Алексей Байкалов – Скиталец. Часть 2 (страница 28)

— Ты снова тут сидишь? — над ухом Скита раздался голос Фестиция.

Скит дернулся, не ожидая того, что кто-то сможет тихо подобраться к нему со спины. У Скита сильно обострились слух и обоняние, так на нем сказались как тренировки со стариком Ичи, так тот факт, что в его душе долгое время жила Азалия, деля с ним собственные инстинкты.

— Да. Это хорошая тренировка по контролю силы духа, да и рыба хороша на вкус. — ответил парню Скит. — А ты сегодня решил остаться трезвым, как я вижу?

— Просто у нас вино закончилось. — отмахнулся Фестиций. — А монах не хочет делиться содержимым своей бездонной горлянки.

— Потому тебе и не спится так поздно? — задал вопрос Скит, смотря на полную луну на небосводе.

— Я пришел поговорить, Скит. — начал Фестиций. — Думаю, что я совершил ошибку, когда последовал за тобой.

— Почему ты так решил? — по виду Скита нельзя было сказать, что этот разговор стал для него неожиданностью. Он отложил удочку и достал трубку. — Мир не такой как в книгах, и твоих фантазиях? Ты не можешь стать светлым рыцарем, спасать принцесс, а также бедных и обездоленных?

— Потому что здесь никто не знает понятие чести! — вспылил Фестиций, после таких слов. — Все стараются ударить в спину, напасть на более слабого противника, а когда ты хочешь помочь даме в беде — она обязательно тебя отравит самым подлым ядом!

— Думаешь, что лучше бы было остаться дома и изображать на сцене светлого рыцаря, каким ты никогда не станешь? — Скит и не пытался смягчить слова, нанося ударю прямо в душевные раны парня. — Убивать выдуманных злодеев, и спасать не настоящих принцесс?

— Да! — Фестиций поднял голос. — Лучше будет просто выступать на сцене и не видеть всей этой подлости!

— Это называется "реальной жизнью", парень. — спокойно отозвался Скит, выпуская изо рта сизый дым. — А она никогда не бывает добра к нам. Всегда найдет твое самое слабое место и ударит именно туда. Каким бы стойким ты себя не считал, тебе она сделает тебе больно. Думаешь, что после того, что мы пережили ты сможешь просто выступать на сцене?

— Это не приносит столько боли! — воскликнул Фест, хватаясь за грудь. — Это не ломает веру в людей. На сцене никто бы не отравил меня, когда я пытаюсь помочь девушке в беде.

— Безусловно. — кивнул головой Скит. — Но если бы ты остался дома, то разве ты не испытывал бы неудовлетворение? Не бегал бы каждый вечер смотреть на улетающие корабли и думать, что ты упустил свой шанс увидеть все чудеса этого мира? Мы скитальцы не потому, что не можем найти своего места в мире, а потому, что наше место это весь мир! И он зовет нас, предлагая нам все что может. Этот зов и не дает нам задерживаться на одном месте слишком долго.

— Но я все равно считаю, что зря тогда ушел с вами. — покачал головой Фест.

— Если ты так легко откажешься от своего пути, то сделаешь очень сильный шаг назад, и еще не скоро вернешься на тот уровень мастерства, которым обладаешь сейчас.

— А что тебя ведет на твоем пути, Скит? — спросил Фестиций.

— Я хочу понять загадку этого мира. — не задумываясь ответил Скит.

— Какую загадку? — продолжил спрашивать Фестиций.

— Что? — не понял Скит.

— Какую загадку мира? — пояснил Фест.

— Э… Почему этот мир такой неправильный. — неуверенно ответил Скит.

— А что в нашем мире неправильного? — продолжил пытать вопросами Скита Фест.

— Да все! Очень расплывчатые законы мира, не понятно что дают вам боги, ведь вы все равно гнете дары своих покровителей под себя. Я вижу истинный облик мира, и не боги дают вам энергию, а наоборот, она исходит от вас и тянется куда-то, оставляя лишь крупицы духа. И самый главный вопрос. Почему у вас такое малое население на очень плодородных землях, при очень мягком климате. У вас нет крупных войн, а нападения Безумных тварей очень редки.

— Но что заставляет тебя не останавливаться? — не замолкал Фестиций.

— Я… Меня… Мне… Он… — со стоном боли Скит схватился за голову и закричал.

Через боль он видел смазанные изображения, смысл которых не мог понять. Чья-то смерть, сильнейшая душевная боль, ярость и некое существо, которое Скит не смог б описать никогда в жизни. Боль разрасталась и становилась сильнее, растекаясь по всему телу. Но вдруг все резко прекратилось, и Скит встал на ноги. Твердым взглядом, без единого намека на то, что происходило всего секунду назад он оглядел Феста и Бьёрна, который прибежал услышав крик капитана. Встревоженные криками боли, из трюма выбежали Мор и Ву.

— Сейчас я не готов ответить тебе. — начал говорить Скит. — Для того, чтобы понять ответ, я должен подготовить свою душу. Бьёрн! — резко обратился Скит к здоровяку.

— Да, кэп! — вытянулся по струнке северянин.

— Мне нужен маленький островок, сильно отдаленный от всех земель, чтобы у меня не было возможности сбежать. — начал рассказывать свою задумку Скит. — Найди его на карте. Фест!

— Да, кэп! — повторил за Бьёрном парень.

— Ты лезешь на мачту и просматриваешь горизонт, карта может быть не точна.

— Есть! — воодушевленный Фестиций козырнул и полез выполнять приказ.

Сам же Скит сел медитировать, игнорируя все вопросы задаваемые ему командой, и начал собирать энергию вокруг себя. Азалия поняв, что собирается делать её спутник, легла рядом, положив свою голову на колени Скита, как бы говоря: "Я рядом. Не переживай, что бы не происходило, я всегда буду рядом, и мы вместе со всем справимся." Долго так сидеть Скиту не пришлось, с мачты раздался крик Фестиция.

— Остров, кэп! Я вижу подходящий остров!

— Какой ты видишь остров, малой? — в ответ раздался медвежий бас Бьёрна. — Согласно карте ближайший остров на нашем пути появится только через два дня пути!

— А ты посмотри глазами, здоровяк! — язвительно закричал Фестиций. — Может и заметишь что-то помимо своей бороды!

— Мне больше нравился вежливый Фест. — пробурчал себе под нос здоровяк, поглаживая свои усы и бороду.

После перехода на новый уровень силы, Бьёрн заплел свои густые усы в косы влетая в них и бороду. И теперь в любой свободный момент он только и делал, что поглаживал свои усы и бороду. Вглядываясь вдаль, Бьёрн заметил серебряные искорки, светящиеся в последних лучах луны.

— Этого быть не может! — воскликнул северянин. — Кэп, погляди! Это же остров с лунным серебром. Совсем маленький, почти полностью выработанный, но еще способный держаться воздухе! Оттого я на карте его и не увидел, никто не может отследить их из-за того они не стоят на месте, перемещаются по одним богам известным траекториям.

Скит понял голову, и открыл глаза. Не ожидая того, что он может увидеть, Бьёрн отдернулся. Кожа Скита побледнела, изумрудно-зеленые глаза с вертикальными, как у кошки, глаза слегка фосфоресцировали в предрассветном сумраке.

— Отлично. Вот на нем меня и оставьте. Держитесь на приличном расстоянии от этого острова. — начал раздавать приказы Скит. — Если к вечеру я не дам сигнал о том, что я в порядке и в сознании, то расстреляйте остров с расстояния, чтобы та тварь, которая сформируется в моем теле, сгорела в жаре ядра планеты.

— Но как же…? — начал Бьёрн, но его перебил Фестиций.

— Как скажешь, кэп! — прокричал он.

Бьёрн стоя за штурвалом скорректировал направление корабля, и спустя тридцать минут Скит уже сходил на берег, а спустя еще пару, он остался в одиночестве. Даже Азалия в этот раз осталась на корабле, Скит не пустил ее с собой, приказав остаться на борту. Кошка всем своим видом показывала, что она против, но в этот раз Скит не позволил ей с собой спорить. — Я должен справиться один. — говорил он обнимая пушистую шею Лазурного барса. — И если я не справлюсь, то ты не должна погибнуть вместе со мной.

Кошка рыкнула и слегка прикусила руку Скита, как бы говоря, чтобы он не смел и думать о том, что может не справиться. Скит почувствовал, что ему хотели сказать, и сходил на остров с легким чувством грусти, которое ему передала Азалия. Но так же было и чувство, что его спутница верит в то, что Скит справится, и ждет его возвращения.

— Ты снова тут? — раздался знакомый Скиту голос. Его собственный голос.

— А ты разве не ждал моего появления? — вопросом на вопрос ответил Скит.

Они вновь стояли друг напротив друга, как и когда-то давно, при их первой встрече. Черно-белый Наемник, и бело-черный Скит. Вот только в этот раз никто не готовился к бою, оба противника стояли в расслабленных позах и смотрели друг другу в глаза.

— Ты готов? прервал молчание Скит.

— Все еще надеешься на то, что я прощу тебя? — ухмыльнулся двойник.

— Я не ищу твоего прощения. — отрицательно покачал головой Скит. — Мне нужно лишь спокойствие моего внутреннего мира. Без того, чтобы тратить силы на то, чтобы усмирять тебя. Чтобы в очередной раз потеряв контроль, я не уничтожил все вокруг.

— Даже не пытаешься показать, что жалеешь о случившимся? — вспылил Наемник. — Ты виноват в том, что никто не помнить о существовании моего брата!

— Боги совершили это! — в ответ воскликнул Скит. — Я лишь занял уже мертвое тело!

— Твое появление в нашем мире было виной случившемуся! Ты виноват в смерти невинного человека!

— Нет! — прокричал Скит. — Я должен был появиться в другом месте, но мою душу хотели сжечь пока она не окрепла и потому я оказался там во время вашего эксперимента. Боги решили убить двух зайцев одним выстрелом. Не дать вам создать ваш артефакт, и уничтожить меня. Ты же и сам все понимаешь. Технологический процесс давно остановился, вы перестали развиваться, богам не нужны те, кто поможет людям поднять голову выше дозволенного.