Алексей Евстафьев – Добрые книжки. Книжка странствий. Книжка умелых рук. Книжка чудесных дел (страница 3)

Дядя Валера хрюкнул рванным хихиканьем и погрозил пальцем:

– Так и знал, сука, что ты не просто собака, а работаешь на ФСБ. Подтверди мою догадку, Алексей Николаевич.

– Я не знаю. – отмахнулся Алексей Николаевич. – Зачем ФСБ твоя собака?.. Они террористов ловят, диверсантов разных. А наш дом для террористов интереса не представляет.

– Да как же не представляет? – воскликнула собака. – Гипотетические террористы могут изготовить вещество под названием игданит (аммиачная селитра плюс дизельное топливо – всё имеется в доступных точках розничной торговли) и устроить в доме термобарический взрыв. Придут ночью с пятью литрами бензина, зайдут в лифт, накрутят на спичку сигаретную бумагу, чтоб фитиль получился, зажгут и прилепят спичку на жвачку в лифте. Потом выльют бензин, проедут вверх-вниз и уйдут из подъезда, а когда фитиль дотлеет и спичка зажжётся – произойдёт эффект, как в цилиндре ДВС. Полетит всё к чертям собачьим..

– В нашем доме нет лифта. – пробормотал дядя Валера.

– Не важно. – энергично засеменила лапами собака. – Если террористы владеют основами химии, если обучены синтезировать мутанты лёгких и тяжёлых элементов для изготовления плазменного состава – они запросто могут устроить атомный взрыв. И на наш дом хватит, и на соседний, и даже от Липовой Горы ничего не останется.

– Заткнись! – совершенно сникнув и стиснув зубы, потребовал от собаки дядя Валера.

– Всё же очень просто. – собака вильнула хвостиком. – Когда смесь изготавливается и закладывается в подъезде, скажем, в виде мешков с цементом для предстоящего ремонта, тогда электросварочный аппарат подключается к проводникам разрядника и делается пробой разрядного промежутка от дешёвого карманного электрошокера, например, дистанционно – по звонку на сотовый телефон. А учитывая, что основным ядерно-взрывным материалом может быть смесь свинца и углерода, то такой фугас может быть мегатонного класса, и не только Липовую Гору, а и половину Ярославля снесёт за будь здоров!..

Собака утвердительно подтявкнула.

– Вот что, Алексей Николаевич. – озабоченно сказал дядя Валера. – Ты сам видишь, что собака нам сегодня не попутчица и не советчица в покупке клюквы, уж лучше я её домой отведу. Подожди меня немного.

И дядя Валера потащил, слегка упирающуюся собаку, в дом.

– Я сейчас вернусь, ты только подожди немного… Да пошла ты, сука безногая!..

Собака обиженно скулила.

Алексей Николаевич постоял во дворе около получаса, дожидаясь соседа, проводил взглядом памятную старушку Петровну, возвращавшуюся из магазина, и ничего не ответил на её замечание про зависимость цены клюквы от величины лукошка, только лишний раз кивнул головой, выказывая всяческое понимание и почтение к старости.

Солнце уходило в лёгкие осенние сумерки, а с небес – окрашенных в интимные лирические тона – жалобно заморосило. Алексей Николаевич раскрыл зонтик, который предусмотрительно таскал с собой всегда, и взглянул на часы.

– А ведь как-то жил я до сих пор без клюквы, и неплохо жил. – сказал он, обращаясь к невидимому дяде Валере и его собаке. – Конечно, если б я кому-то пообещал, что угощу клюквой, то теперь бы пришлось – хоть кровь из носу – но добывать эту чёртову клюкву, и желательно в лукошке!.. А так я остаюсь при своём абсолютно свободном желании: хочу – иду за клюквой на Липовую Гору, а не хочу – не иду!.. И несомненно, что при такой слякотной погоде не возникает желание куда-нибудь идти. Хорошо, если просто поморосит немного, а если грянет гроза – над путешествием возникнут опасности, и эта клюква с лукошком мне поперёк горла станет.

Алексей Николаевич взглянул на окно собственной комнаты, улыбающееся тёплым и уютным настроением, вздохнул и отправился домой. Очень быстро заварил крепкий чай и приспособил к нему с десяток оладушек, оставленных с утра на столе в кастрюльке, укутанной огромным махровым полотенцем для сохранения тепла. Оладушки оказались чуть тёплыми, но именно такие оладушки и любил неприхотливый Алексей Николаевич. Он с радостью умял их один за другим, тут же вошёл в поисковую систему интернета, желая узнать сезонную стоимость клюквы, и едва ли не подавился последним оладушком, когда увидел статистику заблудившихся в лесу за летне-осенний период прошлого года. Оказывается, что только в родной Ярославской области заблудилось около 123 человек, из них четверо погибли, и все погибшие направлялись в лес именно за клюквой. Сотрудники МЧС и волонтёры, отправившиеся на поиски пропавших, рассказывали совершенно жуткие истории об изглоданных до костей неизвестных женских телах, руки которых были намертво вцеплены в пустопорожние лукошки.

– Вот так оно и разрешилось всё неожиданно. – вздохнул Алексей Николаевич и дал себе зарок больше никогда не соблазняться клюквой. По странному стечению обстоятельств, в тот же момент на улице перестал моросить дождь, повыскакивали на прогулку весёлые детки, заегозили расторопные воробышки, и послышались ужимистые мужские басы, собравшиеся у магазина с целью праздного моциона и удовлетворительного разговора. Никто и словом не обмолвился о возможном путешествии на Липовую Гору. Каждому было хорошо на своём месте и при своём деле.

II

Нередко гости, зашедшие на огонёк к Алексею Николаевичу, могли наблюдать интересную картину. Хозяин дома, с нарочитой важностью восседая за обеденным столом в окружении членов семьи и близких знакомых, рассказывал им о собственных приключениях, о встречах с необыкновенными людьми, о загадочных явлениях, осторожно посещающих нашу землю. Превращая скупые географические атласы в гектары неисследованной вселенной, Алексей Николаевич загорался озорным огоньком и начинал резвиться, подобно любопытному ребёнку, которым он и был когда-то давным-давно. Когда можно было весело шлёпать по канавам и лужам, по развалинам и пепелищам деревянных изб, по городским пустырям, усеянным сомнительными запашистыми произрастаниями. И до всего детскому уму когда-то было дело, и всё было в радость приобретения.

Сегодня, за обеденным столом, прихлёбывая чай и радостно ковыряя вилками в сковороде с жареной картошкой, присутствовали, кроме членов семьи, ещё двое гостей. Специалист городской газовой службы, зашедший в квартиру с целью плановой проверки, и подруга жены Алексея Николаевича – девушка добрая, но с исключительно грустной умственной несостоятельностью, работающая консультантом в крупной торговой сети.

– Представляете, у моих соседей родная бабушка потерялась. – неожиданно сказала девушка, ловко добивая известие Алексея Николаевича о необычайных палеонтологических открытиях в китайской провинции Ляонин. – Молодцы китайцы, что раскопали каких-то ящеров из группы дромеозавров, но куда интересней будет поискать эту бабушку.

– Нет-нет, увольте. – загрустил Алексей Николаевич. – Я никого искать не буду.

– Да вас никто и не просит. – шаловливо улыбнулась девушка. – Соседи обратились за помощью к волонтёрам, объявления развесили по городу, буквально по всем столбам, дескать, пропала бабушка. Фотографию напечатали – обычная такая русская бабка, без всяких алкогольных излишеств и тяги к бродяжничеству. Все параметры указаны – рост, вес, цвет глаз и волос – а найти до сих пор не могут. Бабулька как сквозь землю провалилась.

– Грабанули старушку в тёмном переулке и прибили насмерть. – уверенно потыкал в воздух вилкой специалист-газовик. – Надо в ближайшей лесополосе труп искать – маньяки и бандиты своих жертв, как правило, в лесу прячут, в кустах.

– Да что у старой бабки воровать? – улыбнулась девушка. – Пошла в поликлинику за справкой, только талончик к терапевту с собой несла.

– Вот надо каждого проверить, кто тогда был на приёме у врача, вдруг там и окажется преступник, воспользовавшийся талончиком. Бабка-то, возможно, перед смертью всю харю ему расцарапала – вот он и вынужден теперь ходить лечиться.

Алексей Николаевич живо вообразил себе дряхлую старушонку, пробирающуюся ранним утром через метель и завалы снега ко врачу, держа спасительный талончик в кулачке, на который даже забыла натянуть хлипкую варежку. И тут к ней, сзади, подкрадывается на цыпочках бандит, скрывающий лицо под маской зловещего клоуна, отточенным кинжалом перерезывает бабке горло, вырывает талончик и удирает прочь, источая из себя жутковатый хохот и отрыгивая дымовую завесу для сокрытия преступления.

– Впрочем, бабка могла не теряться, а умышленно уйти из дома. – опамятовался и встряхнул головой Алексей Николаевич. – Пожилым людям свойственны опасные чудачества. Однажды этакие старушонки просыпаются спозаранку, справляют все домашние дела, садятся передохнуть, но вдруг вскакивают с кресел, невразумительно пытаются что-то проговорить, обратиться к кому-то с решительным вопросом – даже если в доме никого нет – а затем собираются якобы в поликлинику к терапевту, и уходят из дома с концами. Возможно, отправляются на поиски своего далёкого прошлого, дабы рассчитаться с ним сполна.

– Да, не дай Бог нам в старости свихнуться. – сказал газовик. – Пойдёшь в магазин за хлебушком, заколобродишь и очнёшься вдруг на окраине Мурманска.

Вся семья Алексея Николаевича и сам Алексей Николаевич сочувственно повздыхали.

– Но ведь не только глупые старушки пропадают бесследно, а очень часто исчезают и дети, и даже беззаботные юные девушки. – призадумалась подруга жены Алексея Николаевича. – Что за мотивы побуждают отправится их в путь? Кажется, они исчезают без причин.