Алексей Берсерк – Тёмных дел мастера. Книга третья (страница 12)

Временами он как будто бы начинал злиться на своих непрошеных гостей, и тогда бодро ревущая магическим двигателем впереди их колонны самоходная карета ещё раз громко напоминала местным строптивым кустам и зверям, кто в этом мире настоящий хозяин, испуская очередной выхлоп магических испарений на повороте, отчего людям сразу же становилось как-то спокойнее и дружнее, ведь именно в том каждому из них виделась неоспоримая истина общечеловеческого предназначения.

– Я себе уже всю задницу отбил на этой дороге… Слышите, Гарисон? Когда мы уже приедем? – не прекращал бурчать один из сидевших у окна самоходной кареты представителей строительно-магического управления, пока его товарищи пытались своими палочками поймать сигнал общемагического канала сообщений, для чего водили ими вокруг себя во всех возможных направлениях.

– Эти дебри, наверно, самые дальние из всех, в которые когда-либо засылали любого из наших городских СМУ, – добавила к его словам миловидная девушка, руки которой в отличие от остальных всю дорогу оставались заняты лишь тем, что отряхивали её белоснежную юбку – снова и снова, снова и снова – хотя после того, как они въехали в лес, снаружи кареты уже давно не было ни пылинки.

– Так, ну-ка прекратите! – тут же остудил обоих жалобщиков звонкий окрик сидевшего напротив них старшего коллеги, которого специально послали в эту торгово-строительную экспедицию для того, чтобы присматривать за младшими, только что «принятыми на борт» после Магической Академии Управления членами их коллектива, в котором сам Гарисон работал уже боле десяти лет и отлично знал специфику подобных заданий. – Лучше снова возьмитесь за свои тексты и вызубрите их от начала до конца. А ты, Контис… Так, позадавай-ка давай гипотетические вопросы Симонсу. Заодно и отвлечётесь.

– Но мы же уже вчера весь вечер этим занима-ались!.. – разочаровано протянула миловидная девушка, однако под недовольным взглядом своего бескомпромиссного начальника её речи тут же поутихли, и она понуро опустила глаза на обитый брезентом пол, после чего только вальяжно приподняла свою сумочку с ближайшего пустого сиденья и демонстративно тряхнула ей перед Гарисоном: – Вот. Ну что, довольны? Ладно… Итак, мистер Лерой: «Каковы будут Ваши действия при непреднамеренной заморозке нашего строительного проекта в данном поселении?»

– Не «нашего», а «вашего», – ты же сейчас говоришь от лица жителей поселения, – тут же поправил её сидящий напротив Гарисон. – Так вы репетировали вчера или нет?

– Р-репетировали, – не очень уверено отозвался ему со своего места Симонс, которому только-только исполнилось девятнадцать, и поэтому врать он как следует ещё не умел.

Услышав этот еле заметный надлом в его голосе, их недовольный начальник лишь разочаровано помотал головой, после чего нарочито громко вздохнул и, выставив вперёд одну руку, начал легонько размахивать ею в воздухе в такт своим словам:

– Поймите уже, наконец, что вы – официальные представители компании. Это для вас хоть что-нибудь значит?.. Вы действительно должны понимать, насколько важно, насколько выгодно для всех нас заключить эту сделку. Вот ты, Симонс: как ты сидишь? – При этом Гарисон уверенно выпятил вперёд свою грудь и прикрыл глаза. – Осанка у выступающего перед публикой должна быть ровная, а самое главное – это постоянная улыбка, приветливое обращение, понимаете? Боги, вас что, совсем ничему не учили в Академии?..

– Но я же сейчас выступаю за неотесанных деревенских рабочих! – невпопад возразил ему Симонс, чем вызвал мимолётный смешок у всех, кто находился внутри самоходной кареты, но не у самого начальника экспедиции.

– Ещё одно подобное замечание, мистер Лерой, и я напишу в отчёте, чтобы вам снизили ставку за это предприятие, – недобро проговорил Гарисон, чем тут же заставил всех приутихнуть, а самого паренька, как видно, отчасти пожалеть о своих словах, поскольку его задорный взгляд мигом сменился на виноватый.

Это вызвало в начальнике экспедиции смешанные чувства.

– …Хорошо, послушайте, я не пытаюсь на вас давить, – как мог спешно добавил он к своей предыдущей фразе, стремясь разрядить создавшееся напряжение и снова обратить к себе доверие подчиненных, неосознанно действуя точно так же, как поступал уже много лет, обращаясь к потенциальным клиентам. – Я лишь пытаюсь сформировать крепкую команду коллег, которая со временем сможет подняться, расправить крылья и побить все рекорды нашего отдела. А возможно, если продажи пойдут хорошо, то и всего СМУ.

При этих словах практически все сидевшие в самоходной карете молодые представители строительно-магического управления посмотрели на него заворожённым взглядом, поскольку многие из них только и мечтали, что о деньгах и быстром карьерном росте, ведь именно так предписывали им жить реалии нынешнего века.

– О, и не думайте, что это недостижимо. Ведь когда-то я сам начинал в точно такой же команде, – инстинктивно почувствовав, что данная тема захватила внимание его слушателей, продолжил говорить Гарисон, – а наши условия работ, должен заметить, довольно сильно отличались от ваших, поскольку рынок в то время был ещё не налажен и крайне нестабилен. Однако, благодаря нашему Королевскому Совету и взошедшему тогда на престол Его Святейшеству Королю, перенявших так много опыта у зарубежных коллег из Гилийского содружества и Объединённого Ванкарата, теперь мы наконец можем выйти на мировую финансовую арену как сильная независимая держава. И что ещё более важно…

– Как думаешь, осень тёплая будет в этом году? – затянулся в дыму от закуренной сигареты одетый в тужурку строитель, после того как томно задал этот вопрос своему приятелю, сидевшему в их телеге на мешках с припасами.

– …Да чёрть его знает, Нерр, – неохотно пробудился от своих мыслей окликнутый им человек и зябко поёжился. – Спроси вон у Хагенса, он у нас всё газеты читает.

– Что скажешь, Хагенс? – тут же переключился на другого попутчика желавший завязать разговор бригадир смены, однако тот ещё долго шуршал бумагой, перебирая перед глазами газетные листы, пока не прогудел:

– Писали, на следующей неделе по ночам будет холодно.

– Надо бы сказать нашему наладчику кристаллов, чтоб дров для котла не жалел, а то заряды в палочках заканчиваются… – монотонно пробубнил бригадир в тужурке. И тут же громко выкрикнул: – Эй, Лейс, ты у нас сегодня на козлах?

– Ну? – не оборачиваясь ответил ему хриплым голосом правящий телегой человек в нахлобученной на голову сальной кепке с немного подпаленными краями.

– Где у нас сегодня «его величие» Малик едет? Хорошо бы передать ему там, чтобы дров нарубили заранее, а то, чуется мне, вся бригада озябнет от такой погоды, – шутливо, хотя и вполне серьёзным голосом распорядился Неррик, после чего сразу же полез искать свой топор, лежавший где-то за соседним коробом с инструментами.

– Ладно… – всё так же не оборачиваясь пообещал бригадиру сидевший на козлах человек в кепке, после чего устало потёр глаза и посмотрел на двух своих тяжеловозов впереди, которые мерно и безропотно тянули вперёд возложенную на них ношу, получая за это лишь мешочек овса и немного пожухлую с начала осени суховатую траву, как только весь влачимый ими строительный экипаж останавливался на ночлег.

«Эх, жаль дорога так узка, а то бы переместились щас в начало колонны…» – подумалось вдруг возничему, когда он в очередной раз с усталым недовольством признал, что вся основная работа их СМУ держится не на ехавших впереди самодовольных магусах-управителях, зарабатывающих гораздо больше своими разговорами, чем делами, а на каждодневном труде вот таких, как он, простых городских рабочих, и сидевшей за его спиной части бригады, получавшей гроши за свой куда более тяжёлый физический труд, не говоря уже о вечно подрываемом здоровье и прочих неурядицах. «Давайте, буржуи, поездите ещё с нами на стройку. Может, хоть немного до вас дойдёт, почём фунт лиха!» – злорадно, но без особого энтузиазма посмеялся над ними в мыслях раздосадованный подобным раскладом в своей жизни возничий, с горечью осознавая, что ему, скорее всего, уже никогда не вырваться из порочного круга таких чернорабочих профессий и не устроиться работать никем другим… Но тут одна из его лошадей неожиданно повела ухом и повернула свою голову в сторону леса, после чего так сделала и вторая кобыла.

«Волки?.. Неужели?!» – встрепенулся человек в кепке и в напряжении замер на козлах.

И всё же за его волнением так ничего и не последовало. Размеренно и шумно весь экипаж, состоявший из четырёх телег и одной самоходной кареты, продолжал свой путь как ни в чём не бывало, а ехавшие впереди другие возничие не вызывали своим поведением абсолютно никаких подозрений, которые бы говорили о возникшей со стороны леса опасности.

– Тьфу, две клячи! – выругался тогда уже вслух на своих лошадей человек в кепке и, немного нахмурившись, вновь приослабил поводья в руках. «Что за лес, право слово…» – с раздражением подумал он, подняв глаза к свинцовому небу, клочьями проглядывавшему из-за высоких крон, что ходили ходуном под стремительно набегавшими порывами ветра, как живые. Впрочем, уже через минуту он забыл об этом, так как ребята, сидевшие позади него в телеге, снова затеяли свой спор по поводу недавно выступавшей статной девицы из кабаре, мадам Виви, и возничий полностью переключился на их разговор.