Алексей Ар – Сезон охоты (страница 32)

А ведь этого могло и не случиться: если бы тогда Айзексон, по маяку, не отыскал полуразвалившийся катер в сорок седьмом секторе, у черного провала Эрбы, а доктора, в том числе Симона Альрес, не оказались истыми профессионалами. Но это случилось — укрепилось в памяти от и до, включая последнее задание по коду «Альфа- Кей». Он самолично уничтожил племя офарийцев — диких кочевников-скотоводов. Туземцы неизвестно где раздобыли партию лимов — нашли в степи, купили у контрабандистов — неизвестно. Но, как и пресловутой обезьяне им захотелось нажать на кнопку. И они нажали, перестреляв к чертям соседей и мирную группу этнографов. Федерация, согласно установленной процедуре, выслала к ним аж семерых контактеров — дипломатов безопасности. Они прикончили и контактеров…

Тот, кто не видел, как охотничий катер на бреющем вспарывал молниями аннигиляторов иссушенную солнцем степь, тот не представлял обрушившийся на офарийцев ад.

Николай помнил хлопья пепла.

— Фолк, вдарь со мной по одной.

— Некуда. — Бармен коснулся манипулятором живота. Лицо его исказила гримаса непонятных эмоций…

— Тогда плесни мне на два пальца.

Опрокинув стопку — в довесок к вновь заказанному пиву, Николай обернулся лицом к залу. Что нового? Те же завсегдатаи — персонал Управления. Из Охотников только Владис — вольготно расположился за столиком и на спор пьет с верзилой десантником. Из-за субтильной комплекции Владиса многие вызывали на подобные дуэли. Им не верилось, что он способен выпить десяток литров неразбавленной синтэллы, надавать по шее плохим парням, а затем пройти полигон «Лезвие», на секунду опередив расчетный график. Кстати, Николаю так и не удалось побить этот рекорд, за что Атрат его «мягко» пожурил…

«Стоило помянуть». — Он уткнул нос в пивную кружку.

— Фолк, кофе. — Хольгон уставился на подопечного. — С трудом отыскал тебя.

— А чего меня искать? Я типа на посту, — кивнул Николай. Он влип. По-крупному. — Какие новости?

— Сначала плохие или хорошие?

— Плохие.

— Я достал копию доклада аналитиков по трем атаковавшим тебя кораблям. Спустя полгода они добились определенных результатов. — Заметив напряжение собеседника, Атрат пояснил: — Они определились, что кораблей в базе нет. Были проверены все сектора, вплоть до пограничных. Дело приостановлено.

— На кой нам нужен отдел, который ни черта не знает?

— В галактике сотни неучтенных планет. Смекай…

Николай задумчиво повертел в руках кружку; все эти месяцы странность нападения не давала ему покоя. Он подозревал, что ниточка тянулась с Земли, — его в очередной раз попытались ликвидировать. Усилили натиск, сыграли по-крупному, чем поставили в тупик хваленный ЦУКОБ. Ради чего нападать столь слепо? Они не могли не знать, что цель научилась огрызаться, коли отслеживали его перемещения.

— Ты доволен? — Атрат недоуменно изучал мимику Охотника.

— Вполне. — Николай не лгал. Его личный статус, как бойца, изменился, он мог вернуть подачу. Лишь бы найти зацепку…

— Ты не появлялся на полигоне два месяца.

— Времени в обрез. — Николай отвел взгляд от черепа хольгона, бликовавшего в свете ламп. — Вам ли не знать.

— Так, да?! — Куратор побагровел. — А на баб у тебя время находится? Клянусь рогами Адаба, ты переплюнул всех Охотников по части романов. Знаешь, как тебя называют в Управлении? «Бегунок», ахрат тебе в пятку. А знаешь почему? Потому что кличку «Ловдок» я запретил в приказном порядке.

— Зря, звучит пафосно, — пожал плечами Николай.

— Секс тебя не спасет, парень, — вдруг спокойно сказал Атрат. — Ты не забудешь вкуса грязи. Этот барьер надо просто перешагнуть… — Куратор осекся, признавая бесполезность слов. — Жду тебя на полигоне.

— Ждите, — согласился Николай. — Охотничий устав, параграф три, пункт два-семь: «По истечении семи месяцев службы Охотник имеет право подать прошение на увольнительную до 4 суток включительно». Пункт два-семь-один: «По выполнению миссии с кодом «Альфа-Кей» увольнительная предоставляется Охотнику в обязательном порядке, если реестр оперативных заданий не содержит миссий с кодом либо Альфа, либо единица». Я проверил, в реестре таких заданий нет… — Николай перевел дыхание, глотнул пива. — Я отправляюсь на родину, к сентиментальным ромашкам.

— Кранство, — на большее Атрата не хватило.

***

Резкий сигнал даль-связи вынудил Николая торопливо покинуть койку с тем, чтобы слепо шагнуть к двери и удариться коленкой о письменный столик. Прыгая на одной ноге, он разразился серией проклятий. Жилой отсек катера несправедливо мал; конструкторы Управления каждый лишний сантиметр отдавали электронике и системам вооружения, в результате чего Охотник ютился едва ли не в клетке.

— «Грант», активировать. Свет.

Жмурясь от ярких огней плафонов, Николай отыскал взглядом настенные часы. Пять утра.

Новый пронзительный сигнал заставил поморщиться и отправиться на мостик. Колено тихо ныло, преумножая дурные предчувствия.

Мельком оценив работу дежурной автоматики, он расслабленно устроился в кресле пилота. Щелкнул парой тумблеров, задействовал передатчик и замер над сенсором активации информ-канала. Легкие опасения грозили перерасти в чувство прямой угрозы. Аварийный вызов Управления в момент, когда он поверил, что отдых реален, мгновенно разрушил хрупкую надежду. Где-то в глубине души он знал, что с хайвея вечной схватки нельзя просто сойти на обочину. День, час, миг — фортуна скупа на подарки.

Сенсор ритмично мигал красным бликом. Притягивал взгляд…

Николай решился. В фиолетовой глубине монитора высыпали матовые строчки новой директивы. «Сотый сектор, Земля, Севия, Мег. Заложники в Эрнском университете…», — Он обреченно откинулся на спинку ложемента. Крепко зажмурился. Университет как проклятие, спустя четыре года все также портит жизнь. Но хуже иное — круг замкнулся, и он вернулся к истокам. Не хотел, но точно карабин, нанизанный на проволоку, мог двигаться только по пути, строго заданному судьбой. Он вздрогнул от представленной картины. Но нет, фатум не для него — он свободен и подготовлен к любым перипетиям. Лишь одно хорошо — не придется видеть знакомые юные лица за давностью лет. Они выпустились из университета и разлетелись осколками памяти по галактике. Он не готов ворошить прошлое… Но из невидимых глубин сознания ударила волна понимания — ему не дадут забыть. Николай открыл глаза и дочитал пакет данных.

Императив «Чайка». — Охотник досадливым жестом обесточил передатчик. Беда не приходит одна; ему вменяли императив, который недолюбливали все оперативники. Работа в белых перчатках, девиз которой «Береги все, кроме собственной жизни».

— Кто ж меня так не любит… — Николай проверил контроллеры кибер-штурмана. До Земли, в охотничьем режиме, лететь еще полтора часа — достаточно, чтобы просчитать вероятное развитие событий. Захват Эрнского университета — слишком банально для совпадения. Враг вознамерился вернуться на поле и при этом использовал закрытую информацию о перемещениях Охотника, просчитав его путь домой. Управление допустило утечку… «Данные не подтверждены», — возразил бы Элайзер. Николай надеялся, что Гранатов, как главный системный безопасник, внесет ясность в сонм вопросов, рожденных атакой на светоч науки и юных дарований.

— Два часа. — Он приготовился к тоскливому бдению в рубке.

Но вопреки прогнозам, минуты рванулись неудержимым экспрессом — он опомниться не успел, как уже любовался на орбитальное кольцо планеты. Солнечная корона располосовала обшивку спутников тенями, украсила грани надстроек эффектной белой каймой, заставила искрами сверкать рой кораблей, круживших поблизости от доков.

Николай переключил внимание на беловато-голубую твердь планеты. Родное, достойное памяти место, с другой стороны, он не видел в Земле ничего знакомого.

— «Грант» вызывает диспетчерская Тирского космопорта. У нас перегружены доки…

— На связи УКОБ. — Экран в полной мере продемонстрировал всю мощь облика Гранатова. — Диспетчерская, уйдите с линии.

Перехват связи порадовал: Николаю претили долгие объяснения с гражданским портом.

— Ориентируйся по маяку, — кивнул УКОБовец. — Посадочный сектор «Альфа», синий трекинг твой. До встречи.

«Насторожен и утомлен», — оценил физиогномику собеседника Николай и уверенно взялся за штурвал. Быстрый маневр обхода спутников направил катер в атмосферу — прозрачную воздушную лагуну, сквозь которую отчетливо виднелись бесконечно далекие детали земной поверхности. Радужные красоты Мега — океан зелени и рифы зданий. Николай отыскал район Тирс и синие блики посадочных огней на поле, отданном во власть Управления.

Толчок контакта со стапелями, стабилизация давления… Неосознанно оправив форму, Николай достиг бортового шлюза, выдвинул из люка аппарель и спустился на горячую бетонку. Замер, внимая звукам и ароматам — мирным, насыщенным будничным ритмом. Легкий ветерок витал над гравитолетами техперсонала, устремившихся к охотничьему катеру. Среди них затерялась и машина главы системной безопасности.

Молниеносно выпрыгнув из дверцы, еще до полной остановки транспорта, Гранатов решительно направился к Охотнику. Тень не поспевала за ним, плетясь где-то сзади.

— Рад. — УКОБовец рассчитывал на рукопожатие. Он обозначил неформальную линию общения, хотя рангом превосходил Охотника. Быть по сему.