Алексей Архипов – Антарктический беглец (страница 25)

ГЛАВА XIV. BIGFATHERHOUSE

(все диалоги в этой главе происходят на английском языке)

— Меня всё время удивляют здесь две вещи, — сказал высокий чёрноволосый человек, делая очередной глоток чая с антикварного серебряного подстаканника за большим дубовым столом.

Он сидел один в теперь уже другом сером костюме в тонкую полоску и серыми лакированными туфлями с характерной удлиненной платформой. Рубашка на этот раз была размазанного пёстрого раскраса с бирюзовыми, серыми и зелёными тонами, как краска на палитре у художника. Ответа не последовало и после некоторой паузы он продолжил:

— Первое — это то, что ты постоянно смотришь в это окно, как будто там чемпионат мира по футболу транслируют. А второе, — что нам почему-то всё время приходится ждать нашего неподражаемого американского весельчака из Нью-Йорка, видимо пунктуальность они у англосаксов по каким-то причинам не унаследовали.

— Не расстраивайся, — коротко и спокойно ответил Архип.

— Да я бы и внимания, ты знаешь, не обратил, если бы это происходило в моём московском пентхаусе, а не у чёрта на куличках, — галантно выразил своё пренебрежение высокий черноволосый.

— Я понимаю твои сожаления, Борис, — отвечал Архип, — здесь конечно не Garrick Club на Covent Garden (Гаррик Клуб на Кавент Гарден), где пунктуальность между членами — неотъемлемый конёк со времён эпохи просвещения и романтизма, но и твоему пентхаусу до него далеко.

Большая дубовая дверь тихо и медленно приоткрылась и в суровый густой полумрак плавно вошла фигура американского посла.

— Можно мне тоже виски, — вскользь сказал большой напыщенный человек в костюме с дорогим галстуком и часами, навязчиво бросающимися в глаза.

— Это чай, — ответил молодой высокий черноволосый, и тут же понял, что просто понапрасну проинформировал оппонента, так как никакой встречной реакции не последовало, как будто бы это и не мело отношения к сути вопроса.

Архип спустился с верхнего яруса, подошёл к бару и, накидав в квадратный стакан льда, захватил с собой большой хрустальный прямоугольный графин с бордовой жидкостью. В таком виде он поставил это всё на столе перед послом, который расположился в кресле напротив представителя управления из Москвы.

— Спасибо, дальше я сам, — сказал посол Архипу, — очень люблю разливать виски, знаете ли.

Он взял графин, снял крышку и довольно вульгарно плеснул себе чуть меньше половины стакана.

— И пепельницу, пожалуйста, — добавил он вдогонку Архипу, уже собирающемуся подняться обратно, — свои сигары можешь не предлагать, я с собой прихватил по пути, очень хороший «Черчилль». Что ты там постоянно высматриваешь? Хоть бы бинокль взял что ли.

Архип ничего не ответил, просто молча подал пепельницу, ножницы для сигары и большие сигарные спички. Посол воспользовался своей позолоченной плоской гильятиной для сигар, которую ловко достал вместе с сигарной тубой из внутреннего кармана пиджака. Затем он довольно проворно приготовил и раскурил сигару, сделал глоток виски и отвалился на спинку кресла с явным удовлетворением от комфорта.

— Ну и зачем вы взялись им помогать? — задал он первый вопрос.

— Я ни за что не брался, — предупредительно ответил Архип и мне в этом смысле вообще всё равно.

— Ну, хорошо, — ответил посол, — допустим, я тебя понял, а вы? — обратился он к человеку напротив.

— С каких пор мы стали перед вами отчитываться? — спокойно ответил тот.

Посол сделал паузу и продолжил.

— Мы никогда не договоримся, если вы будете постоянно считать, что нам важен ваш отчёт перед нами. Нас интересует проект «REI» и у нас есть возможности для его быстрейшего развития. Японцы итак нарушили все известные правила, Британия допустила неразглашение инцидента на международном уровне, пойдя им навстречу. Вы максимально заняли место в программе «Polar Navigation» и мы уступили вам все приоритеты. Зачем вы суёте нос ещё и в это дело?

— Я не уполномочен отвечать на подобного рода упрёки, — ответил представитель, — к тому же у Москвы нет, и не могло быть объективных причин для отказа в помощи японской стороне при обсуждении этого вопроса на переговорах. Москва не будет врать своим партнёрам, потому что это выгодно третьей стороне. Если у вас есть интересы, то вы сами должны их отстаивать и не впутывать нас в свои планы. Это позиция Москвы по данному вопросу.

— Это вредит нашему сотрудничеству, — продолжил посол, — к тому же Британская Корона в этом случае покрывает и ваших пилотов наравне с японской стороной.

— Британская Корона получила за это деньги, насколько мне не изменяет память, и я не пойму их негодований по этому поводу, — ответил московский представитель.

— Послушайте, Уолтер, — вмешался в разговор Архип, — вы в курсе оперативной ситуации?

— Конечно я в курсе оперативной ситуации! — язвительно и недовольно отозвался посол.

— Ну и как ваш взгляд? — продолжил Архип.

— Да у них там весело, как на румынском кладбище! А что? — уже более расслабленно ответил посол.

— Так, а что вы переживаете тогда? — спросил Архип, пытаясь увести разговор в сторону.

— Ты из меня только дурака здесь не делай! Хорошо? — уже более жёстко ответил посол, — почему только я один придерживаюсь откровенной позиции? Нам нужен проект, японцы его упустили и не тянут дальше по деньгам, а вы устроили это шоу посреди Антарктиды и предлагаете нам расслабиться и наслаждаться им вместе с вами! Это через чур амбициозный подход в отношении чужих интересов! Вы должны учитывать чужие интересы, а не только свои и Японии!

— Хорошо! Что вы предлагаете? — спросил Архип, — я не могу остановить миссию и скажу больше, чтобы потом Москва не говорила, что я здесь просто стоял и молчал, — меня интересует продолжение этого шоу, равно как и других подобных шоу в будущем. Мне нужен максимум из того, что можно выжать из программы «Polar Navigation», не зависимо от результата. Для них — это хорошая тренировка, для меня — общее развитие, для японцев — научный эксперимент, для Москвы — участие и международные отношения. Как видите, деньги здесь не причём. Деньги получила Великобритания и она тоже должна быть довольна, а вы ставите все эти разносторонние интересы на одну чашу весов только со своими. Это тоже не совсем рациональный подход к чужим интересам, о которых вы имели место упомянуть.

— Ладно, Архип, — ответил посол, делая очередной глоток виски, — с тобой бесполезно спорить, но тогда установи регламент по времени, как в прошлый раз. Раз ты у нас всё правильно решаешь, то пусть они, твои пилоты поторопятся, как в прошлой миссии, тогда это будет справедливо. Две попытки у них уже было, если в третий раз у них не получится, тогда ты отзовёшь команду в связи с неприемлемостью продолжения миссии по причинам безопасности пилотов и челноков. В этом случае мы учтём все интересы сторон, включая наши. Если ты понесёшь убытки, мы тебе их компенсируем.

— Это международное соглашение! — возразил представитель из Москвы.

— Ха! — ответил посол, — у нас есть только один главный член правления программы, который полностью уполномочен и независим от международных соглашений. Программа его, а не Москвы и распоряжается пилотами и челноками, равно как и влиянием на правовые доли в странах участницах тоже он. При этом, Архип, я хочу, чтобы ты не забывал о том, что интересы Соединённых Штатов Америки ничем не хуже интересов Японии, и делать выбор нужно внимательнее и осторожнее. Ты сейчас не на «Купол Фудзи» в своё окошко смотришь, где температура выше минус шестидесяти уже два года не поднималась, а в центре Антарктиды на самые развитые полигоны из всех существующих в архипелаге.

— У нас с вами здесь взаимный интерес, — спокойно ответил Архип, — и уверяю, вам не было бы комфортней, если бы я смотрел в окошко на «Купол Фудзи». Но так и быть, я возьму нейтральную позицию и введу временной регламент. Только не говорите мне потом, что я не учитывал ваши интересы.

Посол сделал ещё один глоток и, затянувшись сигарой, опять отвалился к спинке кресла с довольной улыбкой. Представитель из Москвы был явно недоволен и напряжён.

— Ладно, — сказал посол, докуривая сигару, — я вижу вам нужно ещё тут пошептаться без меня, девочки.

И омерзительно посмеиваясь, как злобный тролль, удалился прочь.

В комнате остались только Архип и московский представитель.

— Тебе не кажется, что это нарушение наших договорённостей? — сурово спросил Борис.

— Вы хотите вытеснить Америку из программы «Полярной Навигации»? — ответил Архип встречным вопросом.

— Причём здесь это?

— Мне не нравится тон, при котором вы постоянно оставляете нежелаемое недопонятым.

— Ладно, чёрт с тобой. Для тебя не существует, видимо, ничего более важного, чем твоя программа. Но не надейся, что тебе будут улыбаться в Москве после этого.

— Это ты зря, Борис. Москва мне будет улыбаться и не надо мне тут обидчивых угроз! Это я повышаю уровень Москвы и России в целом на мировом уровне, а не Москва мой. И благодаря мне вы имеете возможность претендовать на приоритеты в программе «Полярной Навигации», а не благодаря комитету по международным отношениям, который исключительно из своих политических интересов подставил меня перед американской стороной, которая вложила в проект не меньше денег, чем вы.