сражении была пара странностей. Во-первых с нами не пытались связаться, а во-вторых никто не стал спасать экипажи вышедших из боя кораблей. Словно там не было живых разумных, или их жизнь ничего не значила.

– Электроник, о чём разговаривают агрессоры?

– Контр-адмирал, противник защитил связь и использует шифрование. Искин «Бесстрашного» задействовал все свободные мощности для расшифровки, результат ожидается через пять-семь часов. Могу уловить только сигналы SOS, исходящие от обломков кораблей. Использовать помехи в данной ситуации также невозможно. Для нас в данной ситуации один плюс – каждая команда у противника задерживается в среднем на треть секунды.

– То есть оказать хоть какое-нибудь вредоносное воздействие через системы связи мы не в состоянии? – при составлении планов мы не стали учитывать такую возможность и, как видно, не зря. Сейчас пришлось бы срочно перекраивать всю тактику боя!

– Нет, какого-то воздействия оказать мы не можем, – подтвердил Электроник, – как и нанести серьёзный урон без потерь для себя. Текущее построение кораблей Альянса – одно из лучших для противодействия нашей эскадре.

– Это при том условии, что не сработает человеческий фактор, – произнёс я. – Ну или личностный, как тут сказать правильнее, хрен поймёшь. В общем, продолжаем назойливо виться возле врага, словно осы над мёдом.

И мы продолжили, проходя раз за разом по самому краю, когда общий залп кораблей противника сбивал щиты до восьмидесяти процентов у «Бесстрашного» и «Защитника», и до шестидесяти у «Дальнего». Причём скорость, с которой вражеский флот приближался к Земле, давала часов двадцать дополнительной спокойной жизни тем, кто готовился к сражению на поверхности.

– Контр-адмирал, корабли Альянса стали экономить боеприпасы, – сообщил искин спустя двенадцать часов тяжёлой, выматывающей работы. Эта новость говорила о многом, но главное, мы можем их победить! В отличие от вооружения кораблей Федерации, Альянс облекал свои снаряды в какие-то оболочки, коих у противника было ограниченное количество. Мы не упустили свой шанс, хотя энергия наших кораблей тоже постепенно уменьшалась, в основном уходя на восстановление щитов.