Алексей Евстигнеев – Шоу «Прожить на минималку» (страница 6)

– Да бери ж ты! – бабуля нетерпеливо сунула ему букет в руку, подняла ведёрко и пошла к автобусной остановке.

– А деньги? – крикнул ей вслед депутат, глядя на цветы в одной руке и на деньги в другой.

– Детям «чупа-чупс» купишь, – отмахнулась уходящая женщина.

– Я верну! Я обязательно верну, – крикнул ей вслед депутат, но голос его, хорошо поставленный на многочисленных собраниях голос, сорвался.

«Ты что это раскис, – тут же выговорил себе Евгений Павлович. – Как будто не встречался никогда с народом? Да в прошлую предвыборную кампанию столько пришлось поколесить по стране! Благодаря этим поездкам, благодаря его, Евгения Павловича, ораторскому и организаторскому искусству он и сам находился в Госдуме не первый срок, и создал СДАЛПРАНОС, в будущее которого верил. Не расслабляться, не расслабляться! Тебе ещё сейчас на женщину производить хорошее впечатление», – правда, за последнюю мысль депутат не волновался. Он нравился женщинам и привык к этому.

Мужчины поднялись на лифте на седьмой этаж. Вадим позвонил в одну из дверей и пропустил вперёд Евгения Павловича со словами:

– Ваш выход!

Дверь открылась. На пороге стояла женщина лет сорока и смущённо улыбалась:

– Здравствуйте. Проходите, пожалуйста. Давно вас ждём.

Мужчины вошли. Первым Евгений Павлович. Он вошёл и тут же протянул женщине цветы.

– Очень приятно. Спасибо. Меня зовут Люба. Ой! То есть – Любовь Михайловна.

– Да, мне уже сообщили. То есть, извините, очень приятно. А я – Евгений Павлович Котов.

– Да-да, я знаю. Я видела вас по телевизору. Когда мне предложили участвовать в проекте и я дала согласие, то начала смотреть передачу «Парламентский час» и новости по всем каналам, чтобы немного заочно узнать своего… своего?..

– Своего партнёра по телешоу, – подсказал ей из-за спины Евгения Павловича Вадим.

– Да-да. Раздевайтесь, пожалуйста. Проходите.

Евгений Павлович в свою очередь успел рассмотреть свою напарницу по проекту. Это была симпатичная женщина. Не полная, но и не худая. Светлые волосы, стрижка чуть выше плеч. Совсем немного косметики. Лицо приятное и приветливое.

Депутат скинул джемпер, повесил на крючок в прихожей и вошёл в комнату.

– Стоп, – подняла протестующе ладонь Любовь Михайловна. – А обувь? Я только что полы помыла. Это не у вас в парламентах, где уборщицы получают больше, чем дипломированные специалисты, отработавшие десятки лет на родное государство. А я не собираюсь полы мыть каждые пять минут.

– Снимай, снимай! – шептал Вадим операторше, потирая ладони. Конфликт, скандал для журналиста – что стервятнику падаль, необходимая пища.

– Извините, – смущённо произнёс Евгений Павлович и вернулся в прихожую.

– Я там тапочки приготовила. Заранее узнала у организаторов, какой у вас размер ноги. Должны подойти. И, если хотите умыться, в ванной на вешалке слева висит полотенце. А то у вас с лицом что-то, ссадина какая-то или шрам. Надеюсь, расскажете о своих приключениях?

В прихожей, возле полки с обувью, действительно стояли новые мягкие домашние тапочки. Евгений Павлович переобулся. Тапки действительно были ему по ноге. Котов сходил в ванную, умылся, стараясь не мочить чуть присохшую ссадину, и сияющий появился в комнате.

– Проходите, садитесь за стол. И вы, ребята, садитесь, – обратилась женщина к телевизионщикам. Я напекла пирожков, чаю попьём. Организаторы разрешили оставить немного муки, варенье, чай и чуть-чуть песку. Как говорят, для коммуникабельности. Посидим вместе за столом и будто бы узнаем друг друга поближе.

– Это им коньячку надо было оставлять, – засмеялся Котов и тут же поправился, с оглядкой на социальную среду, – или водки.

– А вы без спиртного за стол не садитесь, что ли? – спросила Любовь Михайловна.

– Да я шучу, тоже для коммуникабельности.

– Отлично. Я тоже пошутить люблю, – обрадовалась женщина. – А то я волновалась, что придёт какой-нибудь зануда с задранным носом и начнёт изрекать заумные термины. А с шутками да прибаутками мы с вами на любую минималку проживём.

Любовь Михайловна на секунду замешкалась и добавила:

– Наверное.

– Проживём, проживём! – бодро заверил её Котов. – Ещё как проживём! Мы всем покажем кузькину мать…

В это время в комнату вошёл подросток.

– Это мой сын Кузя, – представила его Любовь Михайловна. – Моего дедушку звали Кузьма. В его честь назвали сына.

– Значит, вы настоящая Кузькина мать? – засмеялся Котов и дружелюбно кивнул подростку. – Привет, Кузя.

– Сам ты – Кузя! – огрызнулся парень. – Меня Серёжа зовут. Мамка прикалывается, а вы ведетесь.

Котов растерянно посмотрел на смеющуюся женщину. Та, смеясь, развела руками, мол, да, бывает, прикалываюсь.

– Один-ноль в вашу пользу, – опять рассмеялся Котов. – Но, поверьте, матч только начинается.

Тем временем Сергей, длинноволосый подросток лет тринадцати, уселся за стол, налил себе чаю, взял пирожок и, с интересом разглядывая Котова, спросил у матери:

– Мам, мы чего, теперь голодать будем?

– С чего ты взял?

– Всё это шоу ваше «Как прожить без денег» попахивает идиотизмом. Что, действительно правда кто-то знает, как прожить без денег?

– Не совсем без денег, Сергей, – ответил ему вместо матери Котов, – а на минимально разрешённую оплату труда.

– Ну, так я же и говорю – без денег, – рассмеялся подросток. – Если бы «это» были деньги, мама и сейчас работала бы врачом! А, мам?

– Сиди, ешь, болтун, – цыкнула на сына Любовь Михайловна.

– Откуда такие познания в экономике, молодой человек? – перешёл в нападение Евгений Павлович. – Да, это небольшие деньги по сегодняшним ценам, но прожить на них можно. Скромно, но можно. И это ведь минимальная оплата труда. Это как бы трамплин. Человек должен вертеться, искать лучшее место работы с более высоким заработком. Должен учиться, переучиваться, должен постоянно совершенствоваться. Под лежачий камень вода не течёт. Ведь есть специалисты с такими высокими зарплатами, что ни малый, ни средний бизнес такого дохода не даст. Стремитесь, дерзайте, добивайтесь. Вот так, молодой человек.

Маша сосредоточенно снимала вдохновенную речь депутата, не выпуская вкусный пирожок изо рта. Сергей недоверчиво слушал депутата, но не нашёлся сразу, что ответить. За него ответила мать:

– Евгений Павлович, у Серёжи не познания в экономике, он просто реально по-взрослому знает цену деньгам. Он знает, сколько стоят приличные кроссовки и джинсы, хотя сам носит похожие китайские вещи, но с «Черкизона», с Черкизовского рынка, тут, недалеко. Серёжа знает, сколько стоит хороший велосипед, компьютер, но главное, он часто помогает мне ходить в магазин за продуктами, или сам ходит в сберкассу оплачивать коммунальные услуги. Вот и вся Серёжкина экономика.

И ещё я хочу добавить: раньше считалось, что если человек хорошо работает на одном месте, то именно там он добивается больших профессиональных навыков и даже, я бы сказала, высот. А вы говорите – вертеться? Бросать, начинать всё заново? Да, для кого-то это путь, но не для всех же? Я думаю, многие люди хотят обыкновенной стабильности. И трамплином малая зарплата может быть только для молодого человека. А нас, уже не молодых, что же, всех на кладбище?

– Где тут немолодая? – Евгений Павлович ловко сменил напрягающую тему. – Вы очень даже молодая эффектная и… и…

– Что «и»? – засмеялась игриво Люба.

– Красивая.

– Ну уж, – зарделась Люба. – Правильно Серёжка с вами о деньгах начал разговаривать. Нам, женщинам, только скажи ласковое слово и мы всё, сразу теряем интерес ко всему остальному. Сразу так и хочется посоветовать: продолжайте, продолжайте говорить, – засмеялась женщина.

– Я готов продолжать сколько угодно, – артистично приложил руки к груди Котов.

– Болтун, – махнула на него рукой Люба.

– Вишь, – обратился Котов к Сергею, – нас с тобой охарактеризовали одним и тем же словом. Уже как-то легче.

Сергей кивнул, дожёвывая пятый мамин пирожок.

А Котов продолжил разговор, обращаясь к Любе:

– Только не все женщины так легко ведутся на комплименты. Есть такие акулы, которых ничем не прошибёшь: ни комплиментом, ни уговорами, ни матом, ни угрозой.

Люба пожала плечами:

– Может быть. Я-то обыкновенная. Кстати, – обратилась Любовь Михайловна к Вадиму, – а ваш проект не пересекается с познеровским «Королём ринга»? Что это вы привезли депутата таким помятым? И, как мне показалось, даже – побитым?

– Я думаю, Евгений Павлович сам всё расскажет, – ответил ведущий.

– Да-да, – подтвердил депутат. – У меня есть, что рассказать.

Вадим сделал знак рукой операторше и попросил у всех присутствующих тишины, приложив палец к губам. Маша перевела камеру на Вадима.

– На этом моменте доброго знакомства мы и оставим наших героев до следующей съёмки. Камеры наблюдения установлены в двух комнатах, на кухне и в коридоре. Дорогие телезрители, надеюсь, вам будет интересно, как наш уважаемый депутат, бизнесмен, не побоюсь этого слова – миллионер, Евгений Павлович Котов проживёт на социально гарантированную минимальную зарплату. Пожелаем же удачи нашему, говорю абсолютно искренне, герою!

– Её ещё нет, этой минимальной оплаты труда, – поправил депутат. – Закон должен вступить в силу с начала 2009-го года, а сейчас, как известно, лето 2008-го и сейчас минимально разрешённая заработная плата две тысячи триста рублей. А нам с Любовью Михайловной выдана сумма прожиточного минимума, рассчитанного на конец 2007-го года.