Алексей Бёрбут – Свобода и Братство (страница 1)

Алексей Бёрбут

Свобода и Братство

Повесть первая

Свобода

Часть первая

Отрицание

Глава первая

Артём сидел перед экраном и какое‑то время просто смотрел на него, не двигаясь. Не потому, что не знал, что делать. Наоборот – потому что всё уже было сделано.

Он проверил логи. Потом проверил их ещё раз – медленно и методично, без спешки. Сверил записи с резервными копиями. Поднял архивы. Прогнал контрольные цепочки. Проверил периферию: внешние каналы, внутренние – всё, что могло дать сбой. Всё, что могло солгать.

Всё было идеально.

Артём откинулся на спинку кресла и выдохнул. Он поймал себя на том, что недовольно сжимает челюсть, – и медленно её разжал.

– Значит, не здесь, – сказал он вслух и тут же поморщился.

Он терпеть не мог разговаривать с техникой. Потому что это всегда означало: что‑то пошло не так.

Артём запустил симулятор, ввёл исходные данные – те же самые, что видел в логах, ничего не добавляя и ничего не убирая. Нажал «Запуск». На экране зазмеились кривые линии. Сначала ничего не произошло. А потом…

Он даже подался вперёд, прижавшись к столу, чтобы убедиться, что это реально. Артём не сразу поверил в то, что видит. Осознание накатило постепенно – тяжело и холодно, как вода, просачивающаяся за воротник. Это была не ошибка. Это была катастрофа.

В определённый момент часы рассинхронизировались. На микроскопические величины – их невозможно заметить взглядом. Но именно по этим часам сверяют свои действия все самые важные системы современного мира. Часы, по которым работают биржи. По которым банки подтверждают операции. По которым в Лондоне, Москве, Нью‑Йорке считают, что «сейчас» – это одно и то же «сейчас».

Они перестали показывать одно и то же время. Артём сглотнул.

Если бы это произошло на самом деле, никто не понял бы этого сразу. Не было бы взрыва. Не было бы сигнала тревоги. Просто в какой‑то момент всё перестало бы совпадать само с собой.

Заключённые контракты оказывались бы подписанными слишком рано или слишком поздно – в зависимости от того, с какой стороны на них смотрели. Формально всё было бы правильно – фактически ничего не сходилось. Биржи не рухнули бы. Они бы начали расходиться во времени. Сделки есть, а свести их невозможно. Платежи отправлены, но до адресата не смогут дойти никогда.

А дальше всё выползло бы за пределы финансов. Логистика. Системы доступа. Службы управления. Пустые полки магазинов. Неработающие кассы.

Потом это ударило бы по энергетике. Города начали бы мигать – не метафорически, а буквально. Электричество – это тоже договор. Когда он нарушается, одни узлы считают, что напряжение нужно подать, а другие – сбросить. Районы, кварталы, целые мегаполисы загорались бы и гасли, как рождественская гирлянда, у которой кто‑то дёргает провод.

Сначала выгорала бы мелочь – техника в домах: утюги, холодильники, компьютеры. А потом начали бы выходить из строя системы жизнеобеспечения: больницы, насосные станции, системы вентиляции.

А потом и власть начала бы запаздывать. Решения приходили бы слишком поздно – или слишком рано. Связь не работала бы, отчёты не доходили. Координация рассыпалась на глазах. Никто не понимал бы, что делать.

Недовольство копилось бы медленно, как давление под крышкой скороварки. Сначала – раздражение. Потом – злость. А потом – паника. Когда не работает больница, когда не приезжает полиция, возникает ощущение, что помощи ждать неоткуда. Массовые беспорядки были бы вопросом времени – не идеологии, а усталости. Люди начали бы действовать сами, потому что помощи ждать больше не от кого.

Это был бы глобальный паралич. Катастрофа страшна не силой удара, а своим размахом – и тем, что её невозможно было бы остановить.

Артём провёл рукой по лицу, будто пытаясь стереть увиденное. Он знал: это не фантазия, а цепочка неизбежных событий. Одно вытекало из другого – логично и неизбежно.

Он остановил симуляцию. Экран вернулся в исходное состояние: спокойный, нейтральный, почти насмешливый.

– Хорошо, – тихо сказал он сам себе. – Хорошо, что этого не случилось.

Потом Артём запустил симулятор пошагово – кадр за кадром, секунда за секундой. Он начал искать точку, где всё изменилось. Где цепочка, ведущая к катастрофе, сделала первый неверный шаг. И нашёл.

В одном месте всего один параметр был изменён. Почти незаметно – как едва заметная царапина на стекле. Артём проверил ещё раз, перепроверил трижды. Этот параметр не входил в его зону ответственности. Он вообще не входил в стандартные сценарии – ни в один из них.

Более того: даже если бы Артём сидел здесь в тот момент, даже если бы смотрел прямо на экран, он бы не успел отреагировать. Не хватило бы ни скорости реакции, ни доли секунды. И главное – он бы не знал, что именно нужно изменить.

Способ был слишком красивым. Элегантным. Абсолютно неочевидным. Такое можно только придумать заранее.

Артём почувствовал, как по спине пробежал холодок – короткий, резкий, почти неприятный. Не страх. Скорее ощущение, что он смотрит на чужую мысль. Мысль, которая не могла бы родиться в его голове.

Он откинулся назад. Кресло тихо скрипнуло под его весом.

– Кто? – выдохнул Артём, сам не заметив, что задал этот вопрос вслух.

Артём встал, прошёл по коридору и свернул в соседний сектор. Там, как всегда, царила суета – и в центре её сидел Денис. Он, как обычно, что‑то ел: пластиковый контейнер, вилка, крошки на столе. Одновременно разговаривал сразу с двумя людьми и кому‑то махал рукой. Вокруг Дениса всегда кипела и бурлила жизнь – будто он был центром невидимой вселенной.

– О, – Денис заметил Артёма и расплылся в улыбке. – Ты чего такой? Как будто сервера с тобой развелись.

– Скажи, – начал Артём, даже не поздоровавшись, – ты сегодня что‑нибудь делал?

– Я? – Денис хохотнул, отправляя в рот кусок бутерброда. – Пожрать считается? А чего ты спрашиваешь?

– Ты ничего не трогал? – Артём стоял, не присаживаясь, напряжённый, как струна. – Утром? Совсем?

– Нет. Ни я, и никто другой, – сказал Денис уверенно, не переставая жевать. – Если бы кто‑то что‑то трогал, я бы знал. Даже если бы это были инопланетяне. У нас и на такие случаи журнал имеется.

Потом он посмотрел на Артёма внимательнее. Улыбка медленно сползла с лица.

– А ты что ищешь?

Артём молча показал экран ноутбука. Денис сначала смотрел рассеянно, лениво скользя взглядом по строкам. Потом вдруг замер. Жевать перестал. Быстро пролистал назад, затем вперёд – уже внимательно, вчитываясь.

– Странно, – сказал он наконец. – Странно, но не страшно.

– Почему не страшно? – голос Артёма прозвучал резче, чем он ожидал.

– Потому что, если бы было страшно, – Денис пожал плечами, – оно бы уже где‑то вылезло. Визжала бы сирена. Всё вокруг бы ломалось. Кто‑нибудь бы орал.

– А если нет?

– Тогда так и должно быть, – фраза прозвучала легко. Почти весело.

– А ты уверен, что этим никто не управлял? – Артём сделал шаг ближе, не сводя глаз с лица Дениса.

Денис прищурился.

– Это ты сейчас к чему?

– Просто спрашиваю.

Денис посмотрел на него секунду дольше, чем нужно. В его взгляде мелькнуло что‑то новое – настороженность.

– Слушай, – сказал он наконец, отложив вилку. – Есть куча процессов, которые идут сами по себе. Мы за ними просто присматриваем. Нам за это деньги платят. Они не требуют вмешательства. Они просто… работают, – Денис закрутил пальцем в воздухе, изображая вращение шестерёнок.

– Но кто‑то их придумал, – настаивал Артём.

– Конечно, – кивнул Денис. – Кто‑то, когда‑то. Но не мы, – он улыбнулся, будто это должно было успокоить. – Артём, если честно, ты сегодня какой‑то… – он поискал слово, – слишком напряжённый.

– Я нормальный, – ответил Артём автоматически.

– Вот именно: ты нормальный, и всё вокруг тоже нормально, – подхватил Денис и снова взялся за вилку. – А значит, всё в порядке.

Разговор закончился так же легко, как и начался. Денис тут же переключился на кого‑то другого – засмеялся, что‑то рассказывал, жестикулировал. Но Артём уже не слушал. Он отошёл на пару шагов и замер.

Он понял, что не получил ответа. Он получил объяснение, в котором его вопросу просто не осталось места.

К Вадиму Артём пошёл не сразу. Не потому, что не доверял – как раз наоборот. Просто Вадим был из тех людей, к которым идут, когда идти больше не к кому. Вадим сидел на своём месте, как всегда, чуть в стороне. Монитор, чашка с давно остывшим кофе.

– Есть минутка? – спросил Артём.

Вадим кивнул, не поднимая головы. Артём сел рядом. Несколько секунд он молчал, подбирая формулировку.

– Скажи, – наконец начал Артём, – Чисто теоретически…

Он замолчал и поморщился.

– Мог ли кто-то повлиять на систему извне?

Вадим поднял взгляд. Посмотрел не на Артёма, а чуть мимо, как будто проверяя вопрос на прочность.

– Снаружи? – переспросил он.

– Да.