Алексей Байкалов – Скиталец (страница 4)

— Городу покровительствует Тажир, Бог-покровитель торговцев и обманщиков. Вижу твой вопрос, но торгуя на одной правде много не заработаешь, поэтому все знают, что торговцы, так сказать, перехваливают свой товор, если не откровенно врут, а потому и торгуются за каждый медяк. Бог одобряет это. Зато он помогает строго контролировать сделки, чтобы обе стороны соблюли свои договорённости. — Скит слушал и запоминал каждое слово, знания о мире вокруг впитывалась в голову, словно вода в сухую губку.

— Ты уверено идёшь, — заметил Скит, — не первый раз тут?

— Как думаешь сколько я уже скитаюсь? — вопросом ответил здоровяк.

— Лет 20? — предположил Скит.

— 90, - ответил Бьёрн — вижу ты удивлён, малой, но тут ничего странного, все кому покровительствует боги живут минимум до двухсот лет. Если остановишься в развитии, то умрёшь, если же ты развиваешься, то можешь жить и того больше. Наш старейшина видел становление Бога-медведя, когда тот только пришёл в наши земли.

— Это сколько же ему лет? — удивился Скит.

— Мне иногда кажется, что этот старик уже и сам не помнит, — засмеялся здоровяк. — А ответ на твой вопрос, я тут второй раз. Я сюда пришёл ради госпожи Лады. Она очень сильный целитель, высокого уровня, думал, что возьмёт меня на обучение, но она только руками развела. Говорит, что я сам должен найти путь. Ну, а благодаря тебе, я хоть знаю куда идти дальше, так что отсыпайся, а с завтрашнего дня ты пожалеешь, что не согласился остаться без головы, — злобно пообещал Бьёрн и рассмеялся.

— О каком пути вы все говорите? — задал новый вопрос Скит.

— Путь твоего выбора, путь твоего развития. Понимай как хочешь. Человек находит что-то важное для себя. Например, решает стать лучшим в мире мечником или танцором, или поваром. А дальше он идёт к этой цели и как только он перестаёт добиваться её, то он прекращает развитие. Путь может быть любым и порой совершенно никому не понятным, главное чтобы ты видел его. Это одновременно и действующее направление и нечто метафоричное. Когда найдёшь свой путь, то поймёшь о чем я. Но могу сказать точно, все скитальцы так и не нашли свой путь. Оттого нас так и прозвали. Мы метаемся с одной тропы жизни на другую, так и не найдя цели в этой жизни. Самый сложный путь из всех выбранных. — пояснил Бьёрн.

Трактир Скит заметил из далека. Шум и пьяные выкрики песен не давали и шанса пройти мимо. Бьёрн слегка задержался и дал спутнику пройти вперёд. Не успел Скит сделать и шага за порог, как ему в голову прилетела глиняная кружка. Когда он поднялся то понять, кто это сделал было уже не возможно.

— Хм, а ты уверен, что тебе необходимо укреплять тело? А то на лбу даже шишки не осталось, — начал издеваться здоровяк, переступая через упавшего и даже не пытаясь помочь тому встать.

— Михей! — Раздался крик подобный медвежьему рыку. — Ты мне оплатишь эту кружку по двойной цене, понял?

— Прости, Курт, конечно оплачу. — ответил хозяину сжавшийся мужик. Хотя он и был не малого размера, но было видно, что хозяина здесь злить боятся.

Бьёрн подходил к барной стойке, за которой стоял огромный человек, даже Бьёрн, казавшийся Скиту великаном доставал тому лишь до груди.

— О, привет, малыш Бьёрн! — приветливо пробасил Курт. — давно тебя не видел, какими путями к нам?

Услышав такое обращение Скит не стесняясь заржал, а Бьёрн лишь покраснел.

— Привет, дядька Курт, все также скитаюсь. Даже вот, спутника себе нового нашёл.

— Как звать тебя, малой? — обратил внимание хозяин на нового скитальца в этом мире.

— Скит, приятно познакомится, — вложил свою ладонь в лапу Курта. Казалось в ему в руку мог поместиться если не весь, то половина Скита точно.

— Дядька Курт, нам переночевать бы да пива попить, а утром мы дальше пойдём. — обозначил цель прибытия Бьёрн.

Перед ними поставили две огромных кружки пива. Скит осторожно отхлебнул и прищурился от удовольствия. Если он и пил пиво раньше, то точно такого вкусного никогда, в этом он был уверен. Скит смотрел по сторонам и приглядываться к людям. Вот сидят стражники, судя по одинаковой форме и гербу города на груди. Треугольник в котором изображён корабль, а под ним облака. В том углу местные работяги, рядом какие-то наёмники, возможно из охраны этих самых кораблей. А вот дальний угол самый интересный. Там сидел лысый монах, рядом у стены стоял посох. Оранжевые штаны и рубаха, с белой накидкой через правое плечо. С ним за столом сидел парень, можно было решить, что он болен, настолько бледен и худощав он был. Но вот проходящих мимо официанткам он явно нравился. Рядом с ним старались задержаться, невзначай задеть его бедром или встретиться взглядом. Но они его явно не интересовали, он разговаривал с монахом, хотя последний изо всех сил старался игнорировать собеседника.

Скит хотел было задать вопрос Бьёрну об этой странной парочке, как ему помешали. В таверну, открыв дверь с ноги, вошла громкая компания из шести человек. От группы нарушителей спокойствия отделился бугай. Предводитель компании, судя по его наглому выражению лица и повелительным выкрикам, осмотрел таверну и направился прямиком к странной парочке.

— Освободите место уважаемым и уставшим наемникам славного Мурта, — без приветствия сказал он.

Монах с тем же спокойным выражением лица, что и пять минут назад, приложился к кружке. Тощий парень встал и посмотрел в глаза предводителя. За счёт своего высокого роста, он стал казаться ещё более тощим, чем до этого.

— А кто этот «уважаемый» Мурт? — с вызовом спросил он.

— Это я, а если ты ещё раз обратиться ко мне, не показывая уважения, сопляк, то я отделаю тебя так, что ты будешь бояться даже вспоминать нашу встречу, — начал угрожать наёмник.

— Ну так, со всем уважением, иди жрать в свинарню, ведь с твоим рылом ты там за своего сойдешь. — продолжил бесить наемника парень.

Скит удивился, что стражники даже не попробовали успокоить назревающий конфликт, и благополучный исход для тощего парня Скит не видел. В это время в таверне раздался смех, над бугаем стали ржать все. Тому это явно не понравилось. Он побагровел, достал нож и сказал:

— Последний раз повторяю, доходяга. Бери свою кружку, своего лысого дружка и проваливай с этого стола!

— Просто убей его и не мешай мне пить вино, дуболом, — с умиротвореным лицом произнёс монах.

Предводитель взревел и резким взмахом всадил нож в грудь бледному парню. Скит вскочил, но Курт удержал его своей огромной ладонью:

— Не дергайся, малой. Ему не нужна твоя помощь.

В это время бугай достал свой нож из груди своей жертвы и повернулся к монаху.

— А что выберешь ты, лысый? Пойдёшь вслед за другом или за другой столик? — спросил командир наёмников.

Монах все так же спокойно протягивал напиток из кружки и даже не пытался переживать за друга.

— Опять не вышло, — с сожалением в голосе раздался звук с пола. — Вот сколько можно, я уже устал новые рубахи каждый раз покупать, мне портные даже скидки отказываются делать, потому что я их разоряю, видите ли. А мне думаете приятно, даже помереть не могу, как же я от вас устал.

Бугай в недоумении начал оборачивается, а с пола не переставая причитать поднялся только что убитый им парень. При этом в руках он держал ловко снятый с пояса кошель наемника.

— Держи, хозяин, думаю этим я смог оплатить сегодняшнюю выпивку. — и бледный парень бросил на стойку несколько монет из кошеля. Монах недовольно цыкнул. Видимо он надеялся на другой исход.

— А кровь опять мне с пола отмывать? — возмутился хозяин таверны. — Ты каждый вечер мне тут все заливаешь.

— А полы отмоет этот боров со своей компанией. — продолжил унижать оппонента неудавшийся мертвец.

— АРГХ! — закричал уже покрасневший Бугай и кинулся на парня. Его компания повторила действия командира и тоже ломанулась в сторону паренька. Тут Скит не выдержал и бросил стул под ноги одному из наёмников. Тот споткнулся и полетел в группу работяг пьющих пиво. Опрокинутый стол и разлитый впустую алкоголь. Работяги не стали это терпеть и тоже кинулись в потасовку. Скит одним рывком оказался возле странной пары, монаха и не способного умереть парня. Монах все также сидел, словно ничего не происходило и продолжал пить из кружки. Тощий уворачивался от ударов Мурта. А к Скиту уже подбежала первая жертва из наёмников. Уворот, уворот, пригнуться и нанести резкий удар под коленную чашечку и резкий выпад кулака в челюсть. В таверне уже не разобрать кто с кем дерётся, один только монах умудряется не проливая ни капли, лавируя между дерущихся и двигаясь в сторону барной стойки, где спокойно разговаривали Курт и Бьёрн.

К удивлению Скита, стражники просто поднялись и вышли за двери. Скит увернулся от брошенной в него кружки, но не успел уйти от удара ноги в живот. Отлетел в стену, но заметил что предводитель наёмников получил в голову кружкой, от которой ушёл сам Скит. Потерял из вида тощего парня, и получил от него стулом по голове, упал и затих. Монах все так же спокойно уворачиваясь от летающей по таверне мебели, с полной кружкой вина пошёл обратно за стол. Его собутыльник уже нашёл себе новую цель и бросился на наёмника с которым до этого бился Скит.

— Отойди от него, с ним я развлекаюсь, — крикнул ему Скит поднимаясь с пола. Наёмник криво улыбнулся и двинулся в его сторону и выбросил кулак в прямом ударе, Скит чтобы уйти от него бросился в ноги, схватил ногу и потянул по направлению движения. Наёмник потерял равновесие, ударился головой о стол и ушёл в царство беспамятства. Пока Скит разбирался с одним бойцом «уважаемого» Мурта оказалось, что всю шайку уже уложили, а тощий уже заканчивал обшаривать их карманы. Монах так и сидел на своём месте со своим вином.