Алексей Федоров – МБК 2: Драконья кровь (страница 41)

Лина замолчала на десяток секунд.

— Нет. Он ничего не спрашивал о камне, когда приходил за тобой.

— Он знает, что камень пятого мира у клана Зендэ? — поразился Инк.

— Конечно, — Лина забрала осколок и спрятала обратно в коробку. Лирс горестно, будто жаловался, рычал в микрокосме Инка. — Весь буфер знает, что камень у нас.

— Ты шутишь.

— Нет, — с абсолютно серьезным видом ответила ученая. — У клана Зендэ самая большая информационная сеть в нулевом мире и буфере. Любой, кто немного подумает, сразу догадается, кто именно станет лидером в поисках сокровища.

— И никто не попытался его украсть? — не верил Инк.

— У нас самая большая информационная сеть, — Лина повторила, глядя на Инка, как на идиота. — Мы всегда можем найти вора. Тем, кто не боится возмездия Зендэ, выгоднее купить у нас извлеченную энергию, чем драться за такой маленький кусочек камня силы. Хотя, даже так покупателей найти непросто.

— Из-за особенностей энергии в нём?

— Да, — ученая закончила запаковывать камень, положила коробку в ящик и небрежным толчком ноги задвинула обратно в стол. — Энергия очень жёсткая. Только у Зендэ есть аппаратура для её смягчения.

— Жители пятого мира настолько круты, что могут поглощать эту силу напрямую. Удивительно, — Инк догадывался, что следующие миры будут местом жизни могущественных существ, но насколько они сильны? Этого он не знал.

— В пятом мире камни силы не используются для личных нужд. Они нужны как топливо в дайсах. Станция распределяет энергию между несколькими поселениями случайным образом: одни получают жизнь, другие — умирают от голода. Принято считать пятый мир самым суровым, хотя о шестом неизвестно ничего, а восьмой и девятый окутаны слухами и легендами.

Инк вернулся к гэрронам. Артефакт, который будет сам создавать асур, подчинённых владельцу устройства благодаря запечатлению. Кому должна достаться верность? Артефакт мог бы связывать своего пользователя и подопытного, работая посредником при запечатлении, но это не сулило Инку выгоды. Более правильным решением казалось сделать объектом почитания сам предмет. Он должен стать идолом, на который будут молиться созданные асуры.

Инк работал с гэрронами воплощая задумку. Через несколько часов в его руках лежал примитивный на вид скипетр. Ручка из металлического шипа: низ заострённый, участок для руки покрыт короткими фиолетовыми волосинками — именно они обладали свойствами гэррона, а не кусок кожи. На вершине крепление для камней Эннота или других носителей энергии.

— Необычный стилет, — прокомментировала результат Лина.

— Это скипетр, — будь Инк смертным, покраснел бы от замечания учёной. — Его нужно вонзить в монстра, позволить поглотить светоч и кровь. Процессор создаст шаблон для изменения тела. Если проткнуть человека, артефакт проанализирует его кровь и на основании сходства выберет наименее затратное по расходу энергии превращение. Владелец по желанию может указать любой тип монстра в качестве шаблона. Параллельно светоч подопытного будет разделён, слабая часть поглотится скипетром. Стержень используется как носитель шаблонов, волосинки предназначены для кусочков чужого разума — на каждый по одному запечатленному. Ещё я добавил возможность самостоятельного улучшения скипетра. Достаточно просто отдать команду и держать его рядом с более качественным материалом. Скорость поглощения зависит от энергии в камне Эннота и свойств материалов.

Инк существенно «потратился» на создание скипетра. Силовое поле и «процессор» из нескольких ядер светоча — всё требовало кусочков его сути. В каждый артефакт приходилось буквально вкладывать душу. К счастью, благодаря навыку разделения, это не были безвозвратные потери — связь у частиц души сохранялась.

«Он и в самом деле больше стилет напоминает с пустым местом под… как это штука на конце рукояти называется? Яблоко?» — Инк вспомнил о слышанном в смертной жизни названии, но сомневался в его правильности.

— Плохо, — тут же ответила Лина. — Теперь нам нужно искать живых монстров.

— У нас же тут целый храм под боком, — удивился Инк. — Разве там не огромная туча монстров? Даже на лестнице с кувшинами, амфорами, горшками и летающими свечками можно собрать образцы.

— Да, — спокойно подтвердила ученая.

— И в чем тогда проблема?

— Опасно ходить туда слишком часто. Можно заразиться законом сидящего там бога.

— Я вполне могу сходить сам, если остальные боятся, — Инк притворно закатил глаза.

— Хорошо.

— Думал, ты откажешься, — удивился Инк.

— Когда вернешься, сможем точно узнать есть на тебе внутренний закон или нет, — пояснила свои действия Лина.

— Ага, — Инка выбивала из колеи такая откровенность и практичность в словах ученой. — Тогда мне понадобятся камни Эннота.

— Да. Вот, — Лина протянула ему мешок на завязке.

— Я пошел.

— Да.

Взгляд ученой оставался всё таким же спокойным и холодным. Инк чувствовал себя дураком.

Идя к храму он ловил на себе взволнованные взгляды подопытных. Не останавливаясь, проигнорировал почтительные поклоны смертных и шагнул в храм.

Всё вокруг изменилось почти мгновенно. Он снова стоял у лестницы. Огни свечей в воздухе сияли заметно слабее.

— Я пришел за монстрами, — прокричал Инк в темноту. — Могу я их забрать?

Ответа не было.

Инк шагнул на первую ступень. Никто не спешил на него нападать. Не дождавшись реакции от кувшина, Инк попробовал поскрести его снаружи, но эффекта не добился. Он засунул одну руку в ёмкость, найдя несколько спящих монстров с телами жука, хвостом скорпиона и торса человека, напяленного выше жучиного рта. Инк повернул ладонь, и существо упало на камень ступени, как игрушка. Человеческая часть чудовища вяло шевелилась.

— Корчишься от боли — значит жив. Это хорошо, — Инк быстро достал кусочек камня Эннота, приложил к артефакту. Металлические усики обхватили источник силы, по рукояти скипетра прошла легкая дрожь.

Инк опустился на одно колено и коротким точным движением проткнул миниатюрного монстра шипом. Кровь впиталась легко, но вытащить светоч из создания оказалось непросто. Чудовище извивалось, но благодаря особенным глазам Инк видел, как душа жертвы рывками притягивается к скипетру. «Процессор» изменял душу существа по образу из камня на мантии. Спустя несколько минут процесс «переваривания» завершился, а камень Эннота в рукояти потускнел.

Инк шагнул на вторую ступень и повторил процедуру уже с другим чудовищем. Свечи не спешили лететь к нему, поэтому уже на третьей ступени действовать приходилось в почти полной темноте. Шаг за шагом Инк продвигался дальше, ощупывая пространство светочем. На десятой ступени он не рискнул выпускать свой разум наружу, но прозрачные креветки так и не появились. Инк посмотрел на рукав одежды, белая фигура пожирателя души там всё-таки была.

Он шел дальше в кромешной тьме, изредка оглядываясь на мерцающие позади огоньки свечек. В конце пути его ждала статуя бога без признаков жизни.

— Ты здесь? — никто не ответил. Звать этого бога по имени Инк не собирался.

Одна рука статуи так и была протянута вперёд в полусжатом состоянии.

— Ладно, попробуем так, — Инк вложил свои пальцы в ладонь статуи, будто меч в ножны. Сжал каменную кисть, и она дрогнула в ответ. Огни сзади разгорелись, отгоняя темноту прочь.

— Ты вернулся, — голос божества звучал устало, но довольно.

— Да, — Инк решил не церемониться и перейти сразу к делу. — Ты можешь помочь мне? Протянешь руку помощи?

— Монстры? Я открою тебе путь в комнаты с ними. Можешь убивать столько, сколько пожелаешь.

— Спасибо за столь щедрое предложение, но мне нужно кое-что другое. Ты сможешь перенести меня в другое место отсюда? Скажем… Если я приду сюда завтра, поможешь быстро убежать на расстояние в несколько тысяч километров. Желательно в точном направлении.

— Я помогу тебе, но не обещаю доставить куда нужно. Я вызвал недовольство… старшего брата. Мои силы оскудели.

— Долго тебе их восстанавливать?

— Самому долго, но если ты назовешь моё имя я стану куда сильнее.

— Можно обойтись без этого? — занервничал Инк.

— Конечно, — беззаботно отозвалось божество. — Это лишь твой выбор. Мой закон нельзя навязать, можно лишь принять добровольно.

— Но ты всё равно поможешь мне? — уточнил Инк.

— Разумеется.

— Тогда до завтра, — Инк отпустил каменную руку. — И ещё… Что у тебя за внутренний закон? Что он делает?

Божество рассмеялось.

— Ты ведь уже испытал его на себе, так почему спрашиваешь? Я был одним из Ордена Горы. Наша сила тверда, потому что укрепляет связи. Когда мои братья по крови становились в единый ряд и поднимали щиты, становились подобны несокрушимой горной цепи. Чем нас больше, тем выше сила каждого.

— Да, моё мнимое тело стало крепче, — согласился Инк, — но я спрашивал о внутреннем законе.

— Он и есть внутренний, ведь я — бог, не демон. Не моя воля укрепила твою плоть, ты сам сделал это. Я знаю о методах, которые используют в лагере снаружи, но не стоит думать будто ученые знают обо всём и всё понимают верно. Моя сила создана, чтобы укреплять разум, но ты не принял её, поэтому результат оказался таким извращенным, а сама нить имитирует внешний закон.

— Не понимаю, — объяснение бога лишь запутало Инка, да и стоит ли ему верить? — Объясни подробнее.

— Хотел бы я, — вздохнул бог, — но старший брат опять разозлится. Я могу попытаться рассказать тебе, но тогда завтра никто не поможет тебе сбежать.