Алексей Гришин – Стража (страница 36)
– Слушай, Рейн, так уж получилось, что начиная с той минуты, как я застрелила двух солдат, я вроде как… взяла инициативу в свои руки. Может, в тот момент это было оправдано. Хотя я не собиралась ставить под сомнение твое лидерство… В конце концов, ты начал все это, поделился со мной своими мыслями. Теперь, когда мы в Стражах, думаю, ты должен командовать. Как раньше, когда мы шестеро были одной командой. Тебя готовили к роли командира, ты должен справиться. А я буду послушной девочкой, хорошо?
Рейн невесело усмехнулся.
– Кажется, после того, как меня схватили на лестнице, что-то во мне сломалось… Нет, кости целы, я о другом. Просто я вдруг понял, насколько все серьезно, чем мы рискуем, и что с нами может случиться… И я понял, что не готов к этому. Не готов нести ответственность, не могу думать и решать за других. Дерьмовый из меня командир, годный только для учений и тренировок. А как запахло жареным – я и облажался. Столько ошибок наделал… И самое неприятное, что оглядываясь назад я не представляю, как же надо было действовать, чтобы все прошло как по маслу. И я не знаю, что делать теперь…
– Ты сам подрываешь свою уверенность, взваливая на себя вину, хотя ты не виноват и ничего не мог изменить, – сказала Элен, – Ты не должен сомневаться в себе и показывать свою слабость перед подчиненными. Командир не должен говорить: «я не знаю», потому что командир все знает. Будут ли твои решения правильными – покажет время, но принимать ты их должен здесь и сейчас, не сваливая ни на кого ответственность и не ожидая, что кто-то сделает за тебя твою работу. Ты понял меня, Рейн?
– Понял, – Рейн кивнул.
– А теперь громко и четко скажи, что мы будем делать.
– Я выведу нас обоих с этой базы живыми, как и обещал, – сказал Рейн, – И я верю – мы справимся. «Эхо», делай, как я скажу…
– Одно «но», командир, – прервала его Элен, – Это старый позывной, оставшийся от той части жизни, с которой покончено. Не называй меня так.
– А как же тогда? «Лиса»?
– Это ужасно. Давай обойдемся без этих глупых позывных. Ты не «Ромео», я не «Эхо» и тем более не «Лиса». Мы люди с именами.
***
В сотне миль к западу от базы «Чайна Лейк» бывший полковник российской императорской гвардии, а ныне офицер повстанческой армии Александр Григорьев осматривал местность через мощную оптику дальномера. Раздался сигнал вызова рации, полковник ответил.
– Разрешите доложить, господин полковник. Это капитан Жуков, командир первого взвода подразделения «Доспех». Мы выдвинулись на намеченные позиции. Ждем ваших дальнейших указаний, господин полковник.
– Есть ли не боевые потери в ходе марш-броска?
– Никак нет, господин полковник. Все машины исправны. Но, если позволите заметить, людям не помешал бы отдых. Мы сражаемся с момента высадки.
Полковник взглянул на свои старые, но от этого не менее точные часы с двуглавым орлом на циферблате.
– Вы знали, что так будет, господин капитан, – произнес Григорьев, – Вас и ваших людей готовили к этим трудностям. У нас не так много времени, чтобы расходовать его на отдых. Если мы не продолжим движение сейчас, янки могут подтянуть силы и укрепить оборону. Мы должны пользоваться преимуществом и идти через их страну, как нож сквозь масло!
– Да, господин полковник.
– Готовьтесь. Через час я лично возглавлю атаку вашего взвода, – сказал полковник, – Второй и третий взводы будут прикрывать наши фланги и тыл. До цели еще далеко, но мы приближаемся к ней с каждым шагом.
– Так точно, господин полковник.
Григорьев отключил рацию и снова приник к окулярам дальномера. Горизонт закрывали полускрытые дымкой горы Сьерра-Невада, самое серьезное препятствие на пути к цели. Горы напоминали полковнику Афганистан, где пришлось повоевать в молодости. В его коварных ущельях и аулах проливали кровь тысячи русских солдат. Но тогда у армии Российской Империи на вооружении состояли лишь обычные танки и бронемашины, становящиеся на извилистых горных дорогах легкой добычей гранатометчиков или жертвой замаскированных фугасов. Сейчас же в распоряжении полковника было подразделение боевых машин, специально разработанных для действий в труднодоступной гористой местности. Они были великолепно защищены и вооружены, и пока в столкновениях с янки не знали поражений. Если все и дальше сложится так удачно – миссия, несомненно, будет выполнена, как и предполагалось. О том, что случится с ним и его подчиненными после завершения задания, полковник Григорьев старался не задумываться. В конце концов, что такое несколько человеческих жизней, когда на кону стоит судьба всей страны.
Частям американской армии удалось остановить и сковать боем обычные русские войска, высадившиеся для прикрытия и помощи подразделению «Доспех». Само же это подразделение, даже оставшись почти без прикрытия, могло двигаться вперед с такой скоростью, с какой позволяли машины.
Полковник Григорьев так же истово верил в мощь нового оружия, как его предки – в бога. Несмотря на то, что машины не проходили испытаний в боевых условиях, в первом же настоящем сражении они доказали свою эффективность. Казалось, всей армии Соединенных Штатов нечего противопоставить Титанам подразделения «Доспех», но все-таки полковника настойчиво терзала одна мысль. У янки было некое супер-оружие, под названием «Стражи» – об этом докладывала разведка задолго до переворота. Но пока ни с чем подобным силы вторжения не сталкивались.
Подумав о Стражах, полковник резким движением развернул дальномер на восток. Где-то там, за горами, располагалась территория крупнейшей в США военной базы «Чайна Лейк». По данным разведки, Стражи разрабатывались и находились именно там. При других обстоятельствах он не упустил бы возможности атаковать и захватить эту базу, но сейчас он не имел права отвлекаться и делать такой большой крюк.
Григорьев видел наброски, скупые и неполные описания, предположения специалистов о внешнем виде и возможностях этих американских машин, но относился к ним скептически, хотя и с неподдельным интересом.
Даже если допустить, что они не уступают Титанам по боевым качествам, ну сколько их может быть? Несколько образцов, все еще проходящих испытания и доработку. А в подразделении «Доспех» три взвода по шесть машин в каждом. Полноценные серийные экземпляры, произведенные на секретном Оренбургском заводе и захваченные повстанцами в первые же дни мятежа. Работают надежно, как командирские часы полковника.
Подумав об этом, полковник снова бросил взгляд на часы. Ему не терпелось пойти в бой, лишний раз убедиться в мощи и неуязвимости своей техники. Он положил руки на рычаги управления и развернул свой Титан – огромный шагающий танк, оснащенный ядерным реактором. Оставляя глубокие следы, похожие на отпечатки лап ископаемого ящера, Титан зашагал в расположение подразделения.
***
Не дожидаясь пока платформа подъемника поравняется с землей, Элен выпрыгнула на поверхность и замерла, настороженно оглядываясь по сторонам. Пока наземная часть комплекса сохраняла видимость спокойствия, не выли сирены, не метались среди ангаров встревоженные солдаты. Но вдали, там, где сектор проекта «Зеленый свет» примыкал к основной территории базы, клубилась пыль, и доносился гул множества моторов.
– Вот и комитет по встрече, – раздался в наушниках шлема голос Рейна. Он поднял увеличение оптических сенсоров и вгляделся в клубы пыли, – Вижу группу танков, не меньше десяти единиц. Что с твоей стороны?
– То же самое, – ответила Элен, – Плюс воздух. Вертолетов пять или шесть. Пока вне пределов досягаемости ракет. Думаешь, это за нами?
– А за кем еще? Если б они готовились к отражению вторжения русских – двигались бы на запад, за пределы базы. А эти прут прямо сюда. И это не устаревшие танки на радиоуправлении, и не пластиковые беспилотники. Современные танки и боевые вертолеты.
– Какая разница? – Элен пожала плечами, – Цель есть цель. Наше оружие с одинаковой легкостью поражает любой танк, будь он хоть трижды современный. Пусть только попробуют напасть!
– Мы не сможем держать оборону, – заметил Рейн, – Да нам это и не нужно.
– Значит, будем атаковать.
– Только не стреляй первой. Считай, что это приказ. Может, они собираются нас только припугнуть.
– Ты всерьез так думаешь, Рейн? – спросила Элен и вдруг вскрикнула, – Берегись!
Рейн не видел опасности, но сработали идеальные рефлексы. Он отпрыгнул в сторону, и две ракеты, выпущенные из переносных ракетных комплексов, пронеслись в считанных дюймах от корпуса его Стража. Рейн начал разворот, пытаясь определить откуда стреляли. Он только начал открывать рот, чтобы отдать приказ Элен, когда затрещали ее минипушки. Грузовик, за кузовом которого укрывались стрелки с ПРК, мгновенно покрылся сотнями зияющих дыр, затем полыхнуло топливо, машину объяло пламя.
– Вот черт! – воскликнул Рейн, поспешно отворачиваясь, чтобы не видеть что-то похожее на горящее мертвое тело, лежащее возле останков грузовика, – Похоже, о переговорах стоит забыть. Нас не собираются отпускать живыми.
– Я и не сомневалась, – ответила Элен, – Надо выбираться на открытое место. Тут, среди строений, обычные стрелки с базуками могут доставить нам немало неприятностей.