Алексей Буцайло – Мастер по нечисти (страница 49)

– Что стряслось, дядька Арсентий? – озадаченно спросил Федька, потирающий лиловый синяк на скуле.

– Что, что! Девки утекли! – покачал тот головой с досадой. – Перехитрила нас Настасья. Ох, Гриня, ну когда же ты начнешь головой думать?

– Так это, дядька Арсентий, – смутился Гриня, проверяя пальцем, не шатается ли передний зуб, – как же можно спокойно смотреть, когда на женщину кулак поднимают?

– Угу. Она тоже поняла, что мы не усидим. Ладно, по коням – если повезет, нагоним.

Когда они быстро схватили вещи и выскочили во двор, перепуганный хозяин корчмы осторожно выглянул из-за стойки. Со стоном осмотрел разоренную трапезную, схватился за голову, прикидывая расходы на ремонт, и в очередной раз подумал, что посетителей хуже, чем люди непонятные, не бывает.

– Стой, Милка! – Настасья натянула поводья гнедой кобылицы, вскинула левую руку и замерла, прислушиваясь. Потом решительно тряхнула косами. – Давай-ка в лес, да пошибче.

Когда девушки стремительно покинули постоялый двор, в котором развернулось кулачное побоище, поляница после недолгого раздумья решила последовать совету странного богомольца и направилась не по шляху, а небольшими лесными дорогами. Но как человек опытный Настасья понимала, что все равно не может тут чувствовать себя в полной безопасности, и все время была начеку.

– Что там, Настя? – встревоженно спросила Радмила.

– Не знаю. Скачет кто-то, и немало. Боюсь, по нашу душу.

Ее опасения вскоре подтвердились – укрывшись за деревьями, девушки увидели отряд из пятнадцати человек, одетых как княжие дружинники. Ехали гридни быстро, но при этом не забывали внимательно оглядываться и всматриваться в следы на дороге. Когда всадники остановились возле того места, где Настасья с Радмилой свернули в лес, поляница взялась за рукоять меча. Но старший над отрядом, осмотревшись, взмахом руки дал команду двигаться дальше, и девушка, шумно выдохнув, разжала ладонь.

– Поехали потихоньку, – скомандовала Настасья. А потом подумала и добавила: – Вот что, Милка, давай-ка с тобой лошадьми поменяемся.

– Зачем?

– Да что-то предчувствия у меня не очень. А моя Чаровница тебя, если что, вывезет из беды. – Поляница погладила кобылицу по шее, а та в ответ легонечко ткнула хозяйку большой головой. – Она у меня умница.

– Какие предчувствия?

– Пока не знаю. Обложили нас, судя по всему, знатно. Конечно, не стоило ждать, что твой отец нас в покое оставит. Но я надеялась, что к этому времени мы подальше будем.

Чутье не подвело поляницу. Их встретили примерно через версту – все-таки старший в отряде преследователей оказался опытнее и хитрее, не стал показывать, что понял, где спрятались беглянки, и отказался от мысли гоняться за ними по лесу. А вот когда они выехали к броду через широкий ручей и добрались почти до середины переправы, из леса по обоим берегам вышли гридни с оружием на изготовку. Настасья резко остановила лошадь, оглядываясь и оценивая возможности, хотя сразу поняла, что они угодили в капкан. Одетые в кольчуги парни, правда, были пешими – видать, коней привязали чуть в стороне, чтобы поляница не заметила засаду раньше времени. Но при таком численном перевесе рассчитывать на победу было бы крайне наивно, даже несмотря на то что с седла биться сподручнее.

– Настасья! – вышел вперед старший. – Ты знаешь, что тебя не велено беречь? И, если задумаешь сопротивляться, можно рубить на месте?

– Уже знаю, – ухмыльнулась поляница. – И зачем ты мне это рассказываешь, дядька Валдай?

– Потому что хочу договориться. Княжну мы все равно заберем, но хотелось бы обойтись без драки. Скажу честно – не потому, что пытаюсь тебе жизнь сохранить, а потому, что парней мне жаль терять. Знаю, как ты мечом орудуешь.

– И что предлагаешь?

– Так тут все просто. Ты меч и лук в воду кидаешь и можешь ехать куда глаза глядят. А мы, когда князь спросит, скажем, что взяли тебя врасплох и порубили сонную. Все слышали? – Валдай оглядел дружинников, молча кивнувших в ответ. – Вот видишь. Соглашайся, тебе всех не побить. Тем более в воде.

– Спасибо тебе, дядька Валдай! – искренне улыбнулась поляница. – Только вот в чем незадача – я поклялась, что Радмилу не отдам князю.

– Кому поклялась?

– Какая разница? Себе. От этого мое слово слабее не стало.

– Понимаю! – уважительно склонил голову Валдай, а потом неторопливо потянул из ножен меч. – Жаль! Неохота такую красоту железом портить, но сама понимаешь – ты себе слово дала, а мы князю присягали.

Поляница не стала отвечать. Крепко сдавила коленями бока лошади, бросая ее вперед наметом – брызги взлетели почти до седла, – и выхватила клинок. Грудью кобылы сбила с ног одного из дружинников, постаралась ногой прямо с седла достать второго, но тот увернулся и быстрым движением рубанул под колени Настасьиной лошади. Та завалилась на землю с протяжным ржанием, но воительница успела спрыгнуть за миг до падения. Быстро отскочила и развернулась, отбила летящий ей в живот клинок и сразу же ударила в ответ, рассекая грудь противника вместе с кольчугой.

Оглянувшись, Настасья увидела, что Радмила не растерялась, выскочила на берег вслед за ней. Хотя, может быть, тут быстрее сообразила Чаровница, опрокинувшая еще одного гридня. Сути дела это не меняло – увидев, что девушка на верной кобылице рядом, Настасья хлопнула по лошадиному крупу.

– Милка, скачи! Я задержу! – крикнула поляница, уворачиваясь от меча следующего противника, отклонилась назад так, что косы почти коснулись земли.

– Я не брошу тебя, Настя! – Радмила остановилась в нескольких шагах.

– Да чтоб тебя! – Настасья, выпрямившись, с такой силой вмазала ногой в живот еще одного дружинника, что тот отлетел на несколько шагов. И без паузы попробовала достать мечом Валдая, но тот очень быстро закрылся щитом в форме перевернутой капли.

– Чаровница, наметом! – крикнула поляница и, вложив в рот два пальца, заливисто засвистела. Гнедая кобылица, услышав знакомый свист, тут же понеслась вперед, не обращая внимания на попытки Радмилы ее остановить. А Настасья, обернувшись, замерла с занесенным для удара мечом, готовая рубить каждого, кто попробует броситься в погоню за княжной.

– Не дури, девка! – Старший дружинник взмахом руки подозвал остальных поближе. – Зарубим же тебя, бесноватая!

– Да и черт с ним! – сплюнула Настасья, замершая с мечом, поднятым на уровень глаз. – Милку вы теперь ни за что не догоните. Или думаете, я вам позволю до коней добежать и в спину не ударю? А пока мы ратимся, ее уже и след простынет.

– Ой, дура девка! – Валдай вскинул меч. – Ладно, сама виновата. Все, разом!

Клинки замелькали в воздухе. Поляница крутилась на месте, обложенная со всех сторон. Она только защищалась, даже не пытаясь ударить в ответ. Гридни были очень неплохо обучены бою на мечах, поэтому ее задачей было просто продержаться подольше. Каждый отбитый удар давал Радмиле возможность увеличить расстояние между ней и погоней.

Первый пропущенный укол пришелся сзади в правое бедро – ногу как будто ошпарили кипятком, она разом предательски подогнулась. Упав на колено, Настасья попробовала было рассечь живот одного из противников. Но в последний миг увидела, что еще один меч летит ей в голову, быстро изменила направление движения, защитилась и продолжила обороняться.

Поляница отлично понимала, что осталось недолго. Вот она не успела перехватить еще один удар и только взвыла, когда сталь разрезала кольчугу на левом плече вместе с мышцами. И сразу что-то сильно вмазало по затылку – не меч, волосы и кожу явно не просекло. Скорее, краем щита приложили, успела прикинуть Настасья, падая лицом вперед.

– А ну, расступись, православные! – Три коня ударили грудью разом, раскидывая дружинников. Арсентий, низко свесившись с седла, обеими руками подхватил Настасью за подмышки, перебросил через седло как куль, и тут же пустил скакуна наметом.

– По седлам! Резво! – заревел Валдай, бросившийся к своему жеребцу. – Догнать!

Настасья, болтавшаяся на конской спине в крайне непривычной и очень обидной позе, хотела было возмутиться, но почувствовала, что сил для этого нет совсем. Она еще успела увидеть, как, отъехав на некоторое расстояние от места стычки с дружинниками, Арсентий останавливает коня и спешивается. А потом голова поляницы безвольно повисла, потому что она погрузилась в глубокий обморок. Тогда послушник взвалил девушку на плечо и широкими шагами направился к лесу.

Всознание Настасья пришла, когда уже стемнело. С трудом открыла глаза на свернутом плаще возле небольшого костра. Над огнем был подвешен горшок, из которого тянуло душистым мясным запахом, а брат Арсентий сидел рядом, неторопливо водил точильным камнем по лезвию меча. Девушка приподняла голову и осмотрелась. Поняла, что они находятся на небольшой лесной полянке, окруженной высокими деревьями.

– Зачем ты меня сюда притащил? – Настасья села, несмотря на легкое головокружение, скинула было заштопанную во множестве мест стеганку Арсентия, которой была накрыта. Но, увидев, что из одежды на ней осталась только нижняя рубаха, едва доходившая до середины бедер, тут же натянула куртку обратно до шеи.

– Иначе бы нас схватили. – Послушник встал, подошел к костру, помешал ложкой варево в горшке, потом взял глиняную плошку и наполнил ее. – Один конь двоих бы далеко не увез. Вот и пришлось в лес уходить, а мои парни пока погоню уводят.