Алексей Герасимов – Метка зверя: Чужая невеста (страница 2)
— Ладно, — сказал он. — Есть одно место. Километров тридцать отсюда. Лес, глухомань, даже сотовый еле ловит. Мы там с парнями два раза в год шашлыки... жарим.
Влада посмотрела на него с благодарностью.
— Ты хороший, — сказала она. — Я сразу поняла это.
— Ты меня в первый раз видишь.
— Я чувствую. Пахнешь правильно. Защитой.
— Щеночка из меня решила сделать? Я не против подобных шалостей…
— Волка, — поправила Влада серьёзно. — Ты пахнешь волком. Одиноким, сильным, но раненым.
Максим пьяно икнул, но промолчал. Голова начинала болеть. Зачем он так сильно напился? Полчаса спустя Аутлендер свернул на знакомую, лесную дорогу. Влада сидела рядом, тёплая и живая, пахнущая лесом и дымом. От этого запаха внутри тела поднималось что-то древнее, чего он не мог контролировать.
— Остановись! — внезапно велела она и коснулась мужского плеча.
Током прострелило до поясницы. Максим дёрнул руль, машина вильнула. Он выровнял аутлендер и резко повернулся к пассажирке:
— Ты что творишь?
Влада посмотрела на свои пальцы, потом на мужское плечо. Глаза девушки в изумлении округлились.
— Оно откликнулось, — произнесла она шёпотом. — Ты не помечен, но уже откликаешься. Так не бывает.
— Что не бывает?
Влада подняла взгляд и Максим… утонул.
— Ты… моя пара, — сказала Влада. — И кажется, я нашла тебя раньше, чем поняла, что ищу.
Машина замерла на широкой поляне. Глушь, тишина, только луна сквозь ветки. Огромная, неестественно красная по краям.
— Кровавая, — выдохнула Влада. — Я чувствую.
Девушка вышла из машины, сделала несколько шагов и подняла руки к небу.
Максим, выйдя следом, смотрел, как лунный свет стекает по серебряным волосам, как кожа девушки светится изнутри, как меняются её глаза — становясь огромными, звериными, с вертикальным зрачком.
— Иди ко мне, — позвала она не оборачиваясь. — Помоги...
— Чем?
— Просто побудь рядом. Твоего присутствия достаточно. Ты для меня якорь.
Максим встал спиной перед девушкой, чувствуя, как воздух вокруг него начинает вибрировать. Волосы на голове встали дыбом от статики.
— Не бойся, — прошептала Влада. — Я не хочу причинить боль.
— Я… не боюсь, — ответил Максим.
Потом был свет, жар и кожа под пальцами. Следом вспышка, когда она коснулась губами мужского плеча, а клыки вошли в плоть. Мир взорвался миллионом искр и собрался заново — уже другим, общим.
— Готово, — выдохнула Влада ему в шею. — Теперь ты мой.
Максим вспоминал всё это не картинкой, а телом. Холод ночного воздуха, обжигающий кожу и жар тела девушки, который плавил изнутри кости. Влада, залитая красным светом луны, снимала с себя одежду. Медленно без кокетства, будто нечто обыденное, убирая всё лишнее между мужчиной и женщиной.
— Ты дрожишь, — сказала она, касаясь его груди.
— Холодно, — ответил Максим, в реалии не чувствуя холода. Только нежные пальцы, оставляющие на коже огненные следы. Когда он успел раздеться?
— Это просыпается метка. — Влада привстала на цыпочки и лизнула ему шею там, где билась жилка. Язык показался горячим и шершавым, словно у кошки. — Ты пахнешь страхом. Я не сделаю больно.
— Я не боюсь, — повторил Максим.
На самом деле он боялся… Но, другого. Что не сможет остановиться. Что эта странная девушка с серебряными волосами затянет в омут, из которого нет возврата. Что утром он проснётся и не вспомнит себя прежнего. Но, останавливаться уже не хотелось.
Влада потянула вниз, на траву, и Максим подчинился. Впервые за многие годы он подчинился женщине без грамма сопротивления. Трава была мокрой от росы, холод обжёг спину, но Влада накрыла мужчину собой, и тот отступил.
— Смотри на меня, — приказала она. — Смотри в глаза. Не закрывай.
Максим смотрел. Зрачки девушки расширились, став бездонными. В этой пугающей черноте по-прежнему плясали серебристые искры. Максим проваливался в них и тонул, теряя связь с реальностью. Медленно, глядя ему прямо в глаза, Влада опустилась на звенящую в возбуждении плоть, принимая её в себя целиком, без остатка. Максим задохнулся. Внутри было так горячо, так влажно и невероятно узко. Женское лоно сжало так, будто не хотело отпускать никогда. По телу прокатилась волна дрожи. От позвоночника к затылку, от затылка к кончикам пальцев. Максим выгнулся, инстинктивно подаваясь навстречу, услышав тихий, горловой стон.
— Да, — выдохнула Влада, запрокидывая голову. Серебряные волосы хлестанули по воздуху и рассы́пались по плечам. — Так... вот так...
Она двигалась плавно, текуче, будто не человек, а дикая кошка, играющая с добычей. Но, добычей Макс себя не чувствовал. Скорее — желанным, нужным и единственным.
— Жарко, — выдохнула Влада, запрокидывая голову. — Боги, как жарко...
Максим любовался, как под бледной кожей полыхает румянец. Как напрягаются мышцы на плоском животике. Как упругая грудь вздрагивает при каждом вдохе. Серебряные волосы, рассыпавшиеся по плечам, падали на него, щекоча грудь, живот и бёдра. Он протянул руку, гладя манящее, белоснежное бедро. Кожа казалась невероятно гладкой, горячей и влажной от росы и пота.
— Ещё, — попросила она. — Трогай меня. Всю.
Он трогал. Ладонями, пальцами, губами. Пробовал на вкус — солёная, пряная, пьяная. Она выгибалась под ласками, постанывая сквозь зубы, но глаз не закрывала.
— Сейчас, — вдруг сказала она. — Сейчас будет...
Максим не понял, что будет, но почувствовал, как воздух сгустился, став вязким, как мёд. Запах озона резко перебил все лесные ароматы. Влада коснулась губами его плеча, и Максим опять ощутил, как клыки входят в кожу. Боль вспыхнула ослепительной вспышкой и сразу погасла, сменившись жаром, разливающимся от плеча по всему телу. Волна достигла низа его живота и взорвалась там фейерверком оргазма.
Максим кончил — резко, сильно, без предупреждения, слыша, как закричала партнёрша, вцепившись когтями ему в грудь. Женское тело сотрясала бурная дрожь. Влада билась на нём, словно в припадке, и Максим чувствовал, как сокращаются мышцы, выжимая из члена последние соки. Потом… была вспышка. Реальная вспышка. Серебряная молния ударила с неба прямо в любовников, соединив пару на мгновение с красной луной. Максим услышал голос. Чужой, низкий, звериный:
— Нашёл.
Или — «нашла». Он так и не понял. Потому что проваливался в темноту, унося с собой вкус губ, запах леса и ощущение, что мир перевернулся.
Внутри закипала ярость. На себя — за то, что позволил неизвестно кому затащить себя в лес и потерял контроль. На неё — за эту дурацкую историю про другой мир. На ситуацию в целом.
— Ты хочешь сказать, — процедил Максим медленно, чеканя каждое слово, — Что мы трахнулись, и теперь у меня на плече чёрт знает что, а какой-то Радмир хочет нас кончить? Серьёзно?
Влада кивнула. Спокойно, без тени улыбки.
— Абсолютно. Радмир — мой… жених. Он Альфа клана Чёрных Скал. Силён, жесток и считает меня своей собственностью. Я сбежала от него в ночь кровавой луны, когда сошлись условия для портала, и вывалилась рядом с клубом. Того, где тебя встретила.
— Портала, — повторил Максим. — Другой мир.
— Терра Люпус, — подтвердила Влада. — Мир оборотней. Магия, луны и законы там иные. А здесь… я беззащитна. Почти. Кроме метки. Метка связала нас.
— Метка, — он снова коснулся плеча, поморщившись от жжения. — Эта штука пульсирует. Это нормально?
— Да. Она живёт в такт нашим сердцам. И не только. — Влада помолчала. — Теперь ты будешь чувствовать меня. Мои эмоции, боль, страхи и… желание. Она будет возвращать тебя ко мне снова и снова. Это связь на уровне душ.
Максим выругался. Длинно, витиевато, используя лексикон, которому позавидовал бы любой уголовник. Влада слушала с любопытством, склонив голову набок.
— У нас так не ругаются. Интересно звучит.
— Заткнись, — огрызнулся Максим. — Просто заткнись и дай подумать.
Он думал. Быстро, лихорадочно, перебирая варианты. Допустим, она сумасшедшая. Психованная с богатой фантазией. Тогда что? Тогда он трахнул больную, получил непонятную татуировку (в тату-салоне? ночью? бред) и теперь должен сдать её в дурку? Легко.
Но, татуировка пульсировала, а иней на стёклах не таял, хотя в машине было тепло. И запах был тем же, что и вчера — пряным, дурманящим, нездешним.
Максим повернул ключ зажигания. Двигатель заурчал оживая.
— Ого, — Влада с восхищением уставилась на приборную панель. — На какой магии работает эта повозка? У нас подобное только в старых легендах описывали. Механизмы, которые движутся сами.