Алексей Аржанов – Класс: Боевой Целитель. Том 1 (страница 13)
— Что с ним случилось? — спросил я.
— А ты по запаху не чуешь, что случилось? — вздохнула женщина. — Проносит его уже который день. Вода отовсюду льётся. Поначалу подумали, что он съел что-то не то. Но… Он ведь уже помирать стал. Нас толком узнать не может, — она с трудом сдерживала плач.
Вижу. Под кроватью горшок. Рядом наполовину заполненное ведро. Рвота и диарея. Лоб у больного горячий.
Тут тоже инфекция — в этом я не ошибся. Только не лёгочная, а кишечная.
Я активировал «Диагностический взгляд». Моя теория быстро подтвердилась. Желудок с кишечником сияют ярко-красным. Воспалительный процесс разыгрался не на шутку. Дрянь какая-то в нём поселилась. Возможно, сальмонелла.
Тут об этих бактериях никто не знает, но в записях отца я нашёл описание растений, которые могут помочь такому больному.
Всё просто.
Убить бактерий, замедлить моторику пищеварительного тракта. И дать ему больше воды. Много-много воды.
Ведь умирают такие больные не от самой инфекции, а от потери жидкости.
По дороге сюда я собрал много трав. И среди них было всё, что мне нужно. Клинический случай не такой уж и страшный. Я его живо с того света достану!
— Мне нужен котелок и огонь, — попросил я. — Пока я готовлю лекарство, принесите воды из колодца. Да побольше. Отпаивать Гостомысла придётся долго. Но он выкарабкается.
— Что-то я в этом с трудом верю, Лад, — поёжилась женщина. — Спасибо, что решил нам помочь. Но мы с дочкой уже смирились, так что…
— Рано смирились. К вечеру он придёт в себя — вот увидите.
Судя по записям отца, местные травы работают не хуже любого антибиотика из моей современности. От болезни лёгких они бы ему не помогли. Зато кишечник прочистить смогут запросто! Вытянут всю дрянь, поглотят токсины и убьют бактерии. У меня должно получиться…
Следующие несколько часов я готовил отвары и отпаивал ими больного. Поначалу его мучила рвота, но уже к вечеру, как я и предполагал, Гостомысл притих. Перестал содрогаться от мучительных спазмов.
И, наконец, пришёл в себя.
— Воды… — прошептал он. — Ещё воды, Наденька, пожалуйста…
Я почувствовал, как по телу разлилось тепло, и теперь его становилось куда больше, чем холода. Баланс энергий сдвинулся в сторону жизни.
Ничего себе! Вот это я понимаю — рывок! Раз система меня наградила, значит, у меня получилось. Да и витальность Гостомысла уже начала восстанавливаться.
Было всего лишь пятнадцать единиц, а стало пятьдесят. Похоже, травы и вправду очень хорошо прочистили ему кишечник.
Надежда застыла. Чашка задрожала в её руках.
— Он… он говорит? Внятно говорит?
— Наденька… — Гостомысл слабо улыбнулся.
Женщина медленно опустилась на край кровати, всё ещё не веря.
— Как? Ты же… Мы все думали, что ты… — она запнулась, глядя на меня совершенно другими глазами.
— Мам, папа правда поправляется? — Маша подошла ближе, с опаской поглядывая на меня.
— Похоже на то, — Надежда провела рукой по лицу. — Я… я не знаю, что сказать, Лад.
За дверью послышались голоса — несколько соседей, привлечённые шумом.
— Надежда, всё в порядке? Мы слышали крики…
— Заходите, — неуверенно позвала она.
В дом заглянули трое соседей. Увидев Гостомысла, который сидел и пил воду, они замерли.
— Не может быть! Утром он при смерти был!
— Кто его вылечил? Неужели нашли знахаря?
Надежда помедлила, потом нехотя кивнула в мою сторону:
— Лад. Сын Добромира.
Повисла неловкая тишина.
— Лад? Это… это как?
— Тот самый Лад, который…?
— Помнишь, как он с лягушками целыми днями сидел у пруда? — прошептала одна из соседок.
Гостомысл прохрипел:
— Тот самый. Который спас меня. Может… хватит дураком звать парня? Да и репу мою он воровал не просто так, видать, — он горько усмехнулся. — Совесть его загрызла, вот и пришёл помочь. Да шучу я… — выдавил из себя мужчина. — Заплати ему, Надь. У нас ведь осталось там хоть что-то с прошлой продажи?
Соседи переглянулись. В их глазах читалось недоверие, смешанное с вынужденным уважением.
— Надо же, — пробормотал один. — Кто бы подумал…
Отказываться от оплаты я не стал. Но всё же решил не обдирать и без того страдающих людей.
— Много денег мне не надо, — ответил им я. — Если у вас самих ничего не осталось, поделитесь лучше едой. И расскажите другим жителям деревни, что я готов помочь. Знаю, что доверия ко мне мало. Но кроме меня больше сведущих в знахарском деле в Погранке нет.
Надежда встала, отсчитала монеты, потом достала мешок картошки:
— Вот, Лад. Это всё, что у нас есть сейчас. И… — она явно боролась с собой, — спасибо. Правда спасибо. Я была неправа насчёт тебя. Мы все были неправы.
— Расскажите другим, — попросил я. — Что я могу помочь. Что я не тот, кем был раньше.
— Расскажу, — кивнула она, хотя было видно, что ей всё ещё неловко. — Люди должны знать. Хотя… поверят не сразу.
Маша вдруг выпалила:
— Прости, что дразнила тебя дурачком.
— Маша! — одёрнула её мать.
— Всё в порядке, — я улыбнулся девочке. — Главное, что твой отец поправится.
На том и договорились. Надежда дала мне мешок картошки и двадцать медяков сверху. Это уже можно считать огромным успехом.
Теперь я смогу экономить на еде, а весь остальной заработок откладывать для Харитона. А если эта семья ещё и расскажет о моих услугах, то я получу полноценную рекламу.
Да, ясное дело, что мне даже после этого мало кто доверится. Но слухи уже начнут распространяться. Сначала одному помогу, потом другому. Так постепенно и заработаю репутацию. Может, со временем забудут, что Лад, сын Добромира, был слабоумным.
Я потащил мешок к своему сараю. Уходя, слышал, как соседи расспрашивают Надежду, а та неохотно, но подтверждает — да, именно Лад вылечил Гостомысла. Да, тот самый. Да, она сама не верит, но вот же — результат.
Первый шаг к изменению репутации был сделан. Не триумфальный, но настоящий.
На сегодня можно рабочий день закончить. Уже темнеет. А уж завтра начну с самого утра, с новыми силами!
— Лад! — послышался знакомый женский голос прямо за моей спиной.
Я обернулся. Людей на улице не было. Все уже разошлись по своим жилищам. На тропе между домами стояла всего одна девушка.
Рыжеволосая ученица ведьмака.