Алексей Домбровский – Дворцовая и Сенатская площади, Адмиралтейство, Сенат, Синод. Прогулки по Петербургу (страница 32)
Алтарь придела Исаакия Далматского отделяла от главного алтаря простая тканевая завеса. Здесь иконостас также был резной деревянный позолоченный.
В церкви, в особом ковчеге с серебряной крышкой, хранился деревянный крест с частичками ризы Святого Спиридона, креста, на котором распяли Христа и частичками мощей святых Константина и Елены. Ковчег стоял под написанным на доске образом Константина и Елены, заключенным в серебряный оклад. А в 1860 г. с острова Корфу великий князь Константин Николаевич привез бархатную туфлю Святого Спиридона. До этого она была на ноге мощей святого, хранимых на острове. Князь привез также подушку, на которой покоилась голова святого.
В церкви хранились также четыре старинных Евангелия (1703, 1735, 1745 и 1771 гг.), изготовленное в 1755 г. серебряное кадило и старинный потир с дискосом, древняя икона Знамения Божьей Матери в массивном серебряном окладе, написанная в 1776 г. икона Ахтырской Божьей Матери в позолоченном окладе, старинная икона Покрова Богоматери, образ Николая Чудотворца и пр. В память спасения генерал-адмирала великого князя Константина Николаевича от руки террориста в Польше художник Ф. Г. Солнцев для храма в 1862 г. написал образ Спасителя. Для него ювелиры Ф. А. Верховцев и Ф. Бутц изготовили серебряный оклад, украшенный бриллиантами. Этот образ был вставлен в богатый киот на металлической подставке. Первым настоятелем храма стал протоиерей А. Дьяконов.
Помещение закрытого в 1920 г. собора сохранилось до наших дней. Его церковный интерьер, разумеется, уничтожен, поскольку помещение сначала передали морскому музею, а через некоторое время в нем устроили актовый зал перебравшегося в здание Адмиралтейства Высшего военно-морского инженерного училища.
История Адмиралтейства после 1825 г.
После завершения строительства «третьего Адмиралтейства» в его истории произошло еще множество самых разных событий.
Этот период начался для здания Адмиралтейства с утрат. Уже в 1830-х гг. сбили фриз на главном фасаде. Вместо него пробили окна третьего этажа, ранее предназначавшегося для хранения архивов. На этом изменения в скульптурном убранстве здания не прекратились.
В 1850-х гг. медными копиями заменили 28 оригинальных скульптур из пудостского камня на центральной башне, которые к этому времени сильно обветшали. А чуть позже, в 1860-х гг. сняли и скульптуры, изображавшие Европу, Азию, Африку и Америку. Убрали и скульптуры, аллегорически изображавшие великие русские реки. Вместо них на постаментах позднее были установлены якоря.
Все эти скульптуры, к сожалению, были утрачены. Изготовленные из мягкого пудостского камня, они существенно пострадали от петербургского климата и, с согласия Александра II, вместо требовавшейся реставрации были разбиты. Их обломки и металлические крепления продали в качестве строительного камня всего за 24 руб. 35 коп.
В 1860 г., по требованию духовенства, сняли фигуры месяцев на фронтонах боковых портиков Адмиралтейства. Тогдашний протопресвитер военного и морского духовенства Кутневич посчитал изображения месяцев несовместимыми с находившимся в стенах Адмиралтейства православным храмом как языческие символы, «смущающие верующих». Он подал в Синод прошение, в котором говорилось, что «над собором нет креста, а вместо него наверху собора поставлена статуя, принадлежащая к языческой мифологии, а также при входе в церковные сени помещены две колоссальные статуи из той же мифологии, что служит предметом осуждения для входящих в церковь». Сегодня на фронтонах портиков остаются только декоративные барельефы с аллегорическими фигурами Славы.
Стоявшие перед портиками скульптуры, аллегорически изображавшие реки, уже убраны, но мортиры на освободившиеся гранитные пьедесталы еще не поставлены. Тротуар из плит путиловского камня и чугунная ограда вдоль фасада здания Адмиралтейства отсутствуют.
Помимо переименования церкви Святого Спиридона Тримифунтского в 1858 г. в собор храм претерпел целый ряд других изменений. В 1863 г. архитектор И. К. Риглер возвел над помещением собора каменную звонницу. На ней повесили 6 колоколов из разобранной Исаакиевской церкви ринальдиевской постройки. Самый большой колокол весил 110 пудов (1760 кг). Этот колокол отлили в 1760 г. из металла колокола, взятого при штурме Або, о чем свидетельствует имеющиеся на нем следующие две надписи:
«Так на прежнем колоколе — взятый победоносным Всероссийским оружием из Абова при Петре Великом Первом Императоре, написано было весу 70 пуд.»;
«1760 г. марта 5 дня, а ныне вылит сей колокол с прибавлением весом в 100 пуд. 5 ф. Вылит сей колокол при победоносной же Державе Вселюбезнейшей Ее Величества Дщери Великой Государыни Императрицы Елизаветы Петровны».
Выше них вылита надпись: «Слава в Вышних Богу и на земле мир, в человецех благоволение», а ниже: «Лил сей колокол Алдермон Костентин Михайлов сын Слизов».
На колоколе были также изображения креста и короны с вензелем «Е. П.».
В 1874 г. левее главного алтаря в соборе освятили придел во имя Зачатия праведной Анны. В 1889 г. на хорах освятили придел во имя пророка Осии, появившийся в память чудесного спасения Александра III и его семьи во время крушения царского поезда в Борках. Еще один придел, во имя Святителя Николая, освятили в 1891 г.
Много сделал для украшения собора протоиерей А. А. Ставровский, являвшийся его настоятелем в 1896–1918 гг. При нем храм в 1897 г. капитально отремонтировали, а в 1915 г. на собранные пожертвования изготовили в стиле ампир серебряную сень для освященной плащаницы. При Ставровском вокруг креста на фронтоне укрепили электрические лампочки, зажигавшиеся во время всенощной. Соборный хор при нем считался одним из лучших в Петербурге. Именно этот хор пел на ежегодно проводимой панихиде по морякам, павшим в ходе Синопского и Цусимского сражений.
С собором связаны и личные судьбы целого ряда известных людей. В январе 1837 г. здесь, например, венчался с Е. Н. Гончаровой (сестрой жены А. С. Пушкина) Ж. Дантес. А спустя всего две недели в этом же соборе Пушкина, павшего от его руки, должны были отпевать. Уже отпечатали и разослали пригласительные билеты, но в последнюю минуту церемонию отпевания по распоряжению Николая I перенесли в церковь Спаса Нерукотворного Образа на Конюшенной площади.
В 1910 г. здесь состоялась свадьба уже к этому времени известного полярного исследователя-гидрографа лейтенанта Г. Я. Седова с В. В. Май-Маевской, племянницей генерал-лейтенанта В. З. Май-Маевского. И в том же 1910 г. в этом соборе при большом стечении народа отпевали разбившегося летчика и морского офицера Л. М. Мациевича.
Здание Адмиралтейства после 1823 г. больше не перестраивали, но с его центральной башней спустя 20 лет возникли серьезные проблемы. К началу 1840-х гг. из-за неравномерной осадки фундамента она отклонилась от вертикали более чем на 0,5 м. Эта осадка была вызвана тем, что А. Д. Захаров при возведении свода над аркой главных ворот использовал в качестве опоры старые, коробовские стены и фундаменты. В 1846 г. для устранения перекоса башню под руководством архитектора И. К. Риглера практически полностью разобрали и ее фундамент укрепили. После этого башню восстановили в прежнем виде.
А в 1886 г. провели первый серьезный ремонт адмиралтейского шпиля. Тогда сняли его старую обшивку и заменили ее новыми, позолоченными огневым способом медными листами. Позднее, в 1910 г., шпиль перезолотили еще раз. При этом вместо огневой позолоты выполнили менее стойкую сусальную позолоту шпиля.
Верфи во дворе здания Адмиралтейства работали до 1844 г., после чего строительство кораблей на них окончательно остановили. Всего здесь построили 78 линейных кораблей, 39 фрегатов и более 100 других кораблей и судов. Но сами эллинги и прочие дворовые постройки убрали только к 1870 г. После этого территорию верфей застроили гражданскими зданиями, а вдоль берега Невы проложили улицу и устроили набережную. Полноценным хозяином Адмиралтейства стали Главный морской штаб и Морское министерство с подчиненными ему структурами (Гидрографическое управление и пр.).
Находившийся в здании Адмиралтейства Адмиралтейский совет, роль которого была принижена еще в царствование Александра I, к этому времени окончательно превратился в прибежище престарелых, мало дееспособных адмиралов. По петербургским светским салонам ходил печально остроумный ответ князя А. С. Меншикова Николаю Павловичу. Когда император спросил у него, почему так часто умирают члены Адмиралтейского совета, князь ответил: «О! Ваше величество, они давно уже умерли, а в это время их только хоронили!».
В 1836 г. Морское министерство объединили с Главным морским штабом, и просуществовало оно в таком виде до 1855 г. После де Траверсе четвертым по счету морским министром стал вице-адмирал А. В. фон Моллер 2-й, а пятым — адмирал князь А. С. Меншиков (правнук светлейшего князя А. Д. Меншикова).