Алексей Богородников – Оскал столицы (страница 40)

— Идеально! — суетился вокруг нас с похвалой Корилий. — Ах, какое чувство ритма у вашего высочества. Ваша милость тоже прекрасны! Ваша пара достойна кисти Хатиодзи!

— В жанре хёнтая, — согласился я.

Всё равно не поймут. А капелька пота и раскрасневшееся лицо принцессы, между прочим, меня уже начинали заводить.

Но как ни странно, мэтр Корилий вполне меня понял. Глазки у него раза в три увеличились, заанимешились, поплыли. Точно, стервец нездоровые картинки смотрел.

Здесь просился мощный гитарный проигрыш от Неверлав про тяночку. Но я вспомнил три правила Эйта Кида: учёба важнее всего, любовь не нужна и опасна, будь осторожен и не позволяй думать людям, что ты гей.

— Мы еще потренируемся, совершенству нет предела! — провозгласил я, подхватывая Аишу за талию и делая полукруг, — её высочество будет блистать ярче светила!

На этом месте первое правило вступило в резкое противоречие со вторым. Но я плюнул на эти смешные ограничения — мне же не на медицинский поступать, как тому пареньку и позже известному Создателю. Вообще, я главный герой и сам пишу законы.

— Мы сейчас осовременим этот отсталый танец, — пообещал я принцессе, — впишем наши тела в летопись истории, врубим, я бы сказал, ледоколом страсти!

Здесь я показал Аише движение, которое в аргентинском танго называется очо. Оно, на самом деле, простое как три рубля: мужчина просто с ноги на ногу переступает влево-вправо, а девушка делает полуоборот на опорной ноге, словно крутясь перед партнером, вышагивая боком.

— Вот так, — через несколько повторов, когда она быстро схватило требуемое, довольно сказал я. — А на четвертый полуоборот, слегка упади на мою руку, я тебя поймаю.

В реальном танго такой шоу-элемент назывался поддержкой, он заканчивался заходом ноги партнерши с зацепом за бедро мужчины, но я решил не шокировать почтенную публику. Не нужны мне инфаркты аристократии, выпавшая челюсть Шайреда Четвертого и густой румянец королевы. Да Найзирия потом первая прискачет ко мне с муженьком и будет одолевать просьбами научить её такому.

Ко мне в темницу, где я буду сидеть за оскорбление её высочества. Потом, когда научу этому танцу, сошлют на Великое болото шакарлей гонять.

— Хорошо, — прищурился я в милое личико принцессы, похабным взглядом, когда она завалилась мне на левую руку. — Реснички трепещут, кровь волнуется, ноги не держат, взгляд томный. Прямо как на заходе к королевскому библиотекарю в первый раз, с просьбой выдать запретную книжку, не так ли?

— Я никаких-таких книжек не читала! — запротестовала она покраснев. — Один раз такое было только, — добавила уже тише.

— Имя, принцесса, имя! — страшным голосом потребовал я от неё.

— Чего? — приходя в себя, фыркнула она, — я здесь власть! А ты народ, глупенький!

— То-то я смотрю ты обо мне так часто думаешь, — прозорливо намекнул ей, — у меня к тебе несколько вопросов накопилось. Ты же меня не обманываешь, нет?

Аиша засопела гневно, но я ловко перебросил её на правую руку, и она сдалась.

— Ой, да подумаешь, взяла один раз вместо учебников беллетристику, неделю назад, — призналась она. — Магия женской силы и всё такое.

Название мне было неизвестно, но послеобеденные, еженедельные чтения Королевского собрания документов и письменных свидетельств истории Шайна, что мы посетим сегодня, раскроют этот секрет.

Ах, да, принцессу надо предупредить.

Я бросил взгляд на водные клепсидры. Мэтр Корилий проследил за моим взглядом. Засмотревшись на новые в этом мире, танцевальные движения аргентинского танго от меня, он быстренько схватил старомодный карандаш из черного сланца, смешанным с глиной, в металлическом стержне, сверху покрытым кожей и всё время жадно чертил там что-то, совсем позабыв о времени.

Мне не жалко, пусть творит новый танец.

Обнаружив указатель деления, подходящий к двум часам, мэтр тихонько взвизгнул и попросил разрешения удалиться, исчезнув с неподобающей его возрасту, скоростью.

— Что же, магия женской силы — признался принцессе, — не самый плохой выбор. Не книгиально, однако правильно подобранный чокер на шею девушки делает раба вовсе не из неё, а из мужчины. Но сейчас время строить умные лица и, сложив руки домиком, изображать царственное благолепие.

В глазах принцессы мелькнул огонёк понимания.

— Неужели ты хочешь посетить Королевские чтения? — удивилась она, — не думала, что тебе интересны лекции по истории и традициям королевства.

— Я всегда мечтал прикоснуться к большой литературе, — возмутился её недоверием. — Хотя бы голову твою подержать на плече, пока ты спишь на лекции.

— Ха-ха, — засмеялась она, — может еще поспорим, кто быстрее уснет и на чьём плече?

И мы с ней забились на одно желание.

Глава 23

Королевские чтения проводились за первой башней дворца. На ней же висели первые башенные часы, налаженные Идеирмиром Бокаринским за полтысячи золотых. За башней открывалось пространство для простых королевских просителей, что со всякими тяжбами, просьбами, письмами-челобитными толпились два раза в неделю на прием к королю.

Большинство их дел разбирали секретари короля, его администрация в лице любимой королевы и её фрейлин, пару раз к ним выпускали принца и принцессу для осознания ответственности и практик управления, лишь немногие счастливчики могли удостоиться личной аудиенции.

Разбрестись в стороны, проникнуть во дворец просители не могли, потому что пространство за первой башней было окружено милым трехметровым заборчиком, создавая этакий предбанник, по периметру которого расхаживали гвардейцы.

Иногда летом, перед значимым праздником, чтения могли устраивать у фонтана Трёх принцесс. Случались и выездные сессии, раз в пару лет в города Шайна по приглашению королевского наместника. Стоило просто дорого: охрана, проезд, проживание.

Большинство наместников не о том думали.

Нынешний королевский библиотекарь, то есть Хранитель собрания, как архаично называлась его должность, Харид Реадилий представлял собой мужчину в возрасте и первого наставника принцессы. С четырех лет учил принцессу грамоте.

История первого убийства монстров, с заботливой повязкой от Шайреда Четвертого на глаза принцессы, чтобы не пугать маленькую девочку, гримасами и обликом чудищ, была поведана нам с Каей, самой Аишей. Так вот, когда через год пулять магией с повязкой ей надоело, импровизированные шоры сняли и она увидела первое чудище воочию — принцесса слегка струхнула.

— Вот такая пасть зубастая была у того миконида! — разводила руками Аиша. — Я испугалась, потом на себя разозлилась. Потребовала мне книжку со всеми монстрами принести, для изучения, чтобы больше никогда, никого не бояться. Книжку принесли, а читать я не умею. Ползала по здоровой летописи, картинки смотрела, пока бегали за Харидом. Он меня грамоте и выучил.

Втроём мы вышли из комнаты, принцесса повелела тащить своему пажу тетрадки с чернильницами, спустились и вышли во внутренний дворик на чтения. Места для просителей были оборудованы примитивными сидячими местами: топчаны, грубо сколоченные лавки, но были даже приличные столики, всё вместе — человек на триста просителей. Любой заплативший пару-тройку-пятерку медяков мог купить свое участие в них. Поскольку с развлечениями у горожан было не очень, по сравнению конечно с современным обитателем каменных джунглей, спрос на чтения был стабилен.

Всегда были авантюристы, заглядывали купцы, иногда аристократы и даже советники не гнушались посидеть рядом с простым людом, вслушиваясь в ожившие страницы истории. Гушми Идририя я тоже засек: он пробрался в центр, поближе к высоким посетителям, тоже прихватив тетрадь для записей. Неплохо, свою часть сделки выполняет.

Нам отвели щегольский столик с навесом, где мы расселись под шепотки узнавших принцессу горожан. Аиша и Син, приземлившиеся на места справа-слева от меня, взяли из рук пажа тетрадки, чернильницы и перья. Мне легко угодить — я сразу заумилялся, почувствовал себя словно в школе, потянул ручками к их косичкам, но вовремя опомнился.

Харид Реадилий взгромоздившийся на невысокую трибуну, завидев принцессу радостно заулыбался и отвесил легкий поклон, принцесса махнула ему приятельственно ручкой. Выглядел Хранитель совсем не на свои шестьдесят: время кажется просто забоялось с ним бороться. Седой, но мощный чел. Короткие волосы, спадают на оранжевые, как огонь глаза, которые обжигают взором. У Харида смуглая кожа, он довольно высок и худощав, с небольшим шрамом над губой слева. Из тех, кто перо может в мгновение сменить на кинжал, действуя с равной эффективностью. Неудивительно, ведь до сорока он сумел дожить в рядах авантюристов, позже побывать главой столичной гильдии, лет через десять позволив сманить себя на пост Хранителя, полностью уйдя в книжные дела.

Хранитель собрания откашлялся, маг воздуха рядом, наложил усиление звука и чтения начались.

— Друзья мои, единомышленники, славные шаны и высокие носители аристократических фамилий! — обратился Харид Реадилий к присутствующим. — Наше гениальное и Подавляющее высочество!

К принцессе он обратился отдельно, вот настолько её уважает, отметил я.

— Сегодня последние чтения в этом году и позвольте мне вернуться к истокам. К самым первым чтениям нашего Хранителя собраний.

Из последующей речи королевского библиотекаря я понял, что речь идет о Радосе Таебрине, достаточно известном Хранителе, который организовал эти самые первые лекции просвещения. На них он рассказывал простому люду о том, какие бывают монстры, как от них защищаться. К лекциям он привлекал авантюристов, ученых-историков. Было такое после исхода Создателей, вроде уже году на десятом. И тогдашнему королю Шайна Шенриху Третьему такое не сильно понравилось.