Алексей Филатов – Заметки профайлера (страница 12)
3.2. Продолжительные паузы на значимые темы или вопросы. Заполнение паузы междометиями, «эээ», «нуу». Диагностически важными являются паузы более 3х секунд.
3.3. Дискретная речь – синтаксическая расчлененность, «телеграфный стиль» речи или ответа.
4) Невокальные характеристики
4.1. Отведение взгляда, учащенное моргание во время значимого вопроса или темы.
4.2. Уменьшение двигательной активности (жесты-иллюстраторы, движения головой, пальцами, и т.п.) как реакция на значимый вопрос по сравнению с другими фрагментами. Оценка этого показателя проводится как количественно, так и качественно.
4.3. Смена позы во время значимого вопроса или темы. Диагностическое значение этого показателя повышается при системном проявлении.
4.4. Увеличение количества жестов манипуляторов, адаптеров и самоочищения по сравнению с другими фрагментами опроса.
4.5. Значительная неконгруэнтность ответа – комплексная оценка соответствия вербального и невербального ответа.
Общая характеристика показаний причастных и непричастных лиц
Причастное лицо – человек, который непосредственно причастен к расследуемому событию, либо сознательно утаивает значимую информацию об этом событии от следствия.
Лжет как очевидец. ЭФФЕКТЫ ПАМЯТИ В ПРОФАЙЛИНГЕ И ВЕРИФИКАЦИИ ЛЖИ
Существует огромное количество нарушений и эффектов памяти, которые настолько видоизменяют наши воспоминания, что им зачастую уже никак нельзя доверять.
Один из наиболее распространенных и портящих нервы профайлерам и верификаторам феноменов называется «ложь свидетеля». Именно этот феномен часто сказывается на проверках на полиграфе и при даче свидетельских показаний. Давайте разбираться, о чем идет речь.
Большинство людей (в том числе психологов и даже профайлеров и полиграфологов) считает, что память содержит буквальную запись событий: доступ к ней может стать затруднительным, яркость впечатлений – поблёкнуть, какие-то части – отсутствовать, но в целом мозг работает как видеокамера. Однако это далеко не так. И вот почему:
1) Мы замечаем то, что наш мозг полагает важным на данный момент, а сигналы, которые оцениваются как несущественные, подавляются.
2) Наши воспоминания – часть связной истории, которую мы постоянно творим из хаоса данных. Если мозг замечает противоречие в этой истории, он старается его устранить, сгладить или забыть. Чтобы это произошло наш мозг существенно корректирует воспоминания.
3) Свидетели, которые обсуждают между собой событие, будут неосознанно приводить свои воспоминания о нём к общему знаменателю. Это одно из когнитивных искажений – «конформность». В идеале нужно, конечно, чтобы другие свидетели были нам симпатичны. Если же они нам не нравятся, мы будем сопротивляться этому процессу.
4) Общая тема и эмоциональный фон воспоминания сохраняются довольно точно, а детали додумываются. Притом они подбираются таким образом, чтобы не только не противоречить, но и подкреплять и усиливать центральную тему и эмоцию. Так «я поймал одного карася» превращается в «я поймал десять карасей и щуку», подчиняясь центральному мессенджу: «отличная была рыбалка».
5) Источник информации стирается из памяти гораздо быстрее, чем сама информация. Важно что запомнить, а откуда ты это взял – неважно. Это один из ключевых моментов в формировании фэйковых новостей и ложных обвинений.
6) То, что мы помним является для нас правдой. И не так важно, в действительности это было или нет: информационная повестка дня рулит. Если сказать что-то и затем пояснить, что это неправда, уже через 3 дня 27% молодых людей и 40% людей среднего возраста вспомнит утверждение как правдивое. Однако если сначала объявить, что сейчас будет неправда, а потом дать информацию, больше людей запомнят, что утверждение неверно.
7) Эгоцентрическое искажение в памяти: Мы имеем склонность помещать себя в центр историй и присваивать опыт, о котором слышали, читали или смотрели передачу. Конечно, совсем невероятные (с точки зрения нас сегодня) действия мы себе не припишем, но по мелочи можем себе и другим врать изрядно. Помнить, что мы были в зоопарке, который только по телевизору видели, – да легко.
8) Внушенные воспоминания: «теперь, когда вы спросили, я начинаю вспоминать». Хорошие психологи могут многое внушить клиенту и фактически поверить в никогда не происходившие события. Это тоже один из важных моментов ложных обвинений, в частности, например в харассменте или семейном насилие с давним сроком.
Таким образом по-сути наша память – это наш внутренний дизайнер, который в зависимости от предпочитаемого им стиля, профессионализма и субъективного взгляда раскрашивает и преобразует исходную картину реального факта в сюжет со схожим, но всегда отличающимся нарративом и антуражем. Так, собственно история и меняется.
Принципы безынструментальной детекции лжи по А. Филатову
По моему мнению, дискуссия относительно того, какие способы безынструментальной детекции и профайлинга наиболее проверены и рабочие вечна и не может быть завершена. Но вести ее нужно. Но только профессионалам, а не обывателям.
Будем честны, вряд ли мы придем к какому-нибудь «золотому стандарту» в детекции лжи, которые, например, есть в медицине. У нас все более индивидуально, изменчиво и неоднозначно. Но есть ряд неизменных принципов безынструментальной детекции лжи, которые в комплексе всегда показывают хорошие результаты. Ниже несколько правил (не все), которые я сформулировал для себя. Если у вас есть чем дополнить, добавляйте?
1) Увеличивай значимость обсуждаемых событий и самого факта проверки. Чем более они значимы для «клиента», тем лучше.
2) Меняйся: твоя базовая линия поведения должна быть менее прогнозируема, чем БЛП «клиента». Но всегда безопасна для него. Периодически меняй иерархию, ролевые модели, комбинируй отстройку и подстройку, вовлеченность и отстраненность, «добрый» и «агрессивный» настрой.
3) Увеличивай когнитивную нагрузку «клиента». Клиент должен быть вынужден думать, думать и еще раз думать. В условиях ограниченного времени.
4) Найди у «клиента» наиболее значимые для него темы вокруг исследуемого события и периодически, используя конструктивные приемы, дави на эту мозоль. Делай несколько предъявлений. Всегда возвращайся несколько раз к важным темам.
5) «Обманка»: сконцентрируй внимание «клиента» на незначимой для вас информации и фактах. Гиперболизируй их значимость. Заставь «клиента» думать даже о незначимой для вас информации.
6) Эмоциональная раскачка: стимулируй проявления у «клиента» разных эмоций: как положительных, так и отрицательных. Чем больше эмоций, тем меньше у «клиента» контроля. Но при этом контроль за ходом встречи и иерархией всегда должен быть у вас.
7) Якорение: якори значимые реакции «клиента» и по-возможности чаще используй эти якоря. Они тоже снижают уровень контроля клиента.
8) Используй конструкции: Уточняющий вопрос – проективный вопрос – самоидентификационный вопрос – вовлекающий вопрос – поисковой вопрос. Это моя фишка, потом расскажу о ней.
9) Контроль диссоциации: негативно маркируйте любую диссоциацию и отвлечение внимания «клиента».
10) Чем больше репертуар инструментов получения признания и смещения ответственности, используемых в ходе беседы, тем лучше.
11) Рассказывай вовлекающие и подталкивающие в нужную для вас сторону истории из практики. По принципу: «Юрий Юрьевич, был у меня недавно клиент вот с таким случаем…».
РАЗДЕЛ III. БЕЗОПАСНОСТЬ
Как отличить в толпе или аэропорту потенциально опасного человека? Стандарты SPOT
Поведенческий профайлинг – это система оперативного выявления потенциально опасных лиц (преступников, контрабандистов, наркокурьеров, террористов, психически неустойчивых лиц) в потоках пассажиров, посетителей или просто в толпе.
Например, в аэропортах США оперативным профайлингом пассажиропотока занимается около 7000 BDO – Behavior Detection Officers – специалистов службы безопасности Транспортной администрации США по поведенческому профайлингу пассажиров, деятельность которых подлежит обязательной сертификации раз в год.
Поведенческий профайлинг пассажиров направлен на выявление психофизиологических и поведенческих внешних признаков стресса, обмана, страха, преступных мотивов и намерений. Специалисты по профайлингу оценивают «язык тела» в виде непроизвольно моторики и движений, рисунок передвижений, взаимодействие с другими пассажирами и служащими аэропорта, полицией и службой безопасности, оценивают «микроэмоции» по Полу Экману при контрольном опросе. Каждая поведенческая, моторная, эмоциональная и словесная реакция пассажира оценивается профайлерами по специальной шкале в баллах.
Основной системой оперативного профайлинга пассажиров в аэропортах США (а теперь уже всего мира) является система поведенческого анализа пассажиров SPOT – Screening of Passengers by Observation Techniques, которая была внедрена службой безопасности Транспортной администрации США еще в 2006 году. Ее перевод Вы можете скачать по ссылке и будете понимать по каким признакам вы можете стать подозрительным в ведущих аэропортах мира.
Существуют и другие дополняющие программы поведенческой оценки потенциальных преступников: BASS (Behavior Assessment Screening System), BPRP (Behavioral Pattern Recognition Programm), BASC-2 (Behavioral and Emotional Screening System), TARR (Terrorist Activity Recognition and Reaction) и другие.