Алексей Федоров – МБК 2: Драконья кровь (страница 25)

— Понятно, — Инк просидел в раздумьях до самого конца полёта.

Ему не давали покоя мысли об ихоре и законах микрокосма. Может ли быть, что он уже начал их формировать? Или причина резкого роста тонкого тела в чем-то ином? Инк жаждал знаний. Особенно сильно его манила последняя часть в листах с наследием нулевого мира.

«У меня недостаточно сильный светоч, чтобы вместить столько информации. Будь разум действительно процессором, то можно было бы лишь найти информационный носитель побольше и… — в голове Инка проскользнула неожиданная мысль. — Стоп. Разве я не могу найти этот носитель? Мозг — тоже своего рода накопитель информации, но в мнимом теле его нет. Придать туману форму нейронных связей?.. Не выйдет. Даже если получится что-то похожее, он в любой момент развеется туманом, потому что в любом случае зависит от концентрации.»

Полёт завершился. Инк шел за Линой, почти не обращая внимание на окружение. Его занимали мысли о создании искусственного мозга. Из аэропорта их увез потрёпанный автобус. От неказистого здания — на улицы шумного города с галдящими людьми.

Желтовато-коричневая загорелая кожа, морщины на худых лицах, узкий разрез глаз, яркие одежды и множество резких запахов. Инк лишь краем глаза отметил присутствие бурного человеческого потока. Вырвавшись из окружения ярких кричащих пятен автобус помчался по каменистым дорогам, которые никогда не укутывали в одежды из асфальта. Они и сами были загорелые и худые, с выделяющимися под тонкой кожей почвы камнями-костями. Морщины ям и узкие повороты, на которых обязательно нужно затормозить, чтобы не столкнуться с людьми или потрёпанными машинами.

«Эти дороги, такие же, как и живущие тут люди.»

Глядя на пустынные пейзажи гористой местности Инк успокоился. Именно в этот момент тихого наблюдения за миром ему вдруг подумалось о возможном решении его проблемы.

«Слизь — тоже своего рода камень. Живой кристалл. Если разделить его на маленькие кусочки, а затем построить между ними связи… Вот и замена мозгу. Камень не так просто развеять, а изменить его строение я могу силовым полем.»

Такое простое решение заставило Инка улыбнуться. Он поймал на себе удивлённый взгляд Лины.

— Красивый пейзаж, — сказал Инк учёной.

Лина отвернулась, не выражая никаких чувств. Другие члены клана Зендэ посмотрели на Инка с разными выражениями на лицах. Большинство из них, похоже, не считало местность с растущей неровными клочками травой, неказистыми каменными холмами и темными низкими облаками чем-то достойным восхищения. Тряску в полуразваленном автобусе тоже нельзя отнести к достоинствам путешествия.

«Мне хорошо и мир кажется прекрасным — чем не ихор? Внутренний закон меняет окружение, пусть и лишь для меня одного. Интересно, если я буду счастливым богом, станет ли мир вокруг счастливее просто от моего присутствия в нём?» — шутил про себя Инк.

После долгого пути автобус приехал к пустынной местности. Рядом был разбит небольшой лагерь. На достаточно широком расстоянии раскинулись мёртвыми черепахами крупные, размером с одноэтажный дом, палатки невзрачных цветов, что позволяло им теряться на фоне серого окружения. К удивлению Инка, один из членов клана Зендэ лишил сознания водителя автобуса и вынес его прочь.

— Что происходит? — спросил Инк у Лины.

— Экспериментального материала много не бывает, — ответила ему учёная.

Инк лишь кивнул, хоть и ощутил некое сожаление. Этот человек был незнаком ему, а потому воспринимался как невинная жертва.

— Идём, — Лина повела Инка в сторону от лагеря.

Они обошли один из небольших холмов и увидели долину. В дальней её части стоял древний храм. Фасад с изогнутыми, приподнятыми на концах, коньками крыш был хорошо виден, вторгаясь на территорию долины. Не меньше половины здания утопало в скале. Инк мог лишь предполагать насколько глубоко помещения храма уходят в каменный массив.

Перед храмом собралось множество людей ближневосточной наружности. Бороды-лопаты, автоматы в руках, разномастный камуфляж — их вид полностью соответствовал архетипу террористов. Именно таких людей Инк видел в сводках новостей о радикальных религиозных группах, ещё будучи смертным.

— Почему они здесь? — на его лице застыла тревога.

— Это наши с тобой подопытные, — равнодушно ответила Лина Зендэ. — Их не так много, поэтому мы должны работать аккуратно.

[1] Для более ясного понимания вы можете поискать информацию о рентгеновском структурном анализе. Лучи с очень малой длиной волны используют кристаллическую решетку как дифракционную и оставляют след разной формы. В этих камнях второго мира естественные потоки силы формируют видимые рисунки — что-то вроде голограммы внутри кристалла.

Глава 16 Изучая клочков душ сиянье

Глядя на толпу неопрятных, злых мужиков Инк находился во власти сомнений. Разум смертного говорил, что они опасны, но опыт бессмертного духа возражал на это уверенностью в своём превосходстве. Мнимое тело не ранить пулей или ножом. Гранаты и мины — тоже бесполезны.

Лина развернулась и пошла прочь. Инк постарался не отставать, параллельно возвращая на руки перчатки, а на лицо — маску. Набор брони духа придавал уверенности и приносил мнимому телу тепло. Одна из палаток оказалась заполнена лабораторным оборудованием. Все содержимое было достаточно хорошо знакомо Инку. Разница между работой в маленьком мире и здесь заключалась лишь в переходе с опытов на слизи к работе с млекопитающими. Они не пытались сделать из них питомцев, но пытались превратить в монстров. Сначала мыши, затем кошки и собаки, лисы, тигрята, бхаралы, олени и антилопы.

Опыты проходили с переменным успехом. Небольшие изменения вносились в организм животных при помощи разработок алхимиков. Иногда это происходило с добавлением гэрронов, полученных у монстров буфера или маленьких миров. Инк наблюдал за всем этим, пытался вносить свою лепту в успех экспериментов в качестве ассистента Лины. Параллельно он искал способ превратить имеющиеся у него куски тела слизи в камни Эннота. При помощи Лины ему это в конце концов удалось. В мнимом теле Инка жидкость из слизи и сгущенные камни энергии хранились отдельно.

Сложность создания микроструктур, которые можно было бы использовать в качестве кристаллического мозга, оказалась куда выше ожиданий. Инк продолжал упорно работать и не останавливался в своих экспериментах. Вместо сна он занимался медитацией, которая позволяла ему пополнять резервы энергии за более короткий срок. Несмотря на появление слабого тонкого тела, его память всё равно стиралась после каждого появления в белом мире. Не будь связующей нити с лирсом, он бы так и не запомнил несколько случайных встреч с другими «кляксами». Это не давало какой-либо пользы, но указывало на вполне очевидный факт.

«Я еще недостаточно силён, — рассуждал Инк. — Когда тонкое тело разовьётся, попробую вывести его из микрокосма. Тогда мой вид в белом мире должен измениться с кляксы на небольшой голубой кристалл. Надеюсь, я правильно понимаю ситуацию.»

Спешить с этим Инк не хотел. Изначально камни Эннота в его теле были пусты, но после накопления силы из белого мира стали наполняться. Как только количество силы внутри дошло до определённого уровня, глыбы прозрачных кристаллов сжались, стали плотнее. Цвет их в тот же миг сменился на мутно-белый. Когда-то Наркерт рассказывал ему о камнях Эннота, кэр[1], градации силы по цвету, а теперь Инк сам изучал это, но уже с другой стороны. Изменения кристаллической структуры привели к увеличению плотности, что по удивительному совпадению согласовалось с планом развития подопытных в проекте «Асура».

Вся суть развития боевых искусств привода к наращиванию плотных тканей мышц и увеличению плотности костей. Это позволяло им удерживать в себе большее количество тонкой энергии. Вся материя в масштабах микромира похожа на огромные сети с гигантскими дырами. Чем материя плотнее, тем меньше ячейки этих сетей. Энергия — это рыба, которую нужно словить. Сами тонкие тела тоже отличались по своей прозрачности.

Путь «Асуры» заключался в том, чтобы развить физическую плоть, затем за счет небольших частиц накопленной энергии понемногу развить тонкое тело или еще больше уплотнить физическое. Шаг за шагом, цикл за циклом, асуры превращали свой организм в объекты твёрже металла.

Проект «Дэвы» использовал диаметрально противоположную систему. Они развивали светоч, чтобы затем накопить внутри него энергию и подпитывать зародыши тонких тел. У каждого из направлений были свои преимущества и недостатки. Асуры нередко теряли контроль и становились буйными, диким, яростными. Подталкивать тело до предела, вынуждать плоть поглощать запасы тонкой энергии, адаптироваться… Легче всего делать это было в битвах. Со временем сражения на грани жизни и смерти становились для асур своего рода наркотиком.

Дэвы пытались развивать душу. Они удовлетворяли все свои мечты, а после — обычные желания. Искали утешения в искусствах и благожелательности. У такого подхода был свой предел, и он достигался весьма быстро. Одни дэвы находили возможность развиваться исполняя чужие желания и мечтания, добровольно становились джинами, тогда как другие — выбрали путь извращенных удовольствий. Пресытившись обычными благами, они искали запретных наслаждений и обращались в духов жутких, опасных, несдержанных. К несчастью, этот путь оказался более результативен, чем исполнение чужих чаяний и надежд.