Алексей Ефимов – Аз воздам (страница 12)
Вглядываясь в темные сырые углы двора – вместо клона, который туда не смотрел, – Ника мысленно отчитывала охрану. Почему так темно? Здесь нужен датчик управления освещением во дворе – для безопасности, о которой так печется Шутов. Темнота – друг не только молодежи, но и разного рода ублюдков.
Ника прибавила шаг.
Приоткрыла сумочку. Бережного бог бережет. Вгрызаясь в живот изнутри, демоны с ней соглашались. Им нравился адреналин, нравилась опасность.
Охранники в клубе – такие же раззявы, как эти клоны. Она пронесла нож во внутреннем кармане сумочки. Маленький нож, лезвие десять сантиметров, но – пронесла.
До дома пять метров. До Светы – метр.
Темные сырые углы. Дождь. Клон запоздало раскрывает зонт над Светой, за несколько шагов до дома, и спица едва не втыкается Нике в глаз. «Охранник с зонтом – не охранник», – думает она. Боль в животе усиливается.
В следующее мгновение она видит тень слева.
– Света! – Она прыгает на Свету сзади и валится вместе с ней на мокрый гравий.
Хрясть!
Клон падает на них сверху, с раскрытым зонтом. Его теплая кровь – на лице Ники.
Она откатывается в сторону. Через миг она на ногах.
Перед ней две тени в черных балахонах, с прутьями арматуры в руках.
Света не кричит, она пытается выбраться из-под клона.
Тени молча идут на Нику.
Короткий замах, бросок – и лезвие входит в шею правой тени, под кадык, по рукоять.
Тень хрипит и падает на мокрый гравий.
Вторая тень смотрит на первую, а Ника тем временем берет зонт. Складывает. Тяжелый. Стальной стержень. Не зонт, а оружие.
Тень замахивается. Бьет.
– Дзын! – Металл об металл.
Еще.
– Дзын!
Запах перегара. Рычание.
Ответный удар.
Дзын!
Дзын!
Шаг вперед.
Еще.
– Нож! – кричит Ника Свете. – Дай нож!
Света сзади, она на ногах. Ника не видит ее.
Дзын!
Дзын!
Тень отступает.
Света рядом. В ее руках прут арматуры.
Они вместе идут на тень.
Тень разворачивается и бежит, но бежать некуда, сзади забор в два с половиной метра и закрытые ворота.
Тень бежит за дом.
Ника наклоняется к охраннику.
У него в кобуре под мышкой боевой пистолет. Она берет его.
Нож из горла – Ши-и-к! – кровь не бьет фонтаном, тень мертва.
Ника идет за дом, Света идет следом, с арматурой.
– Эй! – кричит Ника тени. – Сейчас мы будем тебя убивать.
Тень стоит с железкой наготове, у дерева с опавшими листьями. Бежать некуда, не бегать же вокруг дома от женщин.
– Кто тебя послал? – спрашивает Ника.
– Иди ты, – хрипло отвечает тень, и Ника слышит страх в этом голосе. Лицо у тени небритое, худое, потрепанное. Глаз не видно, слишком темно. Вместо глаз – черные впадины.
– Что за пукалка? – спрашивает тем временем тень. – Травмат? Газовый? Сучка, ты все испортила. Жми, давай, по хрен!
Тень идет на Нику, и Ника нажимает на курок.
Выстрел отбрасывает тень назад к дереву. Ударившись о дерево, тень валится на землю. Темное пятно плывет по темной кофте, на животе.
Пахнет порохом. В ушах звенит.
– Сука… – Ника слышит удивление в голосе тени. – Вызовешь скорую?
– Нет.
Тень дышит хрипло и мелко.
– Кто тебя послал? – Ника повторяет вопрос.
– Иди ты…
– Дай-ка, пожалуйста. – Ника берет у Светы арматуру, сунув пистолет под ремень джинсов, на предохранителе.
– Ненавижу таких как ты, – говорит она. – Чувствуешь это?
Тень хрипит и молчит.
Ника подходит и бьет тень по бедру. Тень должна чувствовать боль, как чувствует ее Ника Корнева. Чем больше, тем лучше. Умереть – это слишком просто, сложнее – жить с болью.
Тень стонет.
Ника хочет ударить еще.
– Не надо, – говорит Света, и ее голос дрожит. – Вызовем скорую?
– Он умрет от внутреннего кровотечения, со скорой или без. – Ника опускает прут. – Звони Шутову, требуется уборка. Пойдем посмотрим, как там наш бодигард. Два у нас трупика или три?
Они идут к охраннику, а тот уже сидит на жухлой траве, окровавленный и оглушенный.
– Два, – говорит Ника. – Третьему повезло.
Она отдает пистолет охраннику.
– Ника, ты вообще… как это? – Света смотрит Нике в глаза. Ее губы дрожат – как и голос. – Ты же бухгалтер.