Алексей Дягилев – Противотанкист (страница 38)

Отход прикрывала пара снайперов, которые после нескольких выстрелов меняли позицию, продвигаясь вдоль опушки в нашу сторону. Отстреляв ещё одну ленту, Малыш перезарядился, поменял ствол, и продолжил лупить по дороге, теперь уже длинными очередями.

— А вам что, особое приглашение нужно? — сказал сержант Филатов, подбегая к нам, — быстро ноги в руки и рвём когти.

— Яволь мой женераль. — Козыряю я и, хлопнув по плечу Емелю, зову его за собой. Добив одной очередью оставшиеся патроны, он убирает порожнюю ленту в свой ранец и, достав круглый магазин, цепляет его к пулемёту, а уже после этого бежит в указанном направлении. Катушку я оставляю на месте, тащить лишние пяток килограмм, а тем более сматывать кабель уже нет времени и, прихватив коробку телефона, лечу по тропинке следом за Малышом, Серёга же замыкает. Первые сто метров проскакиваем на одном дыхании и, не останавливаясь, бежим дальше, но уже не так быстро. Ну а минут через пять после нашей ретирады, в воздухе слышится завывание мин батальонного миномёта, и на опушке разрываются первые мины, — да уж, вовремя мы свалили, — подумал я, — ещё бы немного подзадержались и писец. Следующая серия разрывается где-то в районе бывших огневых моих миномётчиков. Тропа постепенно отворачивает вправо и приводит нас к берегу лесного ручья, где мы и догоняем наших.

— Все на месте? Никого не забыли? — спрашивает у Филатова капитан Алексеев.

— Никого, мы последние с позиций сдёрнули.

— Тогда уходим отсюда, пока не накрыли, видишь, как злобствуют. Задели мы их за живое, в самое подбрюшье нож всадили.

Оставив парочку гранатных растяжек на месте своего перекура, идём по краю болота, постепенно забирая на восток. Впереди разведвзвод без одного отделения, сразу за ним моя шайка с шайтан-трубами, потом пехота и в арьергарде отделение разведчиков. Удачно перейдя через насыпь железной дороги, углубляемся в лес, и петляя как маркитанская лодка, пробираясь между болотами, всё дальше и дальше отклоняясь на восток, уходим с места диверсии. Змея колонны, растянулась практически на полкилометра, хоть нас и не больше сотни, но идти сомкнутым строем, по лесу, как-то не улыбается, поэтому идём друг за другом. На редких привалах, пехота как обычно ворчит, но в этот раз уже на этих грёбаных разведчиков — потомков Ивана Сусанина, мы же периодически меняем носильщиков. Это хорошо, что нас четырнадцать, а все боеприпасы мы расстреляли, поэтому через каждые два часа, люди имеют возможность отдохнуть, идя налегке. Обойдя урочище Тёмный мох с востока, поворачиваем на север, и через три часа наконец-то доходим до реки Межа, где и встречаем наших знакомых из 53-й кавалерийской дивизии.

Когда мы подошли к реке, то подтянув колонну, остановились на привал, а в ту и другую сторону от места перекура, ушли разведдозоры, в поисках брода. Брод они не нашли, зато один из дозоров, нашёл приключения на свои афедроны и попал под дружественный огонь из карабинов. Изготовившись к бою, и заняв позиции вдоль берега реки, послали в ту сторону уже целое отделение разведчиков, и вскоре стрельба прекратилась, а к капитану прибежал посыльный и сказал, что на том берегу замечены наши кавалеристы, но какие-то они нервные.

Услышав про кавалеристов, иду следом за командиром роты, чтобы подтвердить, или опровергнуть свои догадки. Когда мы дошли до нужного места, там уже вовсю шла перестрелка, правда словесная. Разведчики во все корки материли тупорылых кавалеристов, которые стреляют по своим, а с той стороны голос с южно-русским выговором, не менее виртуозно отвечал, называя наших то переодетыми фашистами, то недобитыми белогвардейцами, лижущими сапоги своим хозяевам. Какой-то идейный комсомолец попался, но хоть разговорчивый, пора переходить к конструктивному диалогу, подумал я, а вслух прокричал.

— Эй, коногоны! А вы случайно не из хозяйства Кондрат Семёныча будете?

— Сам ты коногон, — последовал незамедлительный ответ, но потом наступила пауза, видимо собеседник задумался. — А откуда ты вражина, нашего батьку знаешь? — через несколько секунд, прозвучал, довольно информативный для меня вопрос. Вот так и выдают военную тайну, некоторые идейные, но бестолковые.

— Недавно на дороге возле Ильино встречались, — говорю я чистую правду. В этот раз пауза была ещё дольше.

— Всё-то ты фашист переодетый про нас знаешь, — не сдавался собеседник. — Видимо хорошо мы вам там врезали.

— Ага, хорошо вы там немцам наваляли, так хорошо, что сами кровавыми соплями чуть не захлебнулись, — выхожу я из себя и добавляю тираду на русском командном, пройдясь по всем родственникам, разговорчивого, но упёртого активиста. Да уж, не вышел из меня переговорщик. Не знаю, чем бы закончилась вся эта перепалка, но на подмогу к разъезду прискакал взвод кавалеристов, и в одном из всадников я узнал сначала знакомый силуэт, а потом и характерные черты лица.

— Как здоровье Задорожный? — Кричу я и, поднявшись с земли, подхожу к самому урезу воды.

— Не дождётесь, — на автомате отвечает он. — А ты откуда меня знаешь?

— Встречались не так давно, на холме у моста. Мы ещё вам там сказки рассказывали, товарищ старший лейтенант.

— Подожди-ка, где-то я тебя видел? Артиллерист?

— Да. Сержант Доможиров. — Напоминаю я о себе старлею.

— Точно. Сержант. С тобой ещё лейтенант был.

— Да, лейтенант Мельников, — говорю я. А потом инициативу перехватывает комроты и, быстро договорившись с командиром эскадрона, приказывает нам переправляться в этом месте.

Ширина реки была метров пятьдесят, но плыть нужно было только тридцать метров, ну а все миномёты, Малыш вообще перетащил через реку, идя по дну. А чтобы много не ходить, он сказал их собрать, и уже в собранном виде, за три рейса переправил их с берега на берег. Сначала переправлялись, моя банда и пехотный взвод, а разведка нас прикрывала, потом по отделениям переправились и разведчики. Форму снимать не стали, так что пока купались, заодно и постирались. На берегу только вылили воду из сапог, отжали и перемотали портянки, ну и двинулись в расположение кавалеристов. Через час мы были уже на месте, а именно на станции Жарковский, в расположении штаба 53-й кавдивизии, куда нас и сопроводил старший лейтенант Задорожный. «ОфицерА» пошли в штаб, чтобы познакомиться с местным начальством и связаться с нашим командованием, мы же пока расположились неподалёку, отдыхая и приводя себя в порядок.

Через десять минут ротный вышел и, озадачив нас чисткой и смазкой оружия, приказал следовать в сопровождении кавалерийского старшины, в расположение хозвзвода, где примерно через час, нас должны были накормить. Ветошь и смазку под роспись выдал нам старшина и, расположившись на полянке, мы приступили к чистке оружия. Организовав процесс, и назначив за себя старшим Михалыча (командира миномётного отделения во втором разведвзводе), я нашёл сержанта Филатова, подсел к нему и параллельно с чисткой своего люгера, завёл непринуждённый разговор.

— Здорова, Серёга.

— И тебе не хворать.

— Ну, рассказывай, как там всё было?

— Где там? И с какой целью интересуетесь?

— Хорош выёживаться, не томи, а то я подумаю, что ты еврей. — Сбитый с панталыку Филат, начинает буксовать.

— С чего это ты решил меня в иудеи перекрестить?

— А нехрен вопросом на вопрос отвечать.

— Ладно уж, раз пришёл, тогда слушай.

— Дошли мы до опушки, достали из ранцев немецкую форму, переоделись и стали ждать начала концерта. Ну а когда вы начали стрелять, быстренько выскочили на дорогу и, построившись в колонну, пошагали по направлению к деревне. А вот когда вы заканчивали своё выступление, то мы немного ускорились и вошли в Морзино с последними разрывами мин. Штаб дивизии располагался в самом большом доме в центре села, а немцы как раз в это время сидели по щелям. Мы с капитаном и несколькими бойцами, спокойно вошли в помещение, пристукнув по пути парочку часовых, и стали собирать карты и документы, складывая их в ранцы. На входе стояли наши люди, с приказом всех впускать, никого не выпускать, а в сенях был организован комитет по встрече и нейтрализации входивших. Закончив шмон, и наоставляв сюрпризов из лимонок в паре с термитными шашками в самых неожиданных местах. Мы, запалив костерок в одной из комнат, по быстрому свалили из помещения, построились в колонну и побежали вдоль по дороге в сторону леса. А когда стали стрелять наши снайпера, развернулись в цепь и, стреляя по верхушкам сосен, быстрым шагом скрылись в лесу, повернули направо, и уже друг за другом побежали вдоль опушки на позиции стрелкового взвода. Ну а дальше ты сам всё уже знаешь. В деревне шуметь мы даже и не пытались, потому что охраны было слишком много, и нас бы там всех положили. Но и твои миномёты поработали неплохо, когда мы проходили по центральной улице, то трупы гансов нам попадались довольно часто, особенно на северной окраине.

Одновременно с рассказом, Серёга закончил чистить и свой МР-40, а посмотрев на мой парабеллум, достал из своего ранца Вальтер Р-38 и подарил мне, сказав при этом.

— На, возьми, этот я тоже в штабе нашёл, я знаю, ты любишь всяких иностранных зверушек приручать, а у этого даже имя есть, Вальтером его кличут.

— Спасибо брат! От души. Но будешь подкалывать, я тебе свою противотанковую гранатку подарю, но ты её не бойся, она уже ручная.