Алексей Федорочев – В тени отца (страница 9)
В общем итоге у меня набралось почти триста рублей – смешная сумма для бездомного беглеца. Ладно еще одежду покупать не надо – часть вещей из тайников до сих пор подходила, хоть и в обтяжку, да и про свой заказ Машке удачно вспомнил. С документами был полный швах – все сгорело вместе с домом.
И вот теперь я сидел и лихо тратил почти червонец – цены в привокзальной кафешке были безбожно завышены, но без ударной дозы кофе существовал немалый риск опять очнуться на пути домой.
Вообще, план срочно требовалось менять – еще трое суток в таком режиме я не выдержу и точно вернусь в «ласковые» объятия опекуна. Поэтому и свернул в этот городок. Городком он являлся только по названию – четыре кривые улочки вряд ли могли претендовать на столь высокое звание, но при этом мощный железнодорожный узел не давал аборигенам скатиться к жизни обычной деревеньки. Еще недавно сюда же проложили шикарную автотрассу, что гарантировало в недалеком будущем строительно-коммерческий бум, но пока всего лишь одна-единственная забегаловка обслуживала немногочисленных посетителей.
Думы лезли сплошь пессимистическими: полагаться на себя я больше не мог, а на то, чтобы уехать на поезде вместе с байком категорически не хватало денег – аренда багажного места зверски кусалась. Еще несколько дней назад, я бы даже не моргнул глазом, доставая из кармана запрошенную сумму, но сегодня…
А продать или хуже того – бросить байк не поднималась рука. Я не был таким уж ярым поклонником философии свободы и ветра в лицо, но – черт возьми! – от матери у меня остался только медальон, а от отца – только этот его подарок! Да, когда я стану совершеннолетним и доберусь до наследства, я смогу себе позволить что-то не хуже, но ключевое слово здесь «хуже»! Никакая дорогущая игрушка в будущем не сравнится с этой! И в то же время я отлично понимал: байк меня демаскирует – далеко не каждый мой ровесник может себе позволить «Звезду», я уже молчу про улучшенный дизайн и молчу-молчу про реальную начинку. Но на трассе я не особо бросался в глаза – поди еще разберись под амуницией, кто водитель, да и с наступлением теплого сезона на дороги выбрались сотни любителей острых ощущений, зато юноша, сдающий такую технику в багаж, точно запомнится случайным свидетелям. А мой предполагаемый опекун уже показал себя серьезным человеком, способным задействовать немалые силы.
Куда ни кинь – всюду клин!
Душную тишину зала разорвала матерная тирада. К мату в нашем доме относились строго отрицательно – отец всегда показательно морщился на ненормативную лексику, и обычно хватало его строгого взгляда, чтобы матершинник начал литературно изъясняться. Но при этом меня в самом возрасте воспитывала семерка бывших военных. Даже Кошка нет-нет, да позволяла себе крепкое словцо, когда я ее особенно допекал, а уж остальные в этих случаях в выражениях редко стеснялись, так что соленые обороты чем-то шокирующим для меня не являлись. Сказать, чтобы я сам их повсеместно употреблял… вряд ли. Разве что на эмоциях, когда разом кончались нормальные слова. Я это к чему: шумно ворвавшаяся в забегаловку парочка танкистов не добавляла мат к речи, она им разговаривала! Хотя нет, я не прав, это был не диалог, а монолог, практически крик души:
– Ты не мехвод, ты пип пип, танк теперь пип пип пип! Пип пип броня пип! Управление пип пип! Даже пип гусеницу пи-и-ип! Пи-и-и-п! Рельсы пип! А если пип пип пип следующим эшелоном, то комбат пип пип пип тебя и меня! Это ж надо же пип пип мимо платформы! Это же пип пип пип пип полная жопа! Пи-и-ип неустойка от дорожников пип пип!!!
Что?.. Невольно выслушав вместе с официанткой не предназначенное для наших ушей, обернулся посмотреть на героев дня. На короткое время даже собственные проблемы отошли на второй план, потому что передо мной стояли люди,
Механик-водитель – совсем молодой щуплый парнишка, ссутулившись, прошмыгнул к стойке, судорожно схватил уже приготовленные официанткой свертки и слинял, а прооравшийся старший сержант, тяжело плюхнувшись за столик, сделал заказ:
– Двойной кофе!
Уткнулся обратно в свою чашку. Посочувствовать бедам проштрафившегося экипажа элементарно не хватало ни сил, ни желания. Нехорошо признаваться, но на самом деле я даже позлорадствовал чужим неудачам – они вывели меня из амока, в котором я пребывал последние полчаса.
– Кабан?.. – На неуверенный оклик вполне можно было не реагировать, но разведчика из меня не получится – я всем корпусом нервно развернулся к вопрошающему.
– Кабан, точно! Помнишь меня? – спросил матершинник – командир экипажа, расплываясь в щербатой счастливой улыбке.
Теперь, когда он обратился, что-то знакомое в его лице мелькнуло. Погоди-ка, погоди… что-то неприличное…
– Педофил?..
– Маньяк! – возмущенно поправил танкист, – «Ночные волки». Вспомнил?
– Еще бы! Только ты тогда, по-моему, с косичкой был?
– Ну! Когда это было!
Случайный знакомец почти трехлетней давности радостно пересел за мой столик.
– Так это твоя «Звезда» у входа стоит? Красавица! А какая максимальная скорость?
Вяло удивился его энтузиазму – он плохо сочетался с только что озвученными на весь зал проблемами экипажа, но почему бы ни поговорить о чем-то отвлеченном? Не худший способ убить время, а мне еще трое суток как-то продержаться надо, не сорвавшись домой.
– Двести двадцать на трассе, разгон до ста за пять секунд!
– Ух, ты! – он уважительно добавил еще пару эпитетов, но после недавней экспрессивной речи это были так, запятые. – Крутая она у тебя! На заказ?
– Нет, серийная, просто небольшие улучшения, – и невесело усмехнулся над шуткой, понятной только мне: назвать «небольшими улучшениями» почти полную переделку от Петра Романова? Для этого надо было родиться каким-нибудь князем, у которых денег куры не клюют. Или мной – его сыном. Разговаривать резко расхотелось.
– Я помню, что ты в рунах сечешь, – сделал Маньяк неправильные выводы по поводу автора усовершенствований. Потом мы еще немного потрепались о характеристиках мотоциклов, пока он не перешел, наконец-то к цели разговора, – Слу-ушай, – просительно протянул танкист, – А ты сильно торопишься?
– Вообще не тороплюсь, – в душе нехотя шевельнулось разбуженное любопытство – зачем-то же он подсел ко мне?
– Тебя мне сам бог послал! Нет, честно!
«Ага! Слышал я твою молитву! С другой стороны – очень искренняя, может только такие и доходят до адресата?»
– Короче, ты же понял уже, в какую жопу мы попали! Послал бог водилу! – дальше опять пошел не несущий смысловой нагрузки, но точно передающий эмоциональную окраску набор слов.
«Господь, я смотрю, прям диспетчером при тебе подрабатывает: меня послал, водилу послал…»
– … расхреначено все в клочки! Поможешь? Я заплачу!
Пока пропускал мат мимо ушей, похоже, прошляпил что-то важное.
– Извини, не понял, – отгоняя головную боль, потер переносицу и виски, – Я в устройстве танка мало разбираюсь и отремонтировать гусеницу вам никак не помогу.
– Да х… с ней, с гусеницей! Это всё чинится ремкомплектом! У нас щитовое управление вдребезги! Половина схем рассыпалась. А ты же в них шаришь?! – и он с надеждой уставился на меня!
Вот здесь я окончательно вынырнул из своей апатии и изумленно уставился в ответ на своего визави. Потому что бывший байкер либо полный ноль в рунах, либо поставлен в крайне неудобную позу своим командованием. А скорее всего и то, и другое.
Начнем с того, что управляющий щитом блок стоит треть всей цены танка. Это такая крутая штука, которая в бою принимает на себя почти все летящие в цель снаряды, оставляя на броню лишь мелочь. Не панацея, случаются отказы, перегруз и прочее, но ничего лучше пока не придумали. За разработку этой самой фиговины некие П.И.Романов и С.И.Веллер двадцать лет назад получили государственную премию и ордена. Это всё к тому, что у сержанта в принципе не может быть адекватного количества денег оплатить починку.
Вторая новость состоит в том, что даже на заводе блоки собираются вручную и очень высококвалифицированными специалистами. Предположить, что мальчишка, починивший когда-то с помощью подручных средств байк на дороге (им же и испорченный, кстати, но это к делу не относится), сможет разобраться в этой схеме?.. Это… даже не знаю, с чем сравнить! Примерно как шахматисту предложить выйти на ринг против тяжеловеса – тоже же поединок спортсменов!
Но есть еще и третье обстоятельство, не имеющее никакого отношения к первым двум: бог этого сержанта, может и не любит, но точно за ним присматривает! И за мной, видимо, заодно. Потому что свести нас в этой дыре могли только высшие силы – свободных профессионалов, способных выполнить просьбу Маньяка, по всей империи на пальцах рук пересчитать можно, а я, хоть и не причислял себя к их когорте, конкретно эту задачу решить мог. Чтобы скоррелировать работу подобного блока на летающем доспехе с работой двигателя мы с отцом столько вариантов перепробовали, столько раз переделывали! Воспроизвести после тех адских трудов стандартный армейский блок для наземной машины? Да я даже пару оптимизаций могу внести!