Алексей Чеверда – Изгнание бесов: Экзорцизм как битва с Инферно. Другие «Я» в человеке: психическое расстройство или… духовная болезнь и одержимость демонскими сущностями? (страница 5)

Далее о Лев Липеровский пишет: «Интересно отметить, что Сирофиникиянка или Хананеянка, как называет ее другой Евангелист, хотя и была язычница, но понимала, что дочь ее не просто больная, а бесноватая, то есть верила в реальность духа зла, чему не верили даже и сами некоторые израильтяне, как, например саддукеи… и в наше время. Но подрыв верования в реальность темной злой силы, неизбежно парализует бдительность человека. Враг, которого воин не видит и существование которого не подозревает, – есть самый опасный враг, и удары его могут оказаться, по их неожиданности, смертельны. Вот почему, некоторые духовидцы утверждают, что самое большое «достижение» диавола в наши дни есть то, что он внушил людям неверие в его бытие.

Наконец, нелишним будет еще раз подчеркнуть тот замечательный факт, что Сирофиникиянка не возражала, а смиренно согласилась, что она и ее дочь есть люди как бы низшей расы, не обиделась на слова Христа о псах, а только вымаливала к своей семье милосердие и снисхождение. К тому же, ученики Христовы не могли не видеть насколько эта простая душа выше, чище и прямее тех Иерусалимских фарисеев и книжников, которые постоянно атаковали их Учителя, стремясь уловить Его в словеи требуя от Него знамения с неба. Их гордые и самоуверенные души, не в пример хананеянке, не могли найти путей в Царствие Божие. И такие люди никогда их не найдут, если не смирятся пред Богом».

Далее следует отметить описанное в Евангелии исцеление скорченной женщины, которую связал сатана (Лк. 13, 10-17). На пути в Иерусалим, в одной из синагог, Христос по обыкновению Своему, учил в субботу. «Там была женщина, восемнадцать лет имевшая духа немощи; она была скорчена и не могла выпрямиться. Иисус, увидев ее, подозвал и сказал ей: женщина, ты освобождаешься от недуга твоего. И возложил на нее руки; и она тотчас выпрямилась и стала славить Бога».

«Невозможно сказать, – пишет протоиерей Лев Липеровский, – да и не так важно знать, что за болезнь была у этой женщины в смысле медицинской классификации. Во всяком случае, это была болезнь, которая настолько деформировала весь становой хребет, что все тело женщины оказалось скорченным и лишенным свободы действия; в таких случаях бывает, что голова опускается почти до земли и человек не в состоянии видеть не только небо, но и лиц проходящих людей; все это угнетающе действует на психику и, кроме того, нередко связано с постоянными, мучительными болями и, конечно, исключает всякую работоспособность. Евангелист Лука говорит, что женщина эта имела в себе духа немощи, то есть болезнь ее имела духовную причину, а физическое обезображивание тела явилось лишь следствием сего. Но что это за духовная причина? Об ней говорит Сам Христос: сию дочь Авраама связал сатана».

Скорченная женщина была непосредственно в синагоге в то время, когда Христос проповедовал в ней. Слушала Его слово, но сама не осмеливалась подойти ко Христу, чтобы попросить Его об исцелении. Однако Сам Господь подозвал ее к Себе и, по великому милосердию Своему, исцелил от мучающего ее недуга. Христос духовными очами прекрасно видел, что женщина эта – жертва врага рода человеческого. Освобожденная от духа немощиженщина тут же стала славить Бога.

«В этом исцелении, – пишет о. Лев, – стало очевидным, что женщина, хотя и не была бесноватой, так как темная, нечистая сила не завладела ее душою, бес не вселился в нее, как например он вселялся в отрока-лунатика или в дочь Сирофиникиянки, но она была связана духоми, вследствие этого, заболела телом. Это случилось в определенное время, то есть восемнадцать лет тому назад. С тех пор, физическая болезнь ее не носила признаков улучшения и казалась неизлечимой. Но Христос, властию Своею, освободил несчастную женщину от уз сатаны.

Исцеление женщины произошло в субботу, так как преимущественно в эти дни Господь проповедовал в синагогах. И, как всегда в этих случаях, блюститель законничества, начальник синагоги, с негодованием заявил протест народу: есть шесть дней, в которые должно делать, – сказал он, – в те и приходите исцеляться, а не в день субботний – (сухой, бездушный формализм). Но Христос обличил лицемера: не отвязывает ли каждый из вас вола своего или осла от яслей в субботу, и не ведет ли поить? Сию же дочь Аврамову(то есть представительницу избранного Богом народа), которую связал сатана вот уже восемнадцать лет, не надлежит ли освободить от уз сих в день субботний? Именно – в субботний, чтобы дать ей завещанный Богом Израилю истинный покой от долголетних мучений.

И когда Господь говорил эти слова, то все противящиеся Ему стыдились и весь народ радовался о всех славных делах Его».

Помимо этих случаев, Евангелисты Матфей и Лука передают нам сведения об исцелении Господом еще и немого бесноватого. Был ли это один описываемый случай, или два разных эпизода, – это, вообще говоря, не важно. Предшествующие исцелению события в обоих Евангелиях отличаются друг от друга – однако само исцеления описано одинаково! По Матфею, исцеление имело место в доме после дарования зрения двум слепцам. «Когда же те выходили, то привели к Нему человека немого бесноватого. И когда бес был изгнан, немой стал говорить. И народ, удивляясь, говорил: никогда не бывало такого явления в Израиле. А фарисеи говорили: Он изгоняет бесов силою князя бесовского». У св. Луки, исцеление немого произошло после проповеди Спасителя («просите, и дано будет вам…»). « Однажды изгнал Он беса, – говорит св. Лука, – который был нем; и когда бес вышел, немой стал говорить; и народ удивился. Некоторые же из них говорили: Он изгоняет бесов силою веельзевула, князя бесовского».

В данном случае, бесноватость проявлялась, прежде всего, в немоте. Возможно, были и другие признаки, не столь явные, о которых св. Лука не счел нужным упоминать. Так или иначе, но люди, приведшие немого к Мессии, были, тем не менее, убеждены, что болезнь этого человека духовного происхождения и что он бесноватый. И они оказались правы, потому что после изгнания беса «немой стал говорить». Дар речи к нему вернулся как свидетельство освобождения его от власти темных сил.

Об исцеление слепого и немого бесноватого повествует только один св. Матфей. Этот случай Евангелист особо выделяет из множества других исцелений, совершенных Христом после выздоровления сухорукого человека и ухода Спасителя из синагоги, когда «последовало за Ним множество народа и Он исцелил их всех». «Тогда, – продолжает св. Матфей, – привели к Нему бесноватого слепого и немого; и исцелил его, так что слепой и немой стал и говорить и видеть. И дивился весь народ и говорил: не это ли Христос, Сын Давидов? Фарисеи же, услышав сие, сказали: Он изгоняет бесов не иначе, как силою веельзевула, князя бесовского».

«Здесь, – пишет о. Лев Липеровский, – невольно возникает вопрос: чем отличался этот слепой и немой от других слепых и немых, которых во множестве исцелял Христос, и которые не считались бесноватыми? В тексте можно усмотреть только один признак: его привели, а не сам он пришел; за него просили, а не сам он просил. В самом деле, обычно все больные сами искали себе помощи, но бесноватые никогда не считали себя больными, и если просили о чем-нибудь Христа, то только об одном: оставь, уйди от нас. Возможно, что слепой проявлял и какие-нибудь другие признаки одержимости, по которым фарисеи судили, что он одержим бесом, и потому говорили, что Христос изгоняет бесов силою князя бесовского. Однако Евангелист о других признаках не упоминает.

В этом случае, как и в случае с немым бесноватым, у современных медиков, может возникнуть вопрос: не являлись ли эти два случая проявлением истерии? Ведь эта нервно-психическая болезнь очень характерна появлением у больных внезапных параличей, внезапной слепоты, глухоты, потерей способности речи и т.п. Но эти явления, под влиянием каких-либо резких психологических шоков, также внезапно исчезают, как и появляются; например, под влиянием сильного испуга – параличный вскакивает и бежит; или немой начинает говорить, и т.д.

Но это предположение едва ли здесь уместно. Ведь врачи знают, что истерия характеризуется определенным симптомом-комплексом, где большую и непременную роль играет так называемый «истерический характер», а этот характер классически формулируется следующим образом: «мимолетные импульсы бывают неудержимы, внешняя реакция на внутренние психические процессы происходит быстро и сильно. Смех и плач легко приобретают судорожный характер и не поддаются остановке. К этому присоединяются этические дефекты: постоянное недовольство окружающим, крайняя неуживчивость, желание сосредоточить на себе всеобщее внимание, эксцентричность поведения, способность к логическому мышлению и память могут быть отлично развиты». Истерические больные, кроме того, сами себе приписывают различные болезни, любят обращаться к врачам и крайне озлобляются, когда врачи не находят в них никакой болезни, а все приписывают самовнушению и воображению.

Однако ничего подобного у Евангельских бесноватых, – слепого и немого, – не отмечено. Следовательно, предположение об их истерии ни на чем не основано; в тексте Евангелия нет на это никаких указаний. И никакого психического шока, испуга, аффекта, при исцелении этих больных не было. Все происходило помимо их воли, а может даже и желания».