Алексей Филимонов – Набоковская Европа (страница 24)

Жена Писателя. Доктор, говорят, вы невролог?

Сонберг. Да, по первому образованию.

Жена Писателя. Прослушайте его.

Сонберг слушает Писателя стетоскопом.

Сонберг. Сердце бешено колотится… А где у вас болит?

Писатель. Всё внутри горит. К рёбрам не прикоснуться.

Сонберг. Это межреберная невралгия. А сердце колотится от того, что вас что-то тревожит. Может, поведаете?!

Жена Писателя. Доктор, сегодня он завершил работу над сенсационной книгой. Он создал образ, который до него ещё никто не знал. Могут быть скандалы. Даже если кто-то решится на издание. Судьба книги очень тревожит его. Думаю, это и стало причиной приступа.

Сонберг (Писателю). Так-так. И что же вы там сублимировали? (Жене Писателя.) Принесите мне рукопись.

Жена Писателя. Я отнесла рукопись в издательство.

Сонберг. Жаль. Она бы прояснила ситуацию.

Жена Писателя. Он – гениальный писатель. Со временем все это осознают. Он – утончённый художник, его образы будто вскрывают глубинную боль…

Сонберг. Вот Марфуша – тоже прекрасный художник.

Писатель (со стоном). Доктор, может принять что-то для облегчения боли?!

Сонберг. Сейчас таблетками уже никто не лечится. Это прошлый век.

Писатель. Я в аду, я в бреду, я не могу выйти!

Смерть Писателя подбегает к Писателю, склоняется над ним и начинает обмахивать его веером.

Смерть Писателя. Потерпи, немного осталось.

Писатель. Как нежно твоё дыхание! Но я не вижу твоего лица! Теперь немного легче…

Сонберг (резко разворачивает клетку с обезьяной). Механизм сублимации прост. Дайте лист бумаги, кисть и краски.

Жена Писателя. У меня только чёрная тушь.

Сонберг. Отлично, подойдёт. (Даёт обезьяне лист, кисть и разведённые краски). Марфуша, изобрази.

Обезьяна Марфуша хватает протянутые предметы и начинает быстро возить кистью по бумаге, затем протягивает листок сквозь решётку.

Жена Писателя (с удивлением). Уже готово? (Берёт листок. В ужасе.) Смотрите…

Сонберг. Да-да. Она изобразила свою решётку. (Сонберг подносит рисунок Писателю.) Видите, она показала, что её больше всего тревожит! Ваша книга станет бесценным вкладом в психоанализ.

Писатель (в ужасе). Срочно дайте мне мою рукопись, я сожгу её. (Пытается вскочить с дивана.) Я не позволю глумиться! Никто не сможет понять истинного смысла.

Смерть Писателя (загадочно). …Или почти никто!

Жена Писателя (растерянно). Но я уже отдала её в издательство.

Писатель. Все будут слепо осуждать.

Жена Писателя. Это неизбежно, но, если мы скоро перестанем нуждаться в деньгах…

Хор взрослых (вместе и по очереди, окружая больного Писателя). Какое сделал ты дурное дело. Ты – развратитель! Ты – злодей!

Жена Писателя. …Хотя… Я могу ещё забрать рукопись.

Писатель. Нет, я оставлю себе шанс быть услышанным. Я не смогу существовать в жизни, которая станет унизительно тиха и бесплодна… (Падает без сил на подушку.)

Смерть Писателя. …Бесцельна и лишена чудес! (Присаживается на уголок дивана, обмахивает его веером и гладит по рукам, стараясь облегчить страдания.)

Писатель. Нестерпима жизнь, в которой красота так мимолётна, что не успеваешь её запечатлеть, не успеваешь признаться, как сильно её любишь.

Смерть Писателя. Но и это ещё можно преодолеть.

Писатель. Но нельзя смириться с тем, что никогда не увижу лучезарной нимфетки в жизни, а только в своих книгах…

Смерть Писателя (насмешливо). В жизни? В своих книгах? Но ведь это ещё не всё. У нас всегда остаётся возможность надеяться.

Жена Писателя. (Трогает лоб у Писателя.) Ну вот, жар уже меньше. Можно надеяться на выздоровление. Поправляйся. Ты ещё увидишь искру понимания в глазах читателя. Ты станешь великим!

Сонберг. (Щупает пульс у Писателя.) По-моему, сначала он станет мёртвым.

Смерть Писателя. Не знаю великих среди живых.

Жена Писателя (в отчаянии). Как мы будем жить без тебя? Я что-нибудь сделаю с собой… Я что-то придумаю.

Сонберг. Успокойтесь. Это всего лишь переход из одного состояния в другое. Вот и всё.

Смерть Писателя. Добро пожаловать в бессмертие!

Смерть Писателя, бережно обнимая Писателя, уводит его.

Конец первого действия

Действие второе

Картина 4

Юлька, Призрак Писателя, Мать Юльки, Хор взрослых, Хор детей

Коридор ночного поезда дальнего следования. Мерный стук колёс и скрип приоткрытых дверей купе. За окнами проносятся чёрные тени деревьев и мелькают огоньки дальних фонарей. Между двумя окнами висит овальное зеркало. Сонная Юлька медленно выходит из своего купе и подходит к зеркалу.

Юлька. Какая тишина! Все предметы будто притаились и собираются выдать свой секрет, который они таят днём. Мама читала, книжку, в которой говорилось, что можно попасть в зазеркалье. Я попробую. (Смотрится в зеркало.) Здесь живут те же предметы, они тоже настоящие. Или ещё более настоящие? Ой, ленточка съехала! (Сонно пытается поправить ленточку.) Пойду посмотрю, куда ведёт коридор…

Юлька заворожено идет по коридору, боится нарушить тишину. Она не решается поправить неудобно надетые сандалии. Незаметно Юлька оказывается в конце вагона, где у последнего окна в пол оборота стоит Призрак Писателя и пытается поймать бьющегося о стекло ночного мотылька. Наконец поймал. Призрак Писателя и Юлька одновременно замечают друг друга. Несколько мгновений, в полном молчании, они смотрят друг на друга. За это время проходит целая вечность.

Юлька. Я знаю, это ты живёшь в зазеркалье. Ты – один настоящий. Я буду ждать тебя!

Призрак Писателя (тихо, только движением губ). Я буду любить тебя вечно.

Прибегает Мать Юльки.

Мать Юльки. (Кричит, хватая её за руку.) Ты опять ушла без спроса? Кто тебе разрешил шляться ночью по вагону?

Юлька (плача). Я увидела Его.

Мать Юльки. Кого ты увидела?

Юлька. Человека в пальто и шляпе.

Мать Юльки. Не выдумывай. Там никого не было.

Юлька (с радостью). Был! Он – такой хороший! Он сказал мне…

Мать Юльки (перебивает). Ещё раз говорят тебе: никого там не было. Тебе это приснилось.

Картина поезда исчезает. На сцене появляется Хор взрослых (женщины в вечерних платьях, мужчины в костюмах и шляпах), который разбивается на пары. Они надменно проходят мимо Юльки – сначала в одну сторону, потом – в другую.

Юлька (подбегает к Первой паре, обращается к мужчине). Это были вы?

Первая пара. Отстань.