Алексей Федотов – Сенявин (страница 14)
Для разведывательных действий контр-адмирал Марко Войнович в начале апреля отправил « на своих быстроходных полакрах к Дунайским, Румелийским и Анатольским берегам. Уже 12 апреля мичман Мелиси поймал у Дуная турецкую лодку и привёл в Севастополь. Далее мичман Антон Глези у Румелии взял в призы купеческое судно с продовольствием и так же привёл его в порт, а другое разбил у берега. Мичманы Гайтани и Батиста захватили торговое судно полное пшеницей и привели в Крым. Мичманы Кундури и Купа на своих 10-пушечных палакрах близ Дунайского берега у Георгиевского устья встретили большое транспортное турецкое судно с войсками и открыли по нему из пушек огонь. Турки пристали к берегу и срочно свозили войска. Греческие арматоры, стреляя по судну и войскам уничтожили транспортник и нанесли большой вред солдатам. Затем они увидели в дали ещё оно судно под парусами и взяли его на абордаж. Судно оказалось старым, и они его потопили, а 11 пленных турок привезли Войновичу. В начале мая мичманы Мелиси и Калимери крейсируя у берегов Румелии близ Мангалии увидели стоящих на якоре 9 турецких судов и с ходу напали на них. Турки в паники «» и старались убежать. Одно судно греки потопили, а другое с пшеницей и ячменём взяли в плен. Вот таким образом находясь на службе Российской Империи помогли нашему флоту подготовиться к компании нового года. В Триесте капитан (Λαμπρος Κατσωνης) так же вышел в крейсерство на купленном трехмачтовом корабле «». Захватив у турок два 22-пучечных двухпалубных киргилача назвал их «» -капитан Дмитрий Мустаки и «» -капитан Михаил Кази. Далее он у острова Занте захватил 24-пушечное судно и назвал его «». На всех кораблях был поднят российский флаг, команды все были из местных греков ».
Главнокомандующий флотом генерал-фельдмаршал князь Григорий Потёмкин обещает Войновичу «» отправить в Севастополь новопостроенные корабли ; фрегаты и . На последних Потёмкин «». Он приказывает Мордвинову срочно вооружать гребную флотилию пушками купленные в Англии числом 54 орудия. Остальные 174 орудия должны были поставить с русских заводов. Станки под них он приказал делать на месте. К марту Мордвинов приготовил 6 плавучих батарей,4 галеры и 5 баркасов и просит направить к нему сухопутных артиллеристов для укомплектования и «».
В конце марта Григорий Потёмкин назначает над гребной эскадрой командиром французского маршала принца , а «». В начале мая он с Екатеринославской армией выйдя из Ольвиополя отправился к Очакову для блокировки крепости с суши. Сюда же через пару недель подошёл турецкий флот под командованием капудан-паши , состоявший из 10 кораблей, 6 фрегатов, более 50 галер, канонерских лодок и других мелких судов. Карла-Генриха Нассау-Зигена Эски-Гассана
М. И. Войнович. Бюст в городе Херцег-Нови.
Для защиты Днепровского лимана наша парусная эскадра и суда гребной флотилии расположились от Станиславского мыса до устья Буга. Турецкий адмирал, остановившись у входа в лиман, выслал в него для получения сведений о русском флоте до 30 судов гребного флота.
В это же время совершил подвиг капитан который находился под командованием принца Ниссау-Зигена. 20 мая доставлявшего донесение от Суворова дубель-шлюпку (на ней было 7 орудий и 52 матроса) капитана Сакена внезапно нагнали турки силой до 11 галер в устье реки Буг. Видя, что неприятель превосходит силами, капитан принял бой, а также приказал спустить на воду ялик, в которую сели девять его матросов, передал им судовые документы, пакет от Суворова и флаг. Более крупные орудия размещались на носу дубель-шлюпки (двойная лодка в 42 весла и 15 орудиях), то Остен-Сакен повернул на неприятеля и пошел ему навстречу, ведя огонь. Приблизившиеся суда противника бросились на абордаж. Русские моряки отстреливались от неприятеля до последней возможности, но когда капитан-лейтенант Рейнгольд Остен-Сакен убедился в невозможности спасения, взорвал свою дубель-шлюпку. При взрыве погиб сам Сакен и весь экипаж. Вместе с русским судном взорвались 4 турецкие галеры. Вот как вспоминал этот подвиг капитан-лейтенант Дмитрий Сенявин: Рейнгольд фон дер Остен-Сакен,
Контр-адмирал Войнович докладывает Потёмкину, что ремонт кораблей подходит к завершению, но не хватает матросов и канониров, которых были отосланы в Херсон и до сих пор не возращены. Дмитрий Сенявин работал с вновь прибывающими рекрутами, вел их учёт и распределение на корабли Севастопольской эскадры. Не хватает пороха и нет его подвоза из-за чего возвращающиеся греки-корсары не имеют возможности выходить на промысел.
Бой у крепости Очаков. Рисунок Алексея Зубова.
В это же самое время 26 мая командующий галерным флотом принц в Днепровском лимане вышел со всеми судами в устье реки Буг. В составе этой эскадры было 4 плавучих батареи, которыми командовал капитан-лейтенант Ахматов. Левый фланг со стороны моря укрепили 2 фрегатами парусной эскадры, которыми ранее командовал бригадир флота Алексиано. Императрица весной приняла на службу американского «» Джона Пол Джонса, присвоила звание контр-адмирала и отправила к Мордвинову. Князь Потёмкин назначил его командующим парусной эскадрой, сместив Алексиано. По флоту прошло недовольство этим назначением и несколько английских офицеров покинули театр военных действий. Бригадир Панайоти Алексиано так же решил уйти и забрать всех греков «». Генерал-фельдмаршалу Потёмкину пришлось улаживать это недовольство, он несколько раз уговаривал Алексиано остаться «». Перед сражением бригадир флота принял решение . Алексиано остался капитаном корабля », а Пол Джонс принялся командовать эскадрой. Карл-Генрих Нассау-Зиген
Вот как писал Нассау-Зиген Погода была очень ветренная и турки не начинали боевых действий. Нассау-Зиген прибыл в Кинбурн, согласовать свои действия с генералом Александром Суворовым. В это время прибыло к флоту 31 лодка запорожских черкас (казаков) численностью 1500 человек, которыми командовал атаман Сидор Билый.
6 июня парусная и гребная Лиманские эскадры подошли к турецкому флоту и «» около Кинбурна. Турки решили обходить наши выстроившиеся эскадры с правого фланга вдоль берега от крепости Очаков. Турки, двигаясь начали стрельбу из пушек, наши то же стали отвечать. Нассау-Зиген приказал наступать 4 первым галерам и 2 плавучим батареям. В это время прибыли Пол Джонс и Алексиано. Вот как писал в рапорте командующий гребной флотилией «
Огонь с наших судов велся с большей точностью чем стреляли турки «». Все старались попасть во флагманский турецкий корабль. Сгорели два 64-пушечных линейных турецких корабля, один из них был «» ставший на мели, другой был зажжен брандерными шлюпками. В первый, который выдвинулся вперед удачно попали ядрами, и он взлетел в воздух. Это произвело общую панику, и османы кинулись к берегу под прикрытие крепости. Турецкий капитан паша приказал стрелять по бегущим и отважно бросился вперед на своем адмиральском корабле. Наши галеры видя такое отдельное расположение крупного турецкого линкора стали его окружать и корабль неудачно сманеврировав сел на мель. Сам турецкий адмирал Гасан-паша успел вовремя спастись на шлюпке. Весь экипаж сдался нашим морякам, а турецкий линкор сгорел до ватер линии. Турецкие корабли бежали в большом беспорядке, а поднявшийся встречный ветер не дал нашим галерам отрезать им отход «». Всё это можно видеть на карандашном рисунке Алексея Зубова, который выставлен выше. Литерой «А» обозначена парусная эскадра, под «С» видим плавучие батареи, под «D» галеры. Так же здесь изображена артиллерийская батарея Суворова на Кинбурне. Конечно, галер и лодок было намного больше. Это единственный рисунок, сохранившийся до наших дней, и практически нигде не был опубликован. Наши в этом бою потеряли 4 человека убитыми, 13 ранеными и потонул один фрегат. Турки стреляли очень плохо в основном по парусам и такелажу. Видимо вновь набранные на флот артиллеристы не имели опыта сражений и не могли прицельно вести стрельбу в условиях морского боя.