Алексей Чаликов – Миллион за миллионом. Инвестиции. Принципы. Богатство (страница 8)

Например, в доколумбовой Америке колесо в хозяйстве практически не применялось. У живущих в те времена индейцев не было повозок или иного колесного транспорта. Более того, если отсутствие устройств для перевозки людей и тяжестей как-то еще можно списать на дефицит тягловых животных и гористую местность (хотя в других уголках нашей планеты тоже есть горы, и проблема с тягловыми животными не стала причиной игнорирования эффективности колеса), то отказ от использования принципа колеса в специфических хозяйственных операциях (например, при производстве керамики) выглядел действительно странным. По крайней мере, ни одного приспособления, имеющего принцип работы гончарного круга и использовавшегося до прихода европейцев, не было найдено до сих пор.

Может быть, причина заключается в том, что индейцы не знали о колесе как таковом? Нет.

Учеными в разных частях Нового Света найдены многочисленные игрушки на колесах, подобные современным детским. Например, фигурка оленя, у которого на лапках закреплено четыре колеса на двух осях, по сути, точная уменьшенная модель самой обычной телеги.

То есть индеец с умилением смотрел, как его сын или дочь катает игрушечного оленя, а потом шел и либо на своих плечах, либо на вьючных животных перевозил какие-то тяжелые грузы с весьма низкой степенью эффективности.

Получается, что практическое применение колеса – не такая уж и очевидная штука. Даже глядя на модель колесной повозки в виде игрушки, индейцы не смогли перенести тот же принцип работы и облегчить себе повседневную жизнь, подняв тем самым производительность труда и эффективность своих хозяйственных операций.

Конечно же, я не антрополог и не археолог, но мне кажется, что не последнюю роль в таком странном положении дела сыграл фрейминг в виде внутренних рамок, которые индейцы сами или с чьей-то помощью вбили себе в голову. Игрушки – это игрушки. Они не могут быть не игрушками. Они не могут быть моделями чего-то, что можно перенести в «большую» жизнь.

По всей видимости, даже теоретически задуматься об этом было нелегко – настолько сильными в данной культуре оказались возведенные рамки возможного. Весьма необычно, что индейцы в древней Америке знакомились с колесом в детском возрасте, чтобы расстаться с ним уже при переходе во взрослую жизнь.

Однако прежде чем пенять на несообразительность индейцев, можно и нужно посмотреть на нашу современную цивилизацию, чтобы убедиться в том, насколько сильно в нас убеждение о существовании велосипедов, которые нельзя изобретать заново.

В 1970–1980-х годах мир становился все более доступным, и человека охватила настоящая жажда перемены мест. Однако путешественникам того времени приходилось терпеть целую кучу неудобств, самым неприятным из которых было то, что значительную часть своего пути багаж приходилось тащить на собственных руках или плечах.

И виной тому были чемоданы, которые существовали в неизменном виде несколько столетий и которые, как казалось тогда, невозможно было изобрести заново.

Человечество шагнуло в космос, высадилось на Луне, компьютеры начали свое победное шествие по планете, а пассажирские самолеты уже давно научились преодолевать скорость звука.

В этом стремительном вихре времен и новых технологий неизменным оставался, пожалуй, только турист, несущий в обеих руках по тяжелому чемодану, а также носильщики на железнодорожных вокзалах и аэропортах, предлагающие за плату облегчить тяжкое бремя человека, принявшего решение сорваться с места.

Нельзя сказать, что попытки облегчить эту незавидную долю (а заодно и заработать на этом) совсем не предпринимались.

Еще в 1974 году был получен патент на удивительную конструкцию в виде чемодана на четырех колесах, приводившегося в движение с помощью ремня, за который его должен был тянуть несчастный турист, больше напоминающий бурлака на Волге, чем респектабельного и современного путешественника. Из-за своей конструкции такой чемодан все больше норовил завалиться на бок, категорически не воспринимал неровную поверхность и повороты, да и к тому же был чересчур громоздким, чтобы уместиться в стандартных отсеках самолетов или на полках для багажа в поездах.

Неудача с внедрением «катящегося» чемодана лишь убедила многих в том, что это нехитрое устройство не поддается никаким улучшениям и будет пребывать с человечеством в неизменном виде, пока люди не освоят технологию телепортации. Мощный фрейм, засевший в головах миллионов людей. Фрейм, который смог поломать всего один человек, посмотревший на «чемоданную» проблему под совершенно иным углом. Из иного фрейма.

Звали этого человека Роберт Плат, и работал он пилотом американской авиакомпании Northwest Airlines. За свою более чем двадцатилетнюю карьеру господин Плат перенес на своих руках немалый вес в виде того багажа, который вынуждены брать с собой пилоты самолетов, обслуживающие дальние рейсы.

Роберт никогда не считал себя изобретателем, а уж тем более не предполагал, что сможет придумать нечто такое, что буквально изменит мир. В 1988 году в своем гараже Плат прикрутил к своей любимой сумке два небольших мебельных колеса, купленных в ближайшем строительном магазине. К боковой стороне сумки он пришил карман, маскирующий выдвижную ручку, изготовленную из металлических стержней и трубок. Широкая колея двух колес обеспечивала устойчивое движение даже при крутых поворотах и позволяла преодолевать достаточно крупные препятствия. Размер же сумки с учетом ручки, которую можно было легко убрать, позволял везти конструкцию по узкому коридору самолета и помещать ее в стандартный отсек для багажа над головой пассажира.

Полетные испытания подтвердили надежность столь странной конструкции. Коллеги взирали на необычную сумку Плата с нескрываемым удивлением, переходящим в острое желание во что бы то ни стало обладать таким же чемоданом.

Уже через два дня один из коллег обратился к Роберту с просьбой за плату модернизировать таким же образом его сумку. Потом еще один. Потом еще и еще. Когда число заказов перевалило за десяток, Плат подал патентную заявку на «дорожную сумку, снабженную колесами и выдвижной ручкой». Свое изобретение он назвал Rollaboard. Тогда же он основал компанию TravelPro, которая в первый неполный год своего существования продала сумок на $ 1,5 млн, навсегда изменив индустрию путешествий.

В чем разница между индейцем, который не смог, глядя на детскую игрушку, понять возможность использования колеса для перевозки грузов, и Робертом Платом, не испугавшимся заново изобрести чемодан?

Как ни странно, все в тех же границах сознания, которые очертили нам общество, окружение, семья и в большей степени мы сами.

Как вы понимаете, Плат не был гениальным изобретателем, идущим к своей цели долгие годы через невзгоды и неудачи. Его заслуга только в том, что он был одним из первых, кто задумался о возможности заново изобрести чемодан. Общество конца 1980-х прекрасно понимало, что можно разработать новый компьютер, новый способ связи или коммуникации, даже новый тип двигателя для машин и самолетов. И над этими проектами работало множество специалистов. Но вот чтобы заново изобретать чемодан… Тут необходимо преодоление привычного. Расширение собственных рамок познания окружающего мира.

Рамки и фильтры, которые нам ставят другие, пытаясь нами манипулировать, на самом деле не критичны и при минимальном интеллектуальном усилии легко преодолимы. А вот рамки, которые ставим себе мы сами, опираясь на культуру, традиции, привычки, практически непреодолимы и труднопроницаемы.

И способом преодолеть их как раз и может служить тот самый внутренний фрейминг, когда вы осознанно и намеренно изменяете границы возможного, размышляя об очевидных вещах так, будто они совершенно неочевидны.

Мир слишком велик и многогранен, чтобы существовать внутри каких-то, пусть и самых широких, рамок. И совершенно точно, что в этом мире есть еще немало велосипедов, ждущих своих изобретателей и новаторов. И кто сказал, что этим изобретателем не сможете стать именно вы?

Как минимум каждый человек изобретает себя сам. Все мы неповторимы и существуем в единственном экземпляре. Все мы – носители своего собственного и уникального мира. И каждый из нас в любой момент своей жизни может изобрести себя так, что это изменит в лучшую сторону не только нашу жизнь, но и жизнь или привычки множества окружающих.

Для этого нередко требуется всего один шаг. Только один. Шаг за рамку, которая всегда ограничивает, но на самом деле ни от чего не защищает. Идемте вместе, друзья!

Фрейм – это упрощенная схема реальности, которую мы составили сами себе или которую кто-то заботливо вложил в нашу голову. Хотим мы того или нет, но человек воспринимает окружающую его действительность с помощью целого набора таких схем. Потому что так проще. Нам не суждено быть экспертами во всем, но свое мнение относительно всего иметь ой как хочется!

Именно поэтому мы волей-неволей все упрощаем до несложных и понятных нам схем-фреймов, в рамках которых можем относительно комфортно существовать, объясняя все происходящее через них и не замечая того, что в данные схемы никак не укладывается.

– Фрейм – необыкновенно прочная и устойчивая когнитивная конструкция, и если она сформировалась и закрепилась, то изменить ее бывает крайне тяжело. Однако сказанное не означает, что это невозможно.