Алексей Андрианов – Формула Алисы (воздух, который кусается) (страница 2)

Вернувшись в деревню, Андрей долго не выходил из машины. Он смотрел на свои огрубевшие руки, потом на тихий дом, где в окне горела керосиновая лампа. Контраст между миром, который умирал там, за лесом, и этим хрупким покоем был невыносим. Он понял: его «обычная жизнь» не просто закончилась – она сгорела дотла. И теперь его задача – не просто «чинить заборы», а готовиться к тому моменту, когда хаос доберется и до их калитки.

Глава 4.

Дорога к госпиталю заняла гораздо больше времени, чем Андрей рассчитывал. Старенький «УАЗ» дяди Дениса капризничал, а на импровизированных постах из местных жителей, вооруженных чем попало – от старых берданок до арматуры, – приходилось подолгу объяснять, куда и зачем он едет. Мир сжался до размеров отдельных деревень, каждая из которых превратилась в маленькую крепость, подозрительно взирающую на любого чужака.

Госпиталь, развернутый на базе санатория «Сосновый бор», возник перед Андреем внезапно. Раньше это было место отдыха: белые колонны главного корпуса, резные скамейки, сосны-великаны. Теперь пейзаж напоминал зону боевых действий. Газоны были безжалостно перепаханы колесами тяжелых грузовиков, повсюду тянулись оранжевые ленты зон отчуждения, а вместо отдыхающих по дорожкам перемещались люди в бесформенных защитных комбинезонах, похожие на инопланетян.

Андрей заглушил мотор. Тишина, наступившая после рокота двигателя, была тяжелой. Он долго сидел в кабине, сжимая руль. В кармане лежало письмо от матери – помятый конверт, в котором она умоляла отца беречь себя. Андрей чувствовал себя самозванцем. Что он скажет отцу? Что он, взрослый парень, просто «привез письмо», пока старик спасает сотни жизней?

Он вышел из машины, натянул марлевую повязку, которая уже через минуту стала влажной от дыхания. Воздух здесь был пропитан резким, до рези в глазах, запахом хлорной извести и сгоревшего дизеля.

– Стой! Куда? – дорогу преградил рослый парень в камуфляжной куртке с повязкой «Дружина».

– Я к доктору Романову. Виктору Сергеевичу. Я его сын, – Андрей протянул паспорт.

Дружинник долго изучал документ, потом сплюнул на землю.

– Романов на выезде, в Заречье. Там вспышка в интернате. Будет к ночи, если вообще будет. Проходи в приемный, может, там кто знает точнее. Но под ногами не путайся, парень. У нас тут не дискотека.

Андрей шел по коридорам главного корпуса, и внутри него всё переворачивалось. Это было не то здание, которое он помнил по детским поездкам в санаторий. Обои облезли, полы были застелены грязным полиэтиленом. Вдоль стен на матрасах лежали люди. Те, кому не хватило коек. Стоны, приглушенный кашель и монотонный писк каких-то приборов сливались в единый гул, от которого хотелось заткнуть уши.

Он остановился у дверей бывшего банкетного зала, превращенного в изолятор. Там, среди хаоса перевернутой мебели и штативов с капельницами, он увидел её.

Она стояла у окна, спиной к нему, и пыталась открыть тугую раму. Её фигура в тонком синем хирургическом костюме казалась почти прозрачной на фоне яркого дневного света. Плечи её мелко подрагивали – нет, она не плакала, она просто пыталась приложить усилие, которое было ей не под силу.

Андрей подошел ближе. Ботинки скрипнули по полиэтилену. Она резко обернулась.

На её лице, бледном до синевы, четко выделялись следы от очков и респиратора – красные, вдавленные в кожу борозды. Волосы, когда-то, вероятно, пышные и светлые, были безжалостно стянуты в тугой узел на затылке. Но глаза… Андрей никогда не видел таких глаз. Темно-серые, огромные, они смотрели не на него, а как будто сквозь, оценивая уровень опасности.

– Ты новенький? – голос её был низким, надтреснутым, словно она долго кричала или не спала несколько суток.

– Нет, я… я ищу отца. Виктора Сергеевича.

– А, Романов-младший, – она едва заметно расслабилась, но рука по-прежнему сжимала подоконник. – Я Алиса. Старшая медсестра этого отделения. И раз уж ты здесь и у тебя есть руки – помоги.

Она не спрашивала. Она приказывала. Андрей молча подошел и одним резким движением рванул оконную раму. В комнату ворвался свежий, хвойный воздух, немного разбавив тяжелый дух болезни.

– Спасибо, – коротко бросила она. – Здесь все помогают. Иначе нельзя. Если просто стоять и смотреть – сойдешь с ума быстрее, чем подхватишь вирус.

Она прошла мимо него к ряду коек. Её движения были лишены изящества, они были чисто функциональными, экономичными. Андрей невольно последовал за ней.

– Смотри, – Алиса остановилась у кровати, где метался маленький мальчик лет шести. – Это Егор. Его привезли вчера из поселка. Температура под сорок, бред. Его мать в другом корпусе, в тяжелом состоянии. Он думает, что за ним пришел «черный человек».

Она опустилась на колени прямо на грязный пол рядом с кроватью. В этот момент она преобразилась. Жесткая, колючая медсестра исчезла.

– Егорушка, слышишь меня? – она коснулась его лба рукой в резиновой перчатке. – Это я, Алиса. Помнишь, мы договаривались? «Черный человек» ушел, я его прогнала.

Мальчик всхлипнул, приоткрыв затуманенные глаза.

– Он… он за дверью?

– Нет, – Алиса улыбнулась, и эта улыбка, едва заметная под маской, показалась Андрею самым прекрасным и печальным зрелищем в мире. – Он испугался этого высокого парня, который пришел мне помогать. Видишь, какой он сильный?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.