Алексей Берсерк – Тёмных дел мастера. Книга третья (страница 4)
– Отличный сегодня денёк, лорд Артен, – по-официальному тонко и почти без эмоций заметил Севио, передавая саквояж Малькому, от чего молодой чиновник лишь мельком оглянулся вокруг и действительно увидел, что на ярко-голубом небе вот уже какое-то время не было ни единого облачка, а солнце весело переливалось, выглядывая из-за листвы ближайших деревьев.
Когда-то он и сестра много времени проводили здесь со своим отцом, бродя и играя по всему переднему двору, но за последние несколько лет Мальком и сам не заметил, как сильно изменились его будни, и, стоя сейчас на этом самом месте, он не чувствовал ровным счётом ничего, кроме подгоняющих его вперёд мыслей о предстоящих сегодня заботах и делах.
– Редкая погода для осени, – практически в тон дворецкому ответил молодой чиновник, просматривая какие-то свои бумаги, прихваченные им из дома, после чего всё так же беспристрастно переложил их в свой саквояж, забрался в подъехавшую к ним самоходку и приказал оператору трогать.
То было вполне обычное для Малькома ощущение магического движения вперёд, которое он испытывал практически каждый раз, отправляясь на принадлежавшей их семье самоходной карете до места работы и возвращаясь с неё, усталым, но всё так же погружённым в свои дела, пока его оператор, мистер Вантер, умело переключал нужные рычаги, обгоняя ближайшие упряжные повозки с необычайной скоростью и манёвренностью, которая на сегодняшний день была доступна лишь немногим обладателям этих чудесных устройств, порождённых прогрессом цивилизации. Не считая, конечно, прогрессивной и богатой столицы Сентуса.
Впрочем, для самого Малькома в подобном деле важнее всего была эстетичность, и если вдруг их самоходная карета снова застревала в очередном скоплении обычных упряжных повозок и телег, то молодой чиновник ни за что не позволял себе покинуть её шикарное ложе и опуститься до общественных путей магического движения города, или, не приведи боги – плебейских прогулок пешком, даже если до места его работы оставалось всего пара остановок. Такова была обязанность любого дворянина современного Малькому общества – поддерживать свой статус несмотря ни на что. И хотя молодой чиновник привык к этому ещё с детства, лишь сейчас в его силах стало возможным хоть как-то повлиять на подобное совершенно вызывающее положение дел в городе, побуждая недавно учреждённые королевским указом строительно-ремонтные службы делать так, чтобы всем жителям города всегда хватало места на дорогах.
К счастью, сегодня их обычный маршрут до здания городского правительства был практически свободен, и, когда их самоходная карета выехала за пределы ворот фамильной усадьбы, Малькому оставалось только откинуться поудобнее на своём пассажирском сиденье, наслаждаясь тёплым морским бризом, что неспешно обдувал ему лицо, и продолжить заниматься своими делами. Пока сидевший впереди него мистер Вантер усердно переключал нужные рычаги, заставляя магические кристаллы разгонять их средство передвижения всё быстрее по атласному полотну дороги, которое стелилось над пронзительно открытым пейзажем морского берега, усыпанного мелкой галькой, с редкими купами прибрежных деревьев. Чей шелест тем не менее был практически не слышен из-за работы кристального двигателя кареты, равно как и крики летавших над ними белоснежных чаек, символизирующих недоступную многим красоту юго-восточных областей Сентуса. Катящаяся на своих прорезиненных колёсах вдаль, эта самоходная карета словно прочерчивала длинную линию через всё, что укрывалось от Малькома за стеклянным коробом его благополучной жизни на вершине социальной пирамиды. И будто бы подводя итог его прошлой, настоящей и будущей роли в ней, определяла за него его возможности, решения и даже желания, принуждая молодого чиновника добровольно отказываться от многих других присущих человеку качеств личности в угоду наступившему времени.
Хотя, возможно, Мальком отчасти и сам не понимал этого.
Год от года его жизнь, как и жизни миллионов граждан Сентуса, независимо от их социального статуса, обогащалась новыми фактами и открытиями в области современной магической науки, которые затем незамедлительно перекочёвывали в новые изобретения. А те, в свою очередь, всего за какие-нибудь пару лет запускались в массовое производство и продажи по всему королевству – и никто, по большому счёту, не видел в этом ничего дурного. То тут, то там в газетах блистали громкие имена очередных учёных, потративших немало сил, времени и денег на изобретение нового устройства, которое значительно облегчало труд горнодобывающих рабочих в сельской местности или ежедневные заботы слуг знатных домов, отчего практически каждая из развивающихся сфер жизни Сентуса росла как на дрожжах. А человек наконец по праву стал владеть этим миром, отодвинув в сторону все неурядицы, происходившее из-за капризов непостоянной природы. Преобразуя её несметные богатства на пользу родине, их королевство наконец-то смогло тягаться с государствами Великого Гилия, а в чём-то даже обойти их. А также оставить далеко позади себя воинственный Хаас Дин и найти полезные торговые связи с Ао-Шинем и, что ещё боле важно, далёким Сунгхи, благодаря чему колониальная торговля Сентуса стала процветать. А земли кочевников совершенно отошли в сторону, так и не сумев влиться в эту развивающуюся систему новых политических отношений со своими примитивными взглядами на устройство жизни и современного мира в целом. Владея ситуацией как в промышленном, так и в военном отношении, Сентус впервые за последние века смог отказаться от аграрной деятельности как основной отрасли своей экономики и всего за пару-тройку десятилетий сумел полностью переключиться на магические заводы по производству и обработке разнообразного сырья, избавившись от содержания бесполезных деревень, на месте которых было построено множество частных ферм. Что в свою очередь не могло не радовать как городских, так и сельских жителей королевства, которые быстро нашли себе работу на этих экспортоориентированных предприятиях, вместо того чтобы годами гнуть спины на своих прежних полях и лесозаготовках за мизерный заработок.
И хотя, как и каждая новая схема, этот жизненный курс всё ещё оставлял за собой кучу неразрешённых проблем и ошибок, которые Мальком видел каждый день, начиная с того момента, как их самоходная карета покидала прибрежное шоссе и углублялась в не самые благоприятные районы города, где его взгляд то и дело натыкался на лицо очередного беспризорника или оголодавшего попрошайку, число которых неизбежно росло вместе с увеличивающимся населением Миренкиана – молодой чиновник не видел для своей родины лучшей стратегии развития, чем та, которую принял верховный совет королевства. И не представлял себя никем иным, кроме как его почётным слугой в решении всех сопряжённых с этим делом проблем и неурядиц.
– Выезжаем на Пинкер Глэйн, сер, там сегодня меньше карет и самоходок, – прогудел своим громким басом сквозь шум магического двигателя его оператор.
Но Мальком и сам заметил это – и лишь поднял вперёд свою левую руку в знак небольшого смущения:
– Прошу, не надо называть меня
– Зато Вы сын своего отца, сер! – с легким задором в голосе ответил на это мистер Вантер и лихо подкрутил свой пышный ус, волей-неволей заставив молодого чиновника согласиться и с этим набиравшим популярность обращением, особенно среди знатных кругов.
– Мы не поспеем к Сейн Эйв сегодня утром? Хочу посмотреть, как там продвигается строительство, – ненавязчиво сменил тему их разговора Мальком.
– Нет, до часовой башни Сейна слишком большой крюк через Фауго Глэйн – так Вы точно опоздаете, – быстро пояснил ему оператор и прикрыл нос рукой, так как только что мимо них пронеслась ещё одна самоходная карета, обдав их тучным облаком остаточных магических испарений кристального двигателя.
– Тогда прошу Вас: без промедления до здания правительства, мистер Вантер. На работы по возведению передающего экрана посмотрим сегодня на обратном пути, если удастся, – дал ему свои финальные указания молодой чиновник и снова откинулся всем телом на спинку сиденья.
– Слушаюсь, сер! – прогремел в сторону Малькома рьяный отклик своенравного оператора. Хотя и не все слова его господина достигли ушей стареющего Вантера, поскольку шум от работающего кристального двигателя не позволял пассажирам самоходок общаться внутри кабины без повышенных тонов в голосе. Особенно если это была открытая модель с опущенной выдвижной крышей.
Вскоре за бортом кареты стали мелькать высотные здания стоящих рядом с центром города хотэлей, ателье и офисов частных торговых компаний, так часто упоминаемых туристами в разговорах о светлом промышленном будущем Миренкиана. А ещё через несколько минут среди аккуратно постриженных фасадов улиц Мальком наконец увидел и Бла де`Шон Парк Авеню, которая вела вдоль золочёных оград центрального зелёного питомника города – парка Бла де`Шон – и поворачивала как раз рядом с местом его работы. Там всегда было не протолкнуться из-за множества таких же, как у него, самоходных карет, прибывавших и отбывавших с фронтальной стоянки в разное время суток.