Алексей Ар – Дети Импульса (страница 34)
Глава 13
Шатер действовал на нервы. Т’хар помассировал виски: природа творений Импульса время от времени давала сбой после трех суток бодрствования. Транквилизаторы и легкая магическая терапия Найалы уже не помогали.
Открыв глаза, Повелитель осмотрел матерчатые стены, чью желтоватую текстуру пронизывали лучи Близнецов, и досадливо поморщился. Вот оно — резавший нервы контраст — бодрящее яркое утро и солдатский аскетизм убранства. Вокруг лишь циновки, стул, пяток табуретов и гамак — маленькое послабление для командующего.
Буревестник оттолкнулся от столешницы, на которую присел минуту назад. Сумасшедшая гонка развертывания боевых порядков, что продолжалась всю ночь, почти завершена. Позади чадящее пламя факелов, ореолами разгонявшее ночь; отсветы костров на возводимых укреплениях, походной амуниции и солдатах. Крики, скрипы, лязг и скрежет.
Поправив сползавший на пол свиток карты, испещренной пометками, Т’хар встряхнулся. Горячо сверкнул на левом бедре Яртарн Праведный Клинок. Белая Мать самолично укрепила великий меч на перевязи мужа. Укрепила, скрывая слезы…
Широкий жест распахнул полог шатра. Чуть громче стали звуки, ярче — свет, обрисовавший на циновках выходной проем и тени копий стражи. Часовые торопливо отсалютовали…
Новый и, возможно, последний день.
Т’хар вдохнул полной грудью. Затем неторопливо, с немалой толикой удовольствия, оценил проделанную работу. Прелесть утра меркла за призраком войны.
Девственная чистота северных полей близ Алора почила в лентах дымов, грязно-белых палаточных куполах и укреплениях. Близ диспозиции Правителя теснились палатки адъюнктов — пятнадцати фо-ригийцев, коротавших время у костра в ожидании первых приказов. Чуть дальше виднелись первые ряды тридцаток… Угли костров под закопченными котлами, отходившие от короткого сна солдаты, чья униформа еще поблескивала росой, составленные пирамидами копья. Темным рисунком проступали окруженные частоколами помосты, с которых лучникам предполагалось вести прицельную стрельбу. В узких прорезях бойниц мелькали тени солдат. Дозор, ночная смена…
Т’хар прищурился: по правую руку строительные отряды завершали доводку укреплений. Десяток дгоров, одинаковых в зеленых куртках, яростно жестикулировали, управляя глыбой та-года. Птице-лев, сжимавший в когтях огромное бревно, парил рельефной грудой мышц.
— Ларн! — Т’хар развернулся к невнятному говору адъюнктов. Светловолосый худощавый мужчина лет тридцати подбежал к командующему и вытянулся по струнке. — Докладывай.
— Третьи, четвертые и пятые отрядные десятки закончили формирование боевых позиций. У второй проблемы с болотом… там низина… — Под изумрудными лезвиями командного взгляда Ларн вздрогнул. — Заканчивают, в усиление переброшены несколько строительных тридцаток. Первая и шестая десятки обживают укрепления. Седьмая и восьмая на флангах; седьмая, согласно приказу, ожидает соединения с пограничными гарнизонами.
— Долго им?
— По донесениям курьеров, часов двенадцать. — Мужчина нахмурился. — Почти загнали лошадей. Да и себя…
— Пусть ускорятся. У нас не…
Времени у Ладора не осталось.
Привычный шум противостояния утих, и на передний план вырвался чей-то заполошный крик. Т’хар крутанулся на пятках — настолько стремительно, что адъюнкт предпочел отскочить. Источником крика из-за шатров, подобрав мантию, бежал Брон — растрепанный, неловкий… За ним спешила магическая когорта, мужчины и женщины, от которых веяло силой и сомнениями.
Т’хар подался вперед… Брон споткнулся, запутался в травяных пучках и прокатился по земле. Тут же вскочил, перемазанный травяным месивом, охнул… Крик захлебнулся.
— …ут!! — Брон отчаянно жестикулировал.
— Что?! — Повелитель бросился навстречу. Под ложечкой неприятно засосало.
— Здесь… здесь… — Маг остановился, согнувшись пополам. — Хоор…
— Точнее!
— Засечка сработала, твари в Алоре, — вмешался подручный. — Наступают широким фронтом.
— Сколько?
Никто не ответил.
—
— Волна… Черная волна. — Брон неотрывно смотрел на Повелителя. На друга. На защиту. Тихие слова услышал каждый, а тем, кто не сумел, помогли заботливые соседи.
Искра тревожных вестей оббежала противостояние, зажигая лица сонмом эмоций: скудных у регулярных тридцаток и насыщенных у ополченцев, присланных окрестными городками. Народные дружины сдали назад; некоторые задумчиво присмотрелись к дорогам, уводящим в тыл.
Т’хар отметил брожение и споро набросал в уме мотивационную речь… Стремительный полет мысли прервал женский возглас:
— Нет!
Правитель торопливо отыскал среди воинского строя белый ореол мантии. Тяжело опираясь на посох, Мистерия хмуро всматривалась в горизонт. На внезапно осунувшемся лице чередой вспышек промелькнули неверие и надежда.
— Их же двое. — Она прикусила губу. Задрожал подбородок. — Двое…
Чет и Мик. Родные души…
Т’хар постарался ободряюще улыбнуться. Но вряд ли Лаони заметила. Он нехотя перевел взгляд чуть правее — на бывшую тридцатку Мика. Знал, какое зрелище увидит. Дзейра неуверенно покачивалась — боролась с худшим, но призрак несчастья подло ковырял волю… Плеча ктана успокоительно касалась маленькая ваарка, рядом исходил яростью бескрылый годок — все знакомо.
Буревестник вспомнил вчерашнее прибытие Эдэи. Схожие эмоции, схожий блеск глаз и маска печали. Кормчая предпочла действовать: единственный раз взглянула на главу Ладора и молча включилась в работу. Теперь она где-то ближе к левому флангу — восполняет брешь в магической защите. Оградилась глухой стеной… Но хватит чувств.
Последний миг тишины, подчеркнутый легким скрипом перевязей…
— Ларн, Симээ, Отай, Берл! — повернулся Т’хар к адъюнктам. — Приказ о готовности по фронту. Работы немедленно прекратить, мастеровым отступить! Резервам подтянуться к секторам, где не успели укрепиться! — Буревестник кашлянул: давненько не приходилось столь активно напрягать голосовые связки.
Четверо офицеров приступили к исполнению с присущей выучке ретивостью. Мгновенно растворились в закипавшем строю и уже через несколько секунд напомнили о себе громогласными и четкими распоряжениями, что по цепочке связных разлетелись затухавшими отголосками.
Тысячекратно усилились звон, топот, крики и лошадиное ржание. Солдаты спешно добирали из стоек оружие. Вспышка действия, сдобренная командами ктанов: черно-зеленые униформы мелькали с поразительной скоростью. Как в шахматной партии передвигались по строгой схеме и занимали стратегически важные клетки. В небо взмывали могучие силуэты годоков, используемых для рекогносцировки. Та-годы, оставив грузовые работы, массивными воздушными кораблями потянулись в тыл — золотисто-коричневые образы силы в безоблачной синеве. Т’хар не сомневался: настанет время, и они столь же основательно потянутся назад — в бой.
Правитель обратил взгляд на магов, чьи цветастые мантии разбавляли однотипный окрас рядовых частей. Ярким пятном выделялось облачение Лаони — расположившись близ родственника, Мистерия сосредоточенно изучала посох, над острием которого разгоралось белесое облачко искр. Под стать готовили заклинания и остальные: в третьей позиции Общего Свода Магии смотрелись близнецами, окруженными магическими эманациями.
Воздух ощутимо потрескивал, заставляя солдат с тревогой коситься на фокусников. Из-за спин т’харовской охраны вынырнул запыхавшийся Ларн:
— Противостояние… — Он с трудом набрал в легкие воздуха. — …развернуто. Резервы на означенных позициях.
— Пограничные гарнизоны?
— Ускорили движение. С марша в бой?
— Как лучшие из лучших, — после секундной паузы ответил Т’хар. С присущим властителю тактом сменил тему: — Что по связи?
— Проходит без запинки.
— Хорошо.
Буревестник замер, коснулся Яртарна. Над далекой линией Алорских чащоб в спектральном восприятии разрасталось черное сияние. Вечная зелень стремительно растворялась в антраците, разбавленном изумрудными бликами молний. Хвала Великим, картину не видели солдаты… Рядом зашевелилась охранная тридцатка. Сегодня в качестве оной выступали подопечные Дзейры — на то есть причины.
— Разошлись!! — Вопреки здравому смыслу вопль раздался из поднебесья. — Я… сука… планирую!!
Т’хар вздернул голову. Как и сотни фо-ригийцев, в том числе стрелки, вскинувшие луки.
Золотой кометой напротив солдатских рядов рухнул лорд Чет. Воткнувшись задом, непередаваемо замер с открытым ртом, цапнул себя за филей и честно признался:
— Поле — говно. Каменистое.
Невероятно, но солдатам полегчало: кое-кто смог усмехнуться, хотя лорд, залитый кровью, служил ярким напоминанием о кошмаре боя.
— Чет! — Лаони вскинулась. Не разбирая дороги, рванулась к Курьеру…
«Прям на крыльях», — успел подумать Т’хар, прежде чем на царственную макушку плюхнулась живая тяжесть. Правый глаз укрыло нечто косматое, отдававшее зеленью… Хвост? Буревестник молчаливо покосился вверх. Ошеломленный солий намертво вцепился в шевелюру Правителя и растерянно таращился на воинов.
— Удачно попал, — хмыкнул Чет, заключенный в белые объятия. Послышалось невнятное, но определенно ласковое бормотание. И следом крик: — Ты ранен?!
— Ага… Старик, слышь, хочу обсудить тему со шлемом…