Алексей Ар – Сезон охоты (страница 22)

Он никогда раньше не видел, чтобы глаза у человека могли вдруг так засиять теплотой и надеждой. Когда позднее вечером он увидел Вирру и Чека на скамье под деревом, это показалось до боли правильным. Они просто держались за руки и молчали — любопытная парочка.

***

Четырехмесячная теоретическая подготовка принесла ощутимые результаты. Группу курсантов допустили на летное поле — к десантному катеру класса «Баркль». Судя по непроницаемым лицам инструкторов-пилотов, обучаемым предстояла нелегкая миссия. Николай обратился в слух.

— Корабли указанного класса эквивалентны истребителям военно-галактического флота и состоят на вооружении патруля порядка семнадцати лет. К примеру, средний крейсер УКОБа, типа «Медок», несет в ангарах до одиннадцати подобных машин. Как десантники, вы обязаны в совершенстве изучить их управление. — Лектор патриотично выпятил грудь. — Все вы успешно сдали теорию и налетали свыше девяносто часов на симуляторе. Пора вам попробовать себя в настоящем деле. Раз Федерация имела глупость довериться вам. По машинам!

Николай устремился вслед за инструктором. Единственное, что немного беспокоило — отсутствие на поле Ван Урта, О’Донован и еще десятка ребят с курса «7-15». В наряд их не ставили… Тогда куда?

За низким люком тускло светился короткий тамбур… Николай еле вписался в поворот, что отделял от рубки. Бросок в кресло дубль пилота, пристегивание ремней, беглый взгляд на индикаторы состояний — минутное дело. Зеленый статус по всем параметрам.

— Проверка окончена! — рявкнул он.

— Не ори, идиот. — Пилот мастерски работал с пультом. — Люки задраены, опора свободна… Ну, курсант, сейчас мы увидим, что ты ел на завтрак.

Полукольцо экрана перед экипажем создавало иллюзию окна в облачно-блеклое небо. Николая придавило к креслу. Утробный грохот, что достиг ушей, стремительно видоизменил пространство. Рваные клочья тумана скользнули вдоль панорамы обзора, прозрачная дымка на миг затмила выцветшую синеву… Космос распустился перед Николаем черным бутоном. Искры звезд и спутников замерцали привычным полотном.

— Шевели извилинами, курсант! — Инструктор рванул штурвал вправо, смазав вселенскую картинку. — Если они у тебя, конечно, есть.

— Пять секунд. Идем на планетарных в боевом режиме, — вспомнил симулятор Николай. — Орбитальный…

— Хватит нудятины. Тактический экран проверил?

— В радиусе одной астроединицы чисто. — Николай активировал информ-канал; время узнать, что за миссию подсунули военные чины. «Эвакуационная программа. Хребет Такапак, координаты… Пять боевых единиц». -Уровень опасности до самых орешков.

Удивленно моргнув, инструктор прикинул, чем ему обернется психическое расстройство напарника. Хотя, Рос, если не считать инцидента, когда он сдуру посбивал дивизион условных «своих», — курсант хоть куда.

— Принимай управление. Отныне я — тень.

Николай передернул плечами. Проникся энергией катера, массой… На малейшее действие корабль откликался с проворством гепарда. Николай сверился с данными курсографа. Они практически у цели… На обзорном экране возникли горные пики, чья белизна нестерпимо сверкала под ясным морозным небом. Коррекция курса, проверка тактического экрана… Опустив поляризатор шлема, Николай сориентировался в потоке информации. Радостное явление — внизу черными точками, разбросанными по снегу и камням, наблюдались пять фигур.

Ревя двигателями, катер ястребом пал к скалам; перейдя на антигравитационные движки, уперся в гранитные плиты лапами стабилизаторов… Вихри снега опали колючим облаком.

— Тьфу, ублюдок! — О’Донован вытерла лицо. Саданула ногой по люку транспортного модуля. — Открывай. Здесь холодно!

— На выход! — гаркнул инструктор. — Принимай группу.

Металлическая плита, согласно команде, уступила место ослепительному дневному свету. Под напором ледяного ветра Николай зябко ухнул: погодка лучше и придумать нельзя. Он снял лим с предохранителя и оценил неприкосновенность периметра…

Никого и ничего.

— Хватит играться. — Рина оттолкнула его. Близкий взрыв бросил ее на друга…

Они могли падать долго, не встреться им на пути линия терморегулятора. Точнее линию встретил затылок Николая.

— Какого хрена?! — Он в ярости перекрыл криком грохот артобстрела.

— Реализм… — О’Донован ползком достигла кромки люка. — Хобик, Смит, задницу хотите отморозить?! Ник, прикрытие…

Звуковые вибрации подрубили пласт снега; наращивая скорость, лавина устремилась вниз — к десантникам.

Глава 8

— Какое прикрытие?! — Рос тщетно осматривал седые утесы. — Что с Ван Уртом?

— Имитирует раненного.

— Свихнулся что ли…

— Ему влепили капсулой паралитика, — объяснила Ринна.

Белый танец смерти ураганом слизнул несколько каменных россыпей; лавина ширилась…

Постанывая от натуги, Вирра тянула Чека к транспорту- иногда увязала по грудь, но тянула. Взрыв накрыл ее туманной пеленой.

— Куда?! — Николай уклонился от рывка Смита. — Назад!

— Что за шум? — Хобик неуверенно улыбнулся.

— Заткнись… — Ринна броском достигла Вирры.

Звон, проклятые тени… и ничего не видать. Подавив страстное желание дать веерную очередь, Николай рванулся к источнику света, коим выступал люк.

— Шумит, — упорствовал Хобик.

Лавина нескончаемой стеной нависла над крохотной долиной, где кипела работа.

— За… — О’Донован соблаговолила оглянуться. — Галопом!

— Чек…

— Хобик, к раненному!

— Лавина!

Тело Ван Урта практически раздавило Вирру. Счет пошел на секунды… Ворвавшись в рубку, Николай упал в кресло, подготовил старт и взглянул на хмурого инструктора:

— За каким вы тут сидите?!

— Дублирую тебя! — сорвался пилот.

Рывок, глоток снега; Ринна тянулась к опорной стойке… Оледеневшие пальцы сомкнулись на металле. Теперь Хобик и Вирра смогут по сцепке выбраться из провала. «Как по асфальту». — Она застонала, спиной чувствуя каблуки сапог.

Время истекло.

— Старт! — О’Донован врезала кулаком по кнопке закрытия люка. Ее тут же отшвырнуло к ряду десантных ячеек.

Пробив снежную дымку лавинного козырька, катер в ореоле энерговыхлопа унесся в зенит.

— Чуть не обделалась. — Ринна потрогала шишку на голове. И коротко саданула в челюсть Смита. Мужчина взревел, атаковал и наткнулся на инструктора…

— Считайте, вы отчислены, курсант. — Пилот кивнул. — Оценка удовлетворительно.

— А если бы долбануло? — сгорбился Хобик.

— Наблюдатели подготовили аннигиляционный барьер. Мне думается у них уже руки чесались на кнопке, — ответил инструктор. — Вы едва не облажались.

— А… — Вирра покраснела. — С Чеком… С ним порядок?

— К вечерней поверке очнется.

…Черный бархат неба приютил в глубине невероятное количество звезд — искристые россыпи, вкупе с бледно-желтым диском планетарного спутника делали ландшафты Зарка менее унылыми. Хотя курсанты так и не смогли оценить ночную красоту планеты — естественное освещение мира безжалостно подавлялось искусственным; рефлекторы, установленные по периметру плаца, заливали территорию базы мертвенно-белым светом.

Николай устало щурился. После сметенного в темпе конвейера неопределенного ужина яркий свет действовал на нервы. Как и остальным троим попутчикам. Хмуро рассматривая синяки на руках, О’Донован шагала впереди и одним видом спины заставляла друзей поторопиться. Николай прибавил ходу.

Через несколько метров он нырнул в спасительную тень. Пост наряда, коридор, дверь секции — они промелькнули перед взглядом слабой тенью. В казарме стоял ровный гул от разговоров сокурсников, которым дневные учения оставили немного сил…

— О-о. — Чек склонился над койкой; его вниманием полностью завладел продолговатый округлый сверток. Многочисленные штампы указывали на то, что посылка проделала немалый путь. — Они ее доставили.

Под шелест оберточной бумаги в свете ночника блеснул золотистый корпус музыкального инструмента.

— Что это? — Николай лег, облегченно вытянул ноги.

— Гитара. — Ван Урт, судя по виду, готовился умереть. Принял какую-то неестественную позу и явно вознамерился играть. Лицо мужчины стало мягким, точно не он час назад страдал головной болью от парализующего удара. Везунчик.

Стремительно родилась мелодия. Переливаясь горным ручьем, сплела паутину тонких и одновременно глубоких звуков. Хрустальные узоры и океанские волны; быстрые руки Чека порождали миллион оттенков… Николай улыбнулся. Музыка способствовала расслаблению. Давно, очень давно он хотел услышать нечто подобное…

Очарованные мелодией курсанты пребывали в трансе. Рос перевернулся на бок — лицом к Чеку. Друг, увлеченный гармонией, сиял начищенной бляхой — на пару с гитарой. Николая кольнула зависть. Плевать, он будет наслаждаться моментом.