Алексей Байкалов – Скиталец. Часть 2 (страница 29)

***

На корабле стояли четверо людей и одна большая кошка. Они с тревогой смотрели на происходящее на острове. Первое, что произошло, это все крупицы лунного серебра, до этого свободно летающие вокруг острова, вдруг резко остановились, словно налетели на невидимую стену. Затем был мощный взрыв силы, и крупицы лунного серебра закружили вокруг сидящего на земле Скита, скрывая его от глаз наблюдающих с корабля.

— Что происходит? — с тревогой спросил Фестиций.

— Сейчас идет борьба их Воли. — объяснил Ву, он даже к своей горлянке перестал прикладываться, что сильно выдавало его волнение. — Исход этой битвы зависит от того, чья Воля сильнее, и кто сможет подавить волю противника.

***

Скит не стал дожидаться удара, и первым бросился в атаку. Никто даже и не пытался призвать лунное серебро. Это была дуэль чистой силы, только мастерство владения своим Телом и Волей. Удар следовал за ударом. Каждый раз когда кулак Скита достигал своей цели, и соприкасался с телом противника, он получал частичку воспоминаний своего двойника. Каждый раз когда удар Наемника попадал по Скиту, тот видел частичку прошлой жизни Скита. Никто не мог одержать верх на противником, и никто не собирался проигрывать. Никто не использовал стиль боя, только животная ярость личная сила. Скит улыбался, Наемник скалился, радуясь такому долгожданному бою. Сколько минут или часов длился их бой, никто не мог сказать, Скит и Наемник враз упали без сил, и тяжело задышали.

— Ты… упал… раньше… — тяжело дыша проговорил двойник.

— Нет… я видел… как ты… ты… первый начал… заваливаться… — дыхание Скиту давалось ничуть не легче. — Ты же все видел?

— Видел. — согласился двойник. — Но что это доказывает? Ты все еще не помнишь причину своего появление в моем мире.

— Зато я предлагаю тебе самое главное. — покачал головой Скит. — Я предлагаю тебе отомстить.

— Почему ты уверен, что способен на это? — заинтересованно спросил Наемник.

— Потому что я буду не один. Со мной будешь сражаться Ты. — трясущейся рукой Скит указал на собеседника. — Два существа с самой сильной Волей в этом мире. А также четыре безумца, что последовали за мной, и моя Азалия. Вместе мы объявим войну богам, которые уничтожают ваш мир. Именно они виноваты в ваших смертях и в том, что память о тебе и твоем брате была вычеркнута из этого мира.

***

— Уже вечер, мы должны выполнить то, что Скит нам наказал! — на корабле стоял спор.

Друзья разбились на две противоположных стороны. Фестиций и Ву были за то, чтобы разбить остров, пока еще есть время. Мор и Бьёрн стояли на том, чтобы дать Скиту еще немного времени. Азалия же просто скалила зубы, всем своим видом показывая, что без боя она никому не даст причинить вред ее спутнику.

— Если мы сейчас не разрушим остров, то потом будет уже поздно! — пытался перекричать бушующую бурю силы монах. — Он знал на что шел, и был готов к этому!

— Скит сам сказал так сделать! — вторил монаху Фестиций.

— Неужели вы готовы с такой легкостью убить нашего друга?! — взвывал к совести монаха Мор.

— Нет времени на споры! — схватился за свой посох Ву.

Буря исходящая от острова усилилась настолько, что Азалию просто сдуло с ног, и со всего маху ударило о ящики стоящие под мачтой. Фест, дорогу которому и преграждала кошка, сорвался с места, и помчался в оружейный отсек. Ву преградил дорогу Мору с Бьёрном, держа свой посох в боевой готовности.

— Неужели вы не понимаете насколько он может быть опасен? — монах пытался остановить Бьёрна в его боевом обличии. — Я видел на что способен потерявший над собой контроль одержимый! Целый храм трупов за неполные пол часа!

Мор и Бьёрн напали одновременно, Азалия скулила, но буря силы просто не давала ей подняться на ноги. Ву справлялся с обоими напавшими на него друзьями, не пропуска никого, чтобы они не помешали Фесту разрушить остров, на котором находился Скит. Раздался оглушительный грохот и все моментально затихло. В этой тишине был слышен треск раскалываемого камня. Все в изумлении замерли и с неверием смотрели на осыпающийся в бездну остров.

Глава 13

— Ты зачем выстрелил? — взревел Бьёрн на вернувшегося из оружейного отсека Фестиция.

— Я не успел… — ошарашенно и совершенно не понимая, что происходит, ответил Фестиций. — Я не успел выстрелить, даже остров в прицел взять не успел.

Грохот разрушаемого острова прекратился, и пылевое облако, поднятое бурей силы, разъяренно бушевавшей весь день, стало спадать. Все смотрели на то место, где еще недавно находился их друг, и не могли поверить в то, что его больше нет.

— Тогда что произошло? — обескураженно задал вопрос Мор.

Пока на корабле шла неразбериха, Азалия прыгнула за борт, и создавая под собой облака, со всех сил мчалась в сторону разрушенного острова, подхватила тело падающего Скита, и грациозно, как это могут только кошки, развернулась направляясь обратно на корабль. Сам же Скит не лежал безвольной куклой на спине Азалии, а вцепившись в загривок барса сидел обняв ногами бока Азалии и радостно кричал:

— ХАХАХАХА! В ПОСЛЕДНИЙ МОМЕНТ! ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, АЗАЛИЯ! ПРОКЛЯТЬЕ, Я ЧУТЬ НЕ УМЕР!

Радостная Азалия пробежала три раза вокруг корабля, и только после этого спустилась на палубу. Скит соскочил со своего барса, кошкой называть такого крупного зверя уже не поворачивался язык, и довольный посмотрел на ошарашенных друзей, направивших свое оружие на Скита и Азалию.

— Э… Вы чего? — напряженно спросил он. — Что случилось-то?

— Это точно ты? — пробасил Бьёрн.

— Конечно я, кто же еще? — не понимал Скит.

— Тогда почему ты так выглядишь? — продолжил настороженно спрашивать Бьёрн.

— А что не так в моем виде? — не понимающе спросил Скит, и посмотрел на свои руки.

Руки Скита были полностью покрыты лунным серебром, пальцы оканчивались длинными когтями. Ноги идентично рукам были покрыты лунным серебром и имели длинные когти. Когти были настолько остры, что Скит даже не замечал то, как при каждом движении они снимали стружку с досок корабля под ногами. Ощупав тело и лицо Скит понял, что он весь покрыт лунным серебром. При этом колени и локти теперь имеют выступающие шипы, а на его лбу образовались два небольших острых рога, длиной не больше пары сантиметров. Спохватившись, что он пугает друзей, Скит развеял все лунное серебро покрывающее его тело, и успокаивающе поднял руки вверх, ладонями наружу.

— Все в порядке. Просто я случайно поглотил все лунное серебро, что витало вокруг острова и окружало меня. — попытался успокоить команду Скит.

— А что тогда с твоей мордой? — опять спросил настороженный Бьёрн. Видимо вся команда негласно решила, что Бьёрн может говорить за них.

— А с лицом-то моим что не так? — раздражаясь ответил Скит, и создал перед собой из лунного серебра отполированную до зеркального состояния пластину.

Все напряглись, и вокруг их оружия завилась призванная сила. В зеркале Скит увидел свое лицо, вот только выглядел он не совсем привычно для окружающих. Бледный, почти белый с черными, словно подкрашенными тушью, веками, и яркими изумрудно-зелеными глазами. Приглядевшись к рукам, Скит увидел такую же бледную кожу, по которой змеились нитями серые вены. Пальцы оканчивались немного удлиненными ногтями черного цвета. Выглядел Скит сейчас как Наемник, до недавнего времени проживавший в его душе. Разве что, у Скита цвет кожи был не настолько белый, и имел оттенки серого. Да и татуировка на левой стороне груди, знак их с Азалией договора, все также сохранила лазурный цвет, как пятна на самой Азалии.

— Все в порядке. — постарался успокоить друзей Скит. — Это от избытка собранной силы духа. Такое уже было во время боя с Патриархом. Ты же помнишь, Бьёрн?

— Помню. — соглашаясь кивнул головой северянин. — А еще я помню как ты потерял над собой контроль, и чуть всех нас не уничтожил.

— Тоже верно, но сейчас ведь я с вами диалог веду, а не убить пытаюсь. — привел новый аргумент Скит, одновременно с этим выпуская всю накопленную силу из своего тела, и возвращая себе нормальный вид.

— А если ты притворяешься, чтобы мы тебя довезли до ближайшей земли? — вылез из-за спины Бьёрна Фестиций.

— Ву, ты ведь можешь чувствовать энергию Безумия. Она сейчас есть во мне? — обратился Скит к монаху.

— Она всегда в тебе есть. Но сейчас нет того бурления силы, которая присутствует когда человек одержим Безумием и не контролирует себя. — сказал монах, и взял с пояса горлянку, кажется впервые с того момента, как Скит покинул корабль.

— Откуда ты знаешь как должна выглядеть бушующая сила одержимого Безумием? — спросил Бьёрн поворачиваясь к монаху.

— Знаю. — отрезал Ву, и приложился к своей горлянке, после чего вновь обратился к Скиту. — Но помимо всего этого, ты каким-то образом выпил энергию мира из этого острова. Ничего хорошего от такого знака ждать не следует. — Ву посмотрел в глаза Скиту с таким видом, что Скит почувствовал угрозу и насторожился. — Это можно наложить на тот факт, что ты оторвал от бога ту безликую…

— Канзо. — перебил Скит монаха. — Её звали Канзо.

— Ты разорвал связь Канзо и Многоликого Такеми. — продолжил говорить монах. — Скит, такого никто не мог совершит до тебя. Это настораживает. Как ты можешь убедить меня, что именно Скит оказался сильнее и оставил тело себе, а не Наемник?