Алексей Ар – Дети Импульса (страница 45)

Правитель встряхнулся: к нему спешили адъюнкты и связные. Вскоре подтянутся и старшие командные чины.

— Мне пора. — Дзейра улыбнулась Настройщику.

— Удачи.

На большее Михаила не хватило. Тело с неторопливостью обреченного наполнялось болью. Любопытно, если подойти к сладкой парочке Чета и Лао, станет легче или нет? Подмигнув Трейчу, димп направился к избранному адресату. Под сапогами захрустело.

В круге черноты, безвольно свесив голову, сидела Эдэя. Она точно надломилась, созерцая пустоту и собственные колени. Ветер чуть шевелил пряди волос, затуманивал вуалью пепла… Чуть позже Михаил испросит объяснений, а пока его влекло единственное белое пятно на сотни метров вокруг. Там затишье.

Угроза не исчезла, лишь припрятала когти. И необходимо с умом использовать каждую минуту недолговечного покоя.

Глава 17

Явление звездных россыпей на очистившемся небе — свершение достойное тоста. Миллиарды искр в глубокой вышине дарили ощущение простора, которого так не хватало на поле брани. Запахи смерти превратили северные поля в темницу, наполненную дымами и останками. Но грядущая ночь раздвинула барьеры, позволив Груэллу на несколько часов укрыться под маской привычной свободы.

Звезды мерцали — далекие, холодные… «А мне насрать». — Погладив солия, примостившегося на коленях, Михаил опустил голову. С категоричностью поторопился: определенные эмоции присутствовали, он находился в единственном угодном месте — среди друзей, у костра, разбрасывавшего алые отсветы. Семнадцать мужчин и женщин, некогда входивших в тридцатку Дзейры. Они молчали, созерцая игру пламени — танец угольков под треск поленьев. В дух шагах левее смутно белел шатер, предоставленный лорду, но Михаил предпочел встретить темноту под открытым небом, плечом к плечу с Дзейрой, которая безапелляционно расположила своих людей близ прибежища димпа.

Не умолкавшим перестуком тревожили ночь строительные тридцатки. Под стать витало в воздухе назойливое жужжание та-годов, чьи огромные силуэты время от времени заслоняли звезды. Не менее настойчиво звенела амуниция передвигавшихся солдат — связных, снабженцев, искателей одиночества. Лошадиным ржанием и глухим стуком копыт отметилась кавалерия.

Противостояние жило в бесконечной веренице костров, золоте палаточных куполов и факельных ореолах. Говор, резкие команды, оклики звучали нескончаемым прибоем.

— Все так же смотришь вверх? — дружелюбно хмыкнула Линээ, смутным ликом проглядывавшая у плеча скособоченного Лоуолиса. Обратившись к бывшему ктану, нарушила затянувшееся молчание.

— Приходится. Внизу красотки. — Михаил помассировал нывшие мышцы плеч.

— Ляпнул, да?

Дзейра зарделась, чем вызвала дружные смешки. Общим улучшением настроения воспользовался Трейч. Ненавязчиво придвинул к огню вместительный бочонок и поинтересовался у земли:

— Может по одной?

Ласковый необъяснимо оживился.

— Солдат…, - укоризненно затянула Дзейра.

— Я че, зря спер этот хетч у тридцать четвертых? — грозно приподнялся птице-лев. — Они, между прочим, мне угрожали…

— Тебе попробуй, — тихо фыркнул Шарет. Погладив перебинтованный бок, выдвинул на свет кружку. — Накапай мне. Только немного.

Последовать примеру друга Михаилу не довелось. У границы неровного круга освещения возникли Чет и Лаони. Курьер шумно повел носом; запах из бочонка, минимум, насторожил.

— Не пыхти, — грозно осадила спутника Лао. — Мик, надеюсь, ты не забыл о Т’харе?

— Забыл.

— Я тоже. Только что. — Четрн с удовольствием закурил и к собственному разочарованию не удостоился ответной реакции.

— Попридержу для тебя. — Трейч важно упокоил лапу на бочке. Клацнули выдвинутые когти.

— Я отвлекаю, ты изымаешь, — подтолкнула Линээ Лоуолиса. Эльф невозмутимо кивнул и украдкой поморщился.

— Поспешим. — Лаони требовательно посмотрела на родню.

Михаил ссадил Ласкового на обломок бревна, где зверек растянулся самодовольным мехом, и встал. Назначенный на одиннадцать общий сбор вменял в обязанность наплевать на поздний ужин и поспешить к иллюминации командного шатра.

— Двинули. — Четрн с жалостью оглянулся на теплый кружок солдат у багрянца костра. Из котла, установленного на рогатинах, аппетитно пахло пряностями.

Уходить не хотелось.

Михаил решительно двинулся в ночной сумрак, следом деловито пристроились родственники. Долгие прощания ни к чему — сбегал, выяснил, вернулся. До цели сотня метров, по курсу уже видны силуэты часовых.

Караульные отсалютовали, признавая запоздалых визитеров. Отогнав видение долгожданного отдыха, Настройщик решительно откинул полог шатра. Ступил внутрь. И ступил еще разок под напором Чета.

— Снаружи прохладно, — пожал плечами Курьер.

— Осади копыта, — буркнул Михаил и вновь сконцентрировался на т’харовской обители. Они несколько припозднились; за обширным столом, на котором причудливо смешались пустые судки, столовые приборы и тактические схемы, присутствовал полный набор родственников. Восемь пар пристальных взглядов.

— Драсте, — скромно потупился Чет.

Послышался добродушный смешок. Встреча состоялась.

— Начнем, — объявил Т’хар, когда все расселись. Семейство выглядело измотанным — едва отойдя от горячности боя, димпы проявляли редкую скудность эмоций. Лишь проблески положительного за напряженными лицами. У Ора и Азейры проблески отсутствовали. Да, пожалуй, еще у Эдэи, скованно вертевшей в ладонях кружку с ароматным кофе, который она самозабвенно изучала. Единственным образчиком удовлетворенности выступал Чет, чья разбитая физиономия, чуть подправленная магией Белых одежд, воспевала идеи безбашенного авантюризма.

Спуур, сидевший напротив Курьера, рассмотрел гематомную роспись во всех ракурсах, скорбно вздохнул и одним глотком осушил кубок с вином. Бедняга не мог расслабиться; не помогла и сигара, чей дымок легким муаром потянулся к потолку.

Кто во что, как говорится. Михаил, после секундного раздумья, предпочел «Лору Долл». Расположившийся рядом Дэм, скрипнув стулом, молча протянул ему помятую флягу. Оптимальное подспорье, что принято безоговорочно.

Отодвинув посуду и картографические наброски, коими до прихода димпов забавлялась штабная клика, Настройщик укоренил на столешнице локти и вопросительно уставился на Повелителя. В желудке теплым облаком воцарилось годокское. Дэм, считай, благословлен. И проклят Четом, до которого фляга не добралась.

Т’хар дрогнул:

— Необходимо кое-что обсудить…

— Нудятина бесит, — прервал Стразор. — Подавили первичную волну и готовимся ко второй. Точка. Расходимся.

— Кто бы сомневался, — буркнула Родора.

— Не все так просто, — сумрачно выдохнул Дэм. Его обычный настрой до сих пор не вернулся. Плохо. — Победой мы обязаны Лаони. Так?

Мистерия неопределенно повела плечами. И упустила момент передачи за ее спиной фляги с годокским. Чет ликовал.

— Мне повезло. Кто-то с толком потрудился над созданием пси-сетки.

— «Кто-то», — сделал лаконичный акцент Ор.

Вот — долгожданный намек на основное. Михаил подобрался: фактов достаточно, чтобы задать правильный вопрос. За тем и пришел… Его опередил Курьер, чья персона наиболее пострадала от неизвестного. Растеряв показное благодушие, он повернулся к Эдэе и жестко спросил:

— Кто он?

Молчание.

— По любому не Хоор, — развил мысль Чет. — Тогда кто?

— Эдэя, — окликнул дочь Т’хар. — Объясни.

— Ты и сам можешь, — в никуда сказала женщина. О кофе она забыла.

— Хватит. — Михаил нахмурился. — Он жаждал нашей крови. Защищать такого…

Эдэя распрямилась, преисполнившись ужасающей красоты. В фиолетовых глазах зажглось нешуточное пламя.

— Тпру, — на всякий случай пробормотал Чет.

— Да! — Кормчая не говорила, рубила слова. — Защищала… Он тот, кто спас б… Средоточие.

— Призрак, — хлопнул по столу Четрн. — Фантом из Врат, смекаете?

— Он тупо испортился? — Михаил откинулся на спинку. — Обратил Хаос и… и… Что?

— Ценой чего? — неожиданно спросила Азейра, вокруг которой колыхнулась серебристая дымка. Стразор отодвинулся, не желая играть в холодильную камеру.

Цена. Все имеет свою цену. Михаил неосознанно подхватил со стола вилку, покрутил меж пальцев — сила всегда недешева. И в кредит не выдают.

— Цена…, - повторила Эдэя мысль Настройщика. Стало заметно, как трудно ей удержаться от взрыва. Она побледнела. — Я провела Ника через тысячи противоречий, чтобы сформировать матрицу… Вам трудно представить…

— Не обобщай, — вступил Стразор и покосился на Т’хара. — Сходу могу припомнить пару дерьмовых моментов…

Эдэя не услышала: