Алексей Головенков – Крысиный король (страница 31)

– Когнит достал, – Леший хлопнул ладонью по ящику. – Крест, разгребай, я их притащу.

Диггер кинулся в основной зал, где Косой на пару с Леонидом синхронно меняли фильтры в противогазах.

– Это не ливень, это не град… – Командир щелкнул затвором автомата, хлопнул по плечу Читу. – Это в атаке «Зенит-Ленинград»!

– На хер, на хер, – вторил ему Леонид.

Скрипнула входная дверь. Приоткрылась. В образовавшуюся щель просунулись руки с длинными, слишком длинными пальцами, в каждом не меньше, чем по четыре фаланги.

– Питер – это вам не Сочи! – продекламировал Косой. – Здесь играют, а не дро…

Выстрелы заглушили концовку кричалки. Пули ударили в дверь, вышибая из нее щепу. Загрохотало, забило по ушам. Маленькое помещение в считаные секунды наполнилось пороховой гарью. Эхо от выстрелов, усиленное низким потолком, укатилось вглубь помещения, откуда что-то призывно кричал Крест.

Леший схватил обезумевших за плечи, попытался привлечь внимание, однако те синхронным движением скинули его руки, продолжая длинными очередями палить в дверь. Леший схватил Читу за ремень автомата, потянул, ударил ладонью по уху, отбил ствол автомата в пол и вытолкал парня в узкий коридорчик, где им занялся Крест.

– Командир! Уходим! – заорал Леший.

– Нет! «Зенит»! Давай вперед! Ленинград победы ждет! – ритмично горланил сталкер.

Леший схватил друга в охапку, но даже тогда тот продолжал стрелять. Лишь когда автомат сухо щелкнул и выпустил тонкую струйку сизого дымка, одержимый безвольно повис в медвежьих лапах напарника.

Леший дотащил Косого до черного выхода, словно раненого. Командир, казалось, перегорел в считаные секунды в коротком и бессмысленном сражении.

В кафе уже никого не было. Леший грубо толкнул напарника к открытой двери и обернулся, успев заметить, как что-то большое резкими, изломанными движениями попыталось втащить свое тело в узкий коридорчик, ведущий к черному выходу.

Вытолкнув командира на улицу, сталкер сорвал с разгрузки осколочную гранату. Бросив снаряд под ноги Когниту, он опрометью бросился наружу. Сзади громыхнуло, зазвенело, заревело.

Вырвавшись на улицу, Леший с ходу оценил ситуацию – Крест помогал прихрамывающей Кристине бежать, гоня окриками впереди себя Леонида, боевой запал которого еще не выгорел дотла. Парень бодро несся впереди, тыча автоматом в разные стороны. Лишь Косой еле плелся сзади, с трудом волоча ноги.

Леший пнул командира под зад и озорно выкрикнул: «Кто болеет за «Зенит», у того всегда висит!» Косой замер в недоумении, набычился. Глаза под маской налились кровью. Он попытался пнуть обидчика в ответ, но тот, не дожидаясь расплаты, рванул с места. Командир кинулся следом.

– Плохо дело, – прорычал Леший, оказавшись рядом с Крестом.

Тот обернулся и, споткнувшись, едва не упал. Тварь, больше всего походившая на размытую кляксу, будто какой-то злой художник принялся рисовать очень высокого человека с длинными конечностями, а потом опрокинул пузырек с чернилами на рисунок в надежде залить краской получившееся непотребство, неслась вслед за отрядом по улице.

– Туда, через броню не достанет, – прокричал Крест.

В конце улицы поперек дороги стоял колесный БТР. Броневик перекосило из-за сдутых шин, пулемета в гнезде не было, краска слезала с брони разноцветными пластами, облепившими мокрый асфальт вокруг машины, будто осенние листья.

Отряд по приказу Лешего, временно взявшего на себя командование, забрался в БТР. Леший, прыгнувший в люк последним, потянул ручку запирания, однако не смог плотно прижать крышку. В следующее мгновение сталкер разглядел, что между броней и крышкой люка находится препятствие в виде длинных, черных пальцев мутанта. Леший приподнял крышку и с силой захлопнул, стараясь раздробить пальцы. В ответ раздалось злобное утробное рычание, пальцы потянули крышку на себя.

Кристина, сидящая ближе всех, сунула в отверстие вертикалку и выстрелила. В люк плеснуло черной маслянистой жидкостью, будто брызнуло соляркой. Пальцы соскользнули с брони. Леший захлопнул люк, завернув ручку запирания, и еще некоторое время держал ее, будто бы боясь, что запор не остановит тварь.

– Тихо сидеть, – предупредил он. Впрочем, предупреждение было явно лишним. Ни у кого не было желания привлекать внимание твари, загнавшей отряд в надежную, но неподвижную машину. Закрытые заслонками люки обзора вдоль обоих бортов не пропускали свет.

Косой, склонив голову набок, умудрился задремать. Девушка прижалась к Чите, обняв его за плечи. Крест и Леший настороженно прислушивались. Когнит никак себя не проявлял.

Невозможно было сказать, сколько прошло времени. Сталкеры с Политехнической не надевали часов на вылазку. У Кристины и Леонида такой роскоши, как наручные часы, и вовсе не было. Два часа, три, четыре? Целая вечность.

– Мы умрем, – произнесла вдруг девушка голосом охрипшего пророка, уставшего спорить с неверующими. – Наше время иссякло. Все кончится – еда, батарейки, патроны. Все уже кончилось, но мы еще делаем вид, что все хорошо. Это ложь. Ничего не будет хорошо.

– Крис… – Чита попытался встряхнуть ее за плечи, но лишь больно ударился локтем о панель управления. – Перестань!

– Какой был город, – тоскливо произнесла девушка. – Нева, Невский проспект, Петропавловка, Эрмитаж. Для кого это все теперь? Для кого?

Вопрос повис в звенящей тишине. На улице кто-то завыл, жалобно и протяжно.

– Мой маленький северный рай… – Кристина зарыдала, судорожно вздрагивая, навалилась на Леонида.

– И ее достал, – произнес Косой охрипшим со сна голосом. – Сука ментальная, через броню достал. Голова после воздействия как деревянная.

– Ты помнишь, что было-то? – поинтересовался Леший.

– Помню, я тебе пендель должен, – сообщил Косой. – Хотя, если по чесноку, жизнью обязан. Мою долю возьмешь, Леха. И все равно не откуплюсь.

– Забей. – Кажется, Лешего больше обрадовало то, что командир был не в обиде за нестандартные методы противостояния ментальному воздействию.

– Крис, все хорошо, ну чего ты? – пытался успокоить девушку Чита.

– Оставь, – сказал Косой, – она себя не контролирует. Депрессия – не худший вариант. Нас с тобой он грамотнее подловил – злость усилил, и мы сами на рожон полезли. Автомат только от нее подальше держи, чтобы не застрелилась с горя. И вертикалку забери.

– Что за тварь такая? – задал Леонид риторический вопрос. Все молчали. Лишь девушка тихонько рыдала у него на плече.

– Говорят, он питается не так, как мы, – вдруг произнес Крест, – он эмоции жрет, чтобы потом другим их внушать.

– Так какого хера ему от нас надо? – разозлился Чита.

– А я откуда знаю? – ответил Крест. – Может, на эмоции развести нас хочет для коллекции? А может, врут, и людей он за милую душу трескает? Бог ведает.

– Косой эту хрень про «Зенит» нес, – вспомнил Леший, – которую вряд ли кто перед смертью говорить будет. Страх, боль, злость, даже тоска по городу – это понятно. Но про «Зенит» он откуда взял?

– Может, он с поверхности и до метро дотянуться может? – предположил Косой. – У нас вот недавно дружеский матч с Академкой был. Не важно. Что делать будем?

– Надо его накормить, – сказал Леонид и сам испугался этой мысли.

– Собой, что ли, кормить собрался? – гоготнул Леший. – Да в тебе, парень, мяска и собакам не хватит.

– Он же питается эмоциями вроде как. Надо дать ему то, что он хочет.

– Звучит интересно, но вот ты можешь себя на ровном месте до эмоционального пика довести?

– А не надо на ровном месте, – встрял Косой. – Мы взаперти, а снаружи нас караулит смертельно опасная тварь, которую не берут гранаты. У парня, думаю, и так поджилки трясутся. А если нет, я знаю способ ему помочь. Ты прости, но вопрос стоит о выживании, и, если надо пожертвовать тобой, я готов на это пойти.

– Командир, ты о чем? – насторожился Леший.

– Мы выставим его наружу, – поделился идеей Косой, – думаю, оказавшись с Когнитом лицом к… морде, накормит страхом вдоволь.

Повисло тяжелое молчание. Чита не отрывал взгляда от Косого. Кристина, безразличная к разговору, сидела, сжавшись клубочком, никак не реагируя на происходящее.

– Командир, нельзя так, – наконец, высказался Леший.

– Не по-божески, – присоединился к нему Крест.

– Бог умер. Если он и пережил Катастрофу, его сожрали мутанты. Другого выхода нет, – твердо заявил Косой. – Иначе эта тварь сожрет всех.

– Командир…

– Это не обсуждается. Леший, забери-ка у него автомат.

Могучая лапа резко и неожиданно вынырнула из темноты и, перехватив автомат, легко вырвала его из рук Леонида.

– Прости, парень. – Голос Лешего звучал виновато. – Ты попробуй убежать. Он быстрый, но здоровый. Если в узкое место спрячешься, глядишь, и застрянет.

– Мужики, хорош. Леший, ты хоть скажи! – Крест завозился в темноте. Раздался щелчок. Луч фонаря ударил в лицо Косому.

– Крест, блин!

Сталкер занялся фонариком, подкрутил линзу, превращая сфокусированный луч в рассеянное пятно света.

Снова повисло молчание. Тягучее и тяжелое, гнетущее сильнее, чем замкнутое пространство броневика и цокот когтей по броне. Когнит явно пробудился, заинтересовавшись происходящим внутри машины.

– Хорошая попытка, но мне не страшно, – сообщил Чита.

Сталкеры переглянулись.

– Совсем? – уточнил Косой. – Где мы прокололись?

– Диггеры своих не бросают, – ответил парень. – Думаю, что сталкеры – тоже.