Алексей Антипов – Достояние божественности (страница 2)
Родителей отца я практически не застал. Дед умер ещё до моего рождения. Бабушка, когда мне был годик. Единственное из рассказов родителей помню, что однажды, когда я был маленький, ко мне пришел дед. Он умер до моего рождения. Но он пришел. Родители жили тогда в доме родителей отца. А мать рассказывала, что дед перед смертью уж очень хотел увидеть внука. Первого внука. Но не случилась при жизни наша встреча.
И вот однажды ночью. Я лежал в кроватке и тихо спал. Мать рассказывала:
– Лежим мы с отцом вместе, ты в кроватке детской поодаль. Вдруг слышим половицы скрипят. И не просто абы как скрипят. Не мыши в полу. И понимаем, что это поступь отца (то есть деда моего). В этот момент ужасный холод напал на нас и мурашки просто маршировали по телу. Нас сковало. А поступь идёт по дому. С дальнего входа, через весь дом. "Скрип, скрип, скрип". И идёт по направлению к кроватке. Все ближе и ближе. Мы с отцом уже четко понимаем, что он идёт к маленькому тебе. Найдя в себе какие-то невероятные силы, мы начинаем то ли молится, то ли материться. Поступь подошла к кроватке. Потопталась и исчезла. Больше ее не никогда не было.
И такая история была в моей жизни.
Родителей матери я застал при жизни. Особенно дружественные отношения были с моей прабабушкой. Бабушкой мамы. Баба Нюра – Анна Васильевна. Была очень умной, мудрой и доброй женщиной. Всегда выручала чем могла, до самой смерти. Ее муж, мой прадед пропал без вести в годы ВОВ. Где-то под Берлином. Она рассказывала, что, когда в сорок четвертом прадед в очередной раз уходил воевать, он знал, что не вернётся. Прощался на всегда и с женой, и с дочерями, а их было четверо. Со слов бабы Нюры, так и сказал: "Ань, не увидимся скорее всего уж более!"
Честно скажу, точно не помню в какой временной промежуток. Но у бабы Нюры из четырех дочек остались в живых только две. Одна дочка умерла от воспаления лёгких. А другая сварилась заживо. Упала в чан с кипятящемся бельем. Не знаю, как баба Нюра это все пережила. Стальные нервы были. Я никогда не видел могилок этих девочек. И даже не знал их имён. Об этом не говорили. Мама нам с сестрой тихонько об этом рассказывала шепотом. Но у прабабушки мы ничего не спрашивали. Однако всю жизнь баба Нюра следила, чтобы мы подальше были от огня, кипящих кастрюль и подобных вещей и всегда следила, чтобы тепло одевались. Боялась простуды, сквозняков и воспалений лёгких.
Строгой была, но доброй. Шикарно умела гадать на игральных картах. В последствии этот дар перешёл и к матери.
Посему, воспитание я получил хорошее. Не с особыми перегибами, но и не был хулиганом, уличным мальчишкой. Однако всегда был ребенком "из-под Тишка"!
Однажды, был ещё малой, решил вылупить из яйца цыпленка. Как же это сделать? А раньше, как, собственно, и сейчас, в старых домах Колясочных не было. Но! Было место под лестницей у выхода из подъезда. Там часто коляски ставили, велосипеды соседи. И вот… я маленький. С идеей "фикс". Узрел этот источник "Вылупления" цыплят. В один из дней, я взял из холодильника яйцо. Идя на улицу для прогулки. Поравнявшись с коляской, посмотрев по сторонам и никого не обнаружив, я аккуратно яичко положил под подушку в коляске. "Миссия завершена!" – мог бы подумать я тогда. И так оно и было. С весёлым и довольным сердцем я бежал гулять.
Естественно, по возвращению с прогулки, яйца в коляске я не обнаруживал. Что-то меня смущало во всей этой схеме… Но! Цыплёнок вылупился и убежал. И мне все же хотелось увидеть этого желтенького. На следующий день я вновь брал яйцо и клал в кроватку. И этот цикл повторялся ещё не раз.
Спустя какое-то короткое время я услышал разговор соседки и бабушки.
– На нас колдуют! – Ревела она во все слезы. – Который раз находим в колясочке яйцо.
Вот тогда мне стало все ясно и понятно! Было смешно. Очень смешно. До сих пор смешно! Но… Колдовать перестали!
В иной раз я был "Кентервильским приведением". Когда соседи по общежитию привезли американские фирменные джинсы. Зависть висела в воздухе очень плотно. Я этого не понимал, им завидовали и ругали. И, конечно же, не нашлось человека, кроме меня, кто все эти слова зависти решил воплотить в жизнь. Я взял лезвие и пошел их "подрезать"! Резал. Скандал был неимоверный. Брал чернила из стержня шариковой ручки и пачкал стиранные джинсы. Я считал, что поступаю искренне верно и справедливо.
Так я рос и возрастал в понимании окружающего меня мира с субъективной точки зрения.
В десять лет с родителями попал на христианские богослужения. Это была пятидесятническая протестантская христианская церковь, где впервые познакомился с духовным миром.
Придя со службы в вооружённых силах, стал посещать церковь пятидесятнической общины, где и познакомился со многими духовными воздействиями на реальность и человека. Стал учиться на разных христианских курсах.
Спустя некоторое время мне доверили служение и проповедь. Сначала на молодёжном служении, потом в служении реабилитации наркозависимых, и затем уже за кафедрой на церковном богослужении. Вскоре стал христианским лидером и пастором. В общем итоге верил в Христа более двадцати пяти лет. Из них девять лет имел опыт священнического служения пастором. Крестил водой, исцелял больных, изгонял бесов, исповедовал. Прочитал и изучил библию целиком более ста пятидесяти раз. Русский, древнерусский, английский, греческий, иврит – немногие языки, на которых читал писание в оригинале.
С две тысячи пятнадцатого года мой духовный путь в христианстве кардинально меняется. И я обратил свой взор на Славянское язычество. Стал постигать русских Богов, древние сказки, славяно-арийские веды, Велесову книгу. Начал изучать Сварога, Велеса Макошь, Ладу, Перуна, Семаргла, Чура, Купалу, многих других славянских Богов и Богинь.
С две тысячи семнадцатого года проходил обучения у различных сильных южных шаманов и северных колдунов. В таком обучении прошел инициацию и получил колдовское имя. С две тысячи двадцатого года являюсь славянским жрецом. Провожу различные обряды. Автор книги «Тропами Великого Леса славянской веры».
Так кто я такой?
Никто! Я много работал, много трудился. Занимал различные социальные роли. Я был для кого-то всем, для кого-то никем. Потом всё менялось. И для тех, кому я был всем – внезапно, я становился никем. За свою жизнь я прожил множество жизней. Видел не видимое и познавал не познанное. У меня нет образования. Нет наследства. Нет имени и имения. Я много, где жил и много, где был.
Одно я знаю точно! Я тот, кто должен написать эту книгу и рассказать эти истории всем!
И я это делаю. Ибо Я То!
Эта книга делится на две части.
Первая часть – художественная. В ней вы узнаете исключительно новую историю сотворения мира. Появления Богов. События развития различных форм жизни в нашей огромной вселенной. Предысторию Творения Реальности Сейчас.
Вторая часть научно-эзотерические исследования, помогающие человеку стать богом на земле. Разъясняющие принципы догматики Хомотеизма.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.
Предыстория
Предыстория. Часть I. Миры.
Однажды, давным-давно… Именно так начинаются все сказки и древние истории…
Но наша история ещё древней. Она древней самой древности. Однажды, конечно, она произошла, однако, может и не однажды. Точнее может и не единожды. Наверно циклично. И скорее всего не так давным и давно, это и было… а вернее всего это было, есть и грядет! Так кажется, в одной книге написано было. Это происходило миллиарды лет назад в других, древних мирах! Это происходит сейчас, в нашем мире и нашей реальности. И это должно будет произойти ещё и ещё, и ещё много-много раз! Ведь все это лишь тень, падающая на нас. Ведь мы лишь тени иных миров, времён и культур.
Вот так вот все запутано, и вот так вот все ясно!
Когда-то, миллионы лет назад, а может быть и 40 лет назад, а может быть и три месяца назад, а может всему этому ещё предстоит произойти, жила была одна мультивселенная! Ну как одна? Она же мульти. Мульти, не значит мультяшная. Мульти – бесконечное множество вариантов вселенных, которые хотя бы одним касанием соприкасаются с центральной фигурой этих вселенных – их происхождения.
Была эта мультивселенная на самом краю бытия. На том месте, где за краем бытия могла существовать лишь сама Скверна. Субстанция, которая не принадлежит не одному известному или даже неизвестному миру. То, во что превращается все живое после окончания его бытия. И так уж вот каким-то образом все в мире сложилось, что по краю всех мультивселенных, по краю всех миров находится великий обрыв. Обрыв в эту самую неизвестную Скверну. А неизвестная она потому, что обследовать ее никому не можно. По той простой причине, что все погибают лишь приближаясь к ней. И все боятся эту скверну. И высшие боги, и низшие и демоны, и силы – все. Для всех она – смерть конечная. Не преобразование, а именно смерть конечная.
Неведомо, как так вышло, как так случилось, что на обрыве всех миров и галактик, и вселенных и мультивселенных, (что бы в дальнейшем как-то обозначить весь мир, давайте назовем его между собой так: ОГМИР – Огромный мир. Он то и будет включать в себя все все все все вселенные, миры, мультивселенных, мульти миры, все живое и неживое, все существующее во всех измерениях), по краю Огмира образовался свой мир, своя вселенная, со своими разветвлениями и парадоксами. Так ее и назвали: мир Обрыва или мультивселенная Обрыва. И лишь она одна смогла граничить и каким-то невероятным образом контачить со скверной. И уж абсолютно непонятно и неизвестно каким образом в этой мультивселенной обрыва образовался или, если хотите, родился свой Бог. Так его и звали все: Бог Обрыва. Он был крайне непонятным и экстравагантным богом. Ещё бы, попробуйте сосуществовать бесконечное количество времен вместе со Скверной. Наблюдать процессы безвозвратной гибели. Не все боги могут такое вынести. Более того, никто из живших, живущих и грядущих богов Огмира не могли, не могут и не смогут этого вынести. Кроме него. Ведь в нем, в его естестве находились частички самой скверны. Бог обрыва был отчасти соткан или переплетен со скверной. Со смертью, от которой нельзя родиться.