Алексей Брусницын – Приключения Буратино (тетралогия) (страница 55)
Даниэль оказался на пороге большого, вытесанного грубыми инструментам зала: метров пятнадцать в длину и в ширину и с потолком метров в пять. По периметру стояли напольные канделябры-мено́ры, по семь масляных светильников в каждом, в них трепетал живой огонь. В отличие от коридора пахло здесь очень приятно, наверное, масло в светильниках было ароматизировано.
В центре стоял трон – по-другому не скажешь. И канделябры, и трон благородно отблёскивали золотом. На троне восседал Амир, перед ним вокруг низкого каменного стола по кругу были расставлены белые пластиковые стулья, на большинстве из которых сидели люди. Всё это выглядело очень эклектично и напоминало заседание кружка анонимных алкоголиков, которое вёл тип с манией величия.
Странности сборищу добавляло то, что все кроме Амира были в масках. К Даниэлю обернулись: Бэтмэн, монстр-зомби, монстр-оборотень, просто какой-то монстр, пара карнавальных итальянских масок с длинными носами, кот или кошка и маскарадная бабочка с перьями.
Амир указал ему на один из свободных стульев.
С интервалами в пять минут в дверь вошли ещё трое: белый кролик, монстр-клоун и Сальвадор Дали. Над дверью располагался довольно большой монитор, на котором был виден коридор с факелами. Когда на пятачке перед дверью появлялся очередной участник маскарада, Амир впускал его; где-то в подлокотнике его трона прятался рычажок для управления дверью.
Когда все белые стулья были заняты, Амир заговорил:
– Итак, господа, мы наконец в сборе. Позвольте мне начать. С вашей помощью наш мир должен стать родиной ещё одной религии. Современной, актуальной, наукоёмкой, с настоящим богом. Той, которая поможет человечеству сдвинуться с мёртвой точки в духовном и технологическом развитии.
Последователям этой религии не нужно будет корчить из себя святых, они смогут быть самими собой – обычными людьми со своими слабостями и недостатками. Им не нужно будет соблюдать десять заповедей, как у христиан, или шестьсот тринадцать, как у иудеев, – достаточно будет одной: приноси пользу обществу, не мешай жить другим и будешь жить вечно! И никакого ада. Ни при жизни, ни после завершения биологического цикла.
Все вы попали сюда не случайно. На протяжении двух месяцев вы и ещё сотни человек по всему миру занимались предварительным продвижением основ нашей религии. Вы новые двенадцать апостолов – те, кто показал себя лучше всех в этом деле: доносить до людей истину. Умеющие располагать к себе и вызывать доверие.
Ещё три месяца будете вы возвещать миру о пришествии нового мессии. И тот, кто станет лучшим из лучших, тот первым среди всех людей за все времена существования человечества обретёт вечную жизнь. У нашей религии ещё нет названия; оно будет образовано от имени того, кто победит в этом самом престижном состязании за всю историю – состязании за место бога.
Он сделал паузу. «Апостолы» зашевелились, задвигались, никто из них, как и Даниэль, по всей видимости, не ожидал ничего подобного.
– Победителя определит количество подписчиков на его канале в Интернете, – продолжил араб. – Всем будут выделены средства, достаточные для того, чтобы, не отвлекаясь на постороннюю деятельность, всецело посвятить своё время просвещению человечества. Вы вернётесь в свои страны и понесёте миру новую Благую Весть.
При этих словах в центре стола образовалось прямоугольное отверстие, в которое снизу выехал золотой поднос с двенадцатью книгами. На их кожаных чёрных обложках были оттиснуты надписи на разных языках. На одной из них, видимо предназначенной для Даниэля, по-русски значилось: «Новейший Завет».
– Разбирайте! – приказал Амир. – Но прежде чем взять книгу, нужно положить свою маску на стол, тем самым подтвердив готовность участвовать в состязании. В этом случае ваши лица станут известны без преувеличения всему человечеству. Вам больше не нужна будет конспирация – мы не играем в масонов или иллюминатов. Но подумайте, прежде чем принять это решение! Надеюсь, вы представляете, какие силы будут противиться пришествию нашего месси́и. Если не согласны или боитесь встать на путь пророка, то уходите, не снимая маски.
Все двенадцать масок легли на стол, и все книги были разобраны в течение минуты.
Даниэль ступил в подземную реку, позабыв снять обувь. Заметил это, лишь когда вышел из воды и сандалии его стали издавать чавкающие звуки. Ещё он заметил, что рюкзачок с его экземпляром «Новейшего Завета» он несёт не за спиной, не на плече, а крепко, обеими руками, прижимая к груди.
Часть IV. Агент.
Глава 1.
– Это будет очень длинный разговор, Малыш. Что бы ты подумал, если бы я сообщил тебе, что неандертальцы… Ты же знаешь, кто такие неандертальцы?
– Обижаете, Борис Ефимович…
– Хорошо. Так вот. Что, если б я сообщил тебе, что они не вымерли, а продолжают существовать параллельно с нами?
– Я бы решил, что вы, извините, гоните или собираетесь рассказать какой-то анекдот.
– Не хотелось бы тебя огорчать, но ни то, ни другое, Даниэль, к сожалению…
И Карлсон заговорил как заправский преподаватель, которому приходится из года в год повторять затверженный, набивший оскомину текст:
–
Нужно понимать, что современные люди не являются потомками неандертальцев – наш общий совместный предок умер около миллиона лет назад. При этом у современных представителей европеоидной и монголоидной рас около двух процентов генов – неандертальские, у негроидов – до полупроцента, что говорит о том, что наши виды могли иметь совместное потомство, поскольку относились к одному роду – люди.
У неандертальцев была фора в несколько сот тысяч лет. За это время они заселили обширные территории в Европе и Азии. Научились делать орудия из камней и костей, шить одежду из шкур. Начали задумываться о мироустройстве и смысле жизни.
Проблемы начались у них с наступлением ледникового периода. До этого они занимали лучшие земли, а сапиенсы вынуждены были селиться в менее комфортных условиях. С приходом холодов неандеры мигрировали в местности, заселённые кроманьонцами (ранними сапиенсами), чему последние были, конечно, не рады. Между видами началась конкуренция за еду и территорию в условиях сурового климата.
Здесь, в Израиле, в двадцати километрах от Хайфы есть две пещеры: Схул и Кафзех, в них были обнаружены кости обоих конкурирующих видов. Выяснилось, что эти пещеры несколько раз «переходили из рук в руки»: более ста тридцати тысяч лет назад там жили неандертальцы, последующие пятьдесят тысяч лет – кроманьонцы, потом ещё двести веков – опять неандертальцы, а затем вновь люди современного типа.
Неандертальцы были неплохими охотниками, но тут надо сказать о некоторых анатомических и физиологических особенностях, которые давали преимущества сапиенсам. Несмотря на то, что неандеры ниже ростом, чем мы, в среднем сантиметров на пятнадцать, они были физически мощнее – мышечная масса у них на треть больше. Кроме этого и мозг у неандеров больше, чем у нас. Казалось бы, сплошные преимущества, но парадокс заключается в том, что бо́льшая масса тела и бо́льший объём мозга требуют дополнительной энергии, а значит – больше пищи. А это очень сильно отягощает жизнь в условиях отсутствия сельского хозяйства и пищевой промышленности. Плюс к этому теменные и височные доли неандертальского мозга развиты хуже – отсюда слабые коммуникативные способности, бедная речь. Как следствие, племена неандеров были малочисленнее наших – им сложнее было уживаться друг с другом. Поэтому в битвах за территорию победителями выходили более организованные сапиенсы. А вот более развитые лобные доли добавили неандерам возбудимости и хитрости, граничащей с подлостью. Как следствие, неандеры большие эгоисты и совершенно не готовы к самопожертвованию ради сохранения своего вида. Что является ещё одним фактором, из-за которого они должны были исчезнуть с лица Земли.
Речь Бориса Ефимовича становилась всё более эмоциональной, к этому моменту он уже не мог усидеть в своём кресле, вскочил и начал ходить между камином и входной дверью.
– Они абсолютно бездарны в творческом отношении, опять же из-за особенностей строения мозга, но при этом любят потреблять предметы искусства. Вкуса у них нет, поэтому они, как сороки, тащат в свои сокровищницы всё блестящее.
По сути психологическая конституция неандеров – это истероидные психопаты с маниакальной акцентуацией. Эти хитрые, подлые твари легко идут на убийство себе подобных.
Тут Карлсон шумно вздохнул, снова сел в кресло и после паузы продолжил:
– Так постепенно, проигрывая конкурентную борьбу с