Алексей Борисов – Умирать не страшно и другие криминальные истории (страница 2)

Так и доложил Саньке: честная твоя телка по всем понятиям!

А он только хмыкает и бубнит: “Глаз не спускай, ни на шаг не отпускай!”

Я уж и не обижаюсь. За такой девочкой походить да поглазеть, и за чужой счёт – не в лом, а в кайф!

Так и доходился за ней до натурального атаса. В тот день ее позвали судить соревнования по гимнастике. Ристалища закончились поздно, да еще фуршет для спонсоров и организаторов, плюс к тому темнеет в октябре рано… В общем, придурков, пасущихся возле пивных ларьков, приметил даже раньше, чем она. Ускорил шаг, перешел через дорогу в неположенном месте. Те изобразили классический гоп-стоп:

– Девушка, закурить не найдется? А если в щёчку поцеловать? – подшефная моя взвизгнула: долговязый обормот в клёпанной косухе уже тянул ее за угол ларька.

– Э-э, землячки! Не по понятию девочку беспокоите! – дал знать уродцам о своем присутствии.

– А ты чё? Деловой? – окрысился оказавшийся ближе других клоун в сиреневых штанах с лампасами. Пока он тянул из-за пазухи обрезок трубы, провел ему хук в нюх, и тот, согнувшись пополам, пошел собирать в пригоршни сопли цвета революционного знамени. Приноровился звездануть долговязому в ухо, но третий скот – рыженький такой гадёныш – достал по затылку. Судя по впечатлениям, свинчаткой. Когда поплыли нижние конечности, крикнул:

– Лена, беги! – долговязый уже прижал меня к стенке и сноровисто блокировал обе руки; рыжий не спеша ткнул свинчаткой в печень и проследил за тем, как у меня расфокусируются зенки. Прикинул, что со второго удара он меня или вырубит на глухаря, или вообще отправит на встречу со всеми подстреленными мною духами.

Спасение пришло, откуда не ждал. Ленка не сбежала, а на уровне разрядника по боевому самбо крутанула “вертуху” и впечатала каблук-шпильку аккурат в левую почку долговязому. Тот аж кадык чуть не выплюнул. Хватка у него ослабла, я успел перехватить лапку рыжего и заломить ему за спину.

– Мужик, ты чё? Берега не видишь? Знаешь, кто я? Что с тобой сделают? – я только сильнее выкручивал ему руку. – Ну, козлина, держись!

– У него нож! – крикнула Ленка; боли не почувствовал, но увидел, что рыжий наугад размахивает левой рукой, стараясь попасть заточкой мне в бедро. От перепуга с такой силой крутанул ему руку, что реально услышал треск сухожилий. Рыжий взвыл и нырнул целоваться с асфальтом. Не сговариваясь, мы с Ленкой дали дёру к ближайшей остановке и вскочили в автобус: ждать, когда на шум соберется шпана со всего района, желания не было.

– Да у тебя кровь! – Лена показала на расползающееся по штанине пятно.

– Ерунда! – изобразил из себя бывалого короля подворотни. – Я даже не заметил.

– Нет! Это может быть серьезно! Он мог бедренную артерию задеть! Давай ко мне! Хотя бы перевяжу. А то и скорую придется вызвать, – так я очутился у нее дома. На пару с матерью Ленка стянула с меня джинсы, залила царапину йодом и замотала бинтом. Я засобирался уходить, когда прозвучало традиционное:

– Может, чаю? Как-никак, за мной должок! – пролепетал в ответ про то, что если за кем и есть должок, то, скорее, за мной, и остался.

Лена пила чай, высоко поднимая чашку к губам, и в пёстром домашнем халатике выглядела совсем не такой далёкой и недосягаемой, как в лайкровом купальнике.

Встала, подошла к окну, чуть отодвинув шторку, выглянула во двор:

– Какие настырные ублюдки! Прямо на детской площадке устроились, – я тоже глянул в щелку. Под окнами маячило несколько темных фигур, в одной из которых узнал клоуна в сиреневых штанах с лампасами. – Заночуешь у меня? Постелю на кухне. А то… Этим уродам человека грохнуть – раз плюнуть, – и я согласился. Лежал под накрахмаленной простыней на койке из сдвинутых стульев, слушал, как за стенкой Ленка плещется в душе, и думал о том, до чего славная девчушка досталась Саньке, и какой он будет дурак, если не женится на ней из-за дурацкой своей репутации. Потом увидел, как она выходит из ванной комнаты, и ее тело в свете уличного фонаря переливается, как перламутр, и капли воды блестят на коже, как изумрудные блёстки, и соски цвета засахаренной вишни вздрагивают при каждом шаге, и голос ее вьётся вокруг самого сердца:

– Слушай! Полотенце все в крови. А другое надо в шкафу искать. Маму разбудим – ворчать будет. Я об тебя лучше вытрусь, – и влажная кожа ее была нежна, как лепестки роз, и губы сладки и пьянящи, и бёдра сильны и податливы, и случилось то, чего не могло не случиться. И ложе наше было настолько узко, что мы уснули, обнявшись и лёжа впритирку друг к другу, и когда внезапно и одновременно, как от толчка, проснулись, то, что уже случилось с нами, повторялось снова и снова, пока на нас не снизошло кромешное забытье…

Проснулся от умопомрачительного запаха кофе. За окном уже во всю сияло солнце; Ленка, в халатике нараспашку, пританцовывала у кухонной плиты. Сел, прокашлялся:

– Слышь, Лен! Не по-человечьи как-то вышло…

– Что, миссионерка сейчас – уже не по-человечьи? – искоса вскинула на меня глаза, хихикнула, счастливо зарделась.

– Я не про то! У тебя ведь парень есть… Жених…

– Вот ты о чем! – Лена резко повернулась ко мне, и в разрезе халата я опять увидел ее наготу – и смуглые овалы грудок, и впалый живот, и хохолок лобковых волос между всколыхнувшихся бёдер. И вновь перехватило дух, и вновь потянулся к ней, и она шептала мне в ухо. – Ты же неделю за мной ходишь как привязанный. Неужели не заметил, что у меня никого нет? Никого нет! Кроме тебя. Кроме тебя! Тебя! Тебя! – и между поцелуями все еще пытался объяснить ей, в чем западло:

– Понимаешь, он только хотел убедиться, что у тебя никого нет. У него же бизнес, репутация! А я, вместо того… Ну… Вот… Видишь…

– Вижу-вижу! – Ленка смеется и с неожиданной силой запрокидывает меня на спину, наваливается раззадоренным телом. – Дурашка! Ты ничего не понял! Хочешь начистоту? Я залетела. От него. Поверь, больше не от кого было. В тот же день, когда сообщила ему, твой Сашок попросил съехать с хаты, не звонить, не пытаться встретиться. Сказал, что у него проблемы по бизнесу, и как только они порешаются, то сам найдет меня. Так всегда говорят, когда девочка становится неудобной. У меня сколько подруг так попали! Потом испугался, что начну качать права, решил разнюхать, на кого свалить отцовство. Или выставить меня, в случае суда, потаскучьей тварью. Вот и вспомнил о дружбане по Афгану.

– Не может быть! – я просто опешил. – И что теперь?

– Ничего! Можешь пойти к нему и сказать, чтоб успокоился. Никакой предъявы ему не будет. И не собиралась! Обойдусь! – и, чуточку сникнув, добавила:

– Только не думай, что я с тобой из-за ребенка. Сама же призналась! Хотя срок такой, что могла и скрыть. Да и не в ребенке дело! Сашка сам виноват! Нельзя пользовать девочку по два раза на день, хотимчика ей раздразнить, а потом взять и бросить. От такой засады у девочки крышу сносит. На первого встречного полезет, лишь бы хотелку угомонить! А тут ты, обаятельный и привлекательный. И так классно тому недоумку в нос стукнул… Где уж тут воздержаться? – Лена задиристо хохотнула, протяжно и сладостно повела отвисшими сосцами по моим рёбрам, а меня вдруг словно ушатом ледяной воды обдало:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.