Алексей Ар – Дети Импульса (страница 51)

Все как-то вдруг сорвались с места. Поспевают ли солдаты — Т’хар не обратил внимания. В отчаянной потребности успеть, обогнул ряд шатров и…Справа, чередой покалываний явились знакомые переливы спектров. Чет, Лаони и Ка; выбрав чудом уцелевший холмик, прикрытый спелыми травами, разложились на пикничок. В паре метров от них у неглубокой лощинки зачем-то бродил Ор… Внезапно скупо улыбнувшись наблюдавшей Ка, быстро наклонился, подобрал искру блеска и… Начал медленно поворачивать голову на звук бряцавшей экипировки.

Опрокидывая бокалы с рубиновым напитком, вскочил Чет. Раскрыл рот в намерении окликнуть Правителя… Указующая отмашка Буревестника пресекла намерение.

— Оставайся здесь, Ка! — Чет вихрем покинул холм. Непонятным образом умудрился догнать бегущего Ора.

Разрываясь между желанием остаться с Ка и последовать за Курьером, Лаони стиснула посох. Как поступить?

Меж шатровых куполов промелькнула цветастая мантия — без магической защиты димпы не останутся. Т’хар призвал Яртарн; почувствовал у бока горячую пульсацию клинка и прибавил ходу.

Канул в размен последний десяток метров.

Раскинутые в стороны руки Повелителя заставили солдат остановиться. Сверкнули в дневном свете мечи, извлеченные из перевязей; охватывая пристанище Мика полукольцом, сталь угрожающе нацелилась на источник неприятностей. Т’хар посторонился, уступая место рвению Чета. Сухо щелкнул вакуумный излучатель Ора. Полная боеготовность.

Руки мага оплела тонкая змейка синеватых огоньков. В третьей позиции Свода Латиэлла напоминала эльфийскую ведьму.

Режущий тягучий звук, донесшийся из шатра, прервал оценку Буревестника. В руках димпа полыхнул Праведный Клинок. Т’хар прислушался. В сотрясавшей палатку какофонии не прослеживалось никакого ритма. Какого Эфга?! Правитель сдвинулся с места… Демонический голос, басовито прорычавший непонятную фразу, заставил поторопиться.

Тварь жаждала крови.

— Великий… — Гаар постарался не допустить главнокомандующего к эпицентру опасности. Ор вскинул «Малютку» к плечу, повел прицелом по палаточной ткани…

Что я делаю? — успел спросить себя Т’хар, прежде чем рассечь наглухо закрытый полог и сунуться в образовавшуюся щель. Готовился к худшему…

Челюсть главы семейства уверенно поползла вниз. За сундуком, друг против друга, восседали Настройщик и Опустошитель. В их левых руках хрустально поблескивали рюмки, правые отбивали сложный ритм. Сами маниакально кивали головами под безумие, издаваемое устройством, висевшим на оружейной стойке. В довершение психоза вокруг мутноватой банки, установленной по центру сундука, бодро маршировал Ласковый.

«Е…» — Т’хар уставился на замолкший прибор. Разразившаяся тишина скорее удивила, нежели успокоила. С некоторым опозданием вдруг понял: опустошившие рюмки димпы пристально смотрят на гостя.

— Ничего так концовочка, да? — Николай аккуратно икнул.

— Усе… — Михаил успокоительно показал Буревестнику ладонь: все под контролем. За сим жестом едва не рухнул набок.

Т’хар отступил, вернувшись под открытое небо. Слепо взирая на закрывшийся проход, не опуская меча, отступил еще на шаг.

— Что? — Чет попробовал заглянуть ему в лицо.

— А… — Правитель замер.

— Что «а»?! — с досадой спросил Курьер. — Какого хрена, что там?!!

Он приготовился встряхнуть Повелителя фо-ригийских земель — избавить от необъяснимого ступора. Но не усел — в разрез полога высунулась человеческая рука. Чет пулей отлетел назад, остальные попятились. Над головами разлился магический треск…

Рука, неопределенно пошарив в воздухе, ускользнула внутрь. Прошла секунда… Скользнув пальцем по гашетке, Ор не сразу признал Мика в появившемся на пороге создании. Когда же в наклоненном под замысловатым углом силуэте промелькнули знакомые черты, он аккуратно отстранил палец от активатора. И удивленно приподнял брови.

— Как чудно, что все… все мы… — Михаил постарался сфокусироваться. — …здесь… бах…

Он оглядел сверкавшие лезвия; сияние, вздыбившиеся над коленопреклоненным магом; лица солдат, крайне напоминавшие лозунг: «Сейчас Как Нахрен Ударю». С третьей попытки сконцентрировался на Т’харе:

— Задание выполнено. Он наш.

Прежде чем кто-нибудь успел ответить, доблестно рухнул наземь.

В абсолютном молчании начал подозрительно загибаться Четрн.

Глава 19

Она дома… Нет, нет и нет.

Одна из многих димповских проблем — Эдэя поморщилась. Творения Импульса, лишенные спектральной привязки к определенному миру, словно губки впитывали спектр каждой точки Средоточия, в которой оказывались. Начинали видеть в ней дом, единственно возможное убежище…

Притершись спиной к мягко пружинившему сиденью флайта, Кормчая отрешенно уставилась на пульт управления. Огоньки сенсоров, зеркальный блеск креплений… Технократический рай Мега незаметно пророс в каждой клеточке души и теперь, стоило вернуться, отголоски привычного спектра всплыли на поверхность сознания. Все привычно: уютный дизайн кабины, выпуклость стекла, за которым транспортными массивами проплывал район Тирса. Потоки грузовых платформ, озаренные сигнальными вспышками; служебные магистрали с деловитым течением машин, стремительные курьерские капсулы — многоуровневая сеть над парковыми аллеями, белесыми лентами пневмо-линий и зданиями транспортных контор. Своеобразная красота, подчеркнутая высоким ясным небом.

Снежной чертой небесную синь рассек стартовавший челнок. Через секунду флайта достиг приглушенный хлопок. Рейсовый отбыл… Эдэя вздрогнула и стремительно огляделась, ожидая увидеть черноту — клочья демонического мрака средь городских пейзажей. На мгновение показалось, что из-за мелькания синих капсул на транспорт пикирует тварь, но нет — ремонтный бот спешил к аварийным проблесковым маячкам уровнем ниже.

Тело пробрала холодная дрожь. Совладав с нервами, женщина постаралась успокоиться, что не так-то просто. Десять часов назад стояла в окружении армады Хоора — сполна хлебала реальность, свихнувшуюся на боли и трупах, а теперь Мег… Прибыв за искомым вооружением, Кормчая и не подозревала, что борьбу придется начать с себя.

Противоречивые чувства сполна отразилась на лице женщины. Гранатов, форменным монументом присутствовавший в соседнем кресле, окинул спутницу отечески тревожным взглядом.

Они молчали, хотя молчать не полагалось. Сверкающими куполами впереди возник Тирский космопорт — эпицентр летной суеты. Обилие сигнальных и разметочных маяков вокруг тревожило нетренированный глаз. Но УКОБовец, как лицо должностное, обличенное властью, обращал на цветовой калейдоскоп ровно столько внимания, сколько требовал процесс управления болидом. Единственное, что портило образ хранителя всея безопасности, — беспокойство за спутницу. Она ворвалась к нему в кабинет и едва успела поздороваться, с порога огорошив нешуточной просьбой. Будничное переплетение системной информации чуть притупило восприятие кабинетной действительности. Но когда слова бывшего СВОКа достигли сознания, челюсть позорно отвисла.

Эдэя не оставила драконовских привычек. Уйдя с поста специалиста по вооруженным конфликтам, что само по себе прискорбно, по-прежнему не любила прелюдии. Излагала лаконично и… устало, пожалуй.

Гранатов вздохнул, вспомнил, сколько сил потратил на уговоры перед подачей рапорта. Она выбрала иной путь, известный лишь ей … Путь нелегкий, судя по изможденному виду. Но держалась молодцом. Мар испытал прилив родственной гордости. По настоятельной просьбе она ознакомила его с общим положением дел. И после нескольких часов напряженных раздумий, споров и эмоциональных переговоров со службой обеспечения, он добился удовлетворения просьбы майора. Его вера не поколебалась ни на миг. Да потребуй она в десять раз больше, он бы лег костьми, но помог, чтобы немного облегчить тяжкий груз на ее плечах.

— Как Танюшка? — внезапно нарушила молчание Эдэя.

— Отлично, — торопливо ответил Мар. — Скучает, ждет… Не волнуйся, у нее масса новых друзей.

— А учеба?

Гранатов чуть расслабился, улыбнувшись краешком губ. Жесткое лицо подобрело, теряя воинскую каменность:

— Каждый вечер выслушиваю подробнейшую историю о знаках «отлично» в учебной карте. Представляешь?

— Да. — Эдэя отвернулась к потокам флаинг-капсул, проплывавшим мимо.

— Извини. — Мар смутился. — Не считай себя плохой матерью. У тебя не было выбора…

— Выбор был, — усмехнулась Кормчая. — У меня всегда есть выбор… Порой, только у меня.

— Ее первый вопрос всегда о тебе, — тихо сказал УКОБовец, вновь сосредоточившись на управлении. — Зря казнишься, ты успела вырастить Татьяну и привить ей нешуточное чувство ответственности. К тому же, в отличие от меня, ознакомила с полной картиной происходящего. Она всецело на твоей стороне. И не только, как дочь.

— Все еще обижаетесь? — Слова Мара подействовали успокаивающе. Во вселенском хетче есть что-то положительное.

— Не теряю надежды услышать всю историю, — усмехнулся Гранатов. — А пока соберись.

По курсу флайта, вслед за ускользнувшими назад служебными комплексами, распростерлось летное поле, размеченное в типичной УКОБовской манере — черное и белое. «Нику бы понравилось…» — Эдэя поежилась. А нравилось ли ему это когда-нибудь? Михаил должен, обязан справиться, иначе смысла нет…

На приборном щитке замигал сигнал вызова. Автоматика перенаправила запрос на монитор, что темной плоскостью развернулся перед Маром и, после секундного мерцания, выдал стандартный запрос о цели нахождения в запретной зоне.