Алексей Алфёров – Бесконечное лето и Потерянная брошь. Книга шестая – Король снов (страница 4)

И мне вдруг стало легче. Мы ещё молоды. Нам бы вот так – дурачиться, бегать по воде, а не думать о сложных вещах вроде любви, выбора и последствий. Смех заглушил тревогу. Так продолжалось, пока над лагерем не протрубил горн. Мы замерли почти одновременно.

– Вот и ужин, – объявила Славя, возвращаясь к своему привычному тону. – Обуваемся. И надо показать Семёну, где у нас пионеры кушают.

Мы вышли из воды, стряхнули песок, обулись и направились к столовой. Взяв подносы и еду, уселись за один стол. Я посмотрел на конфеты – пять штук, шоколадные, по ГОСТу. Хм. В этот раз их никто не успел стащить. Значит, Ульяна не провернула свою операцию в столовой, и нам не придётся тащить её в медпункт. Прогресс. Я принялся есть, как и девочки. Но вскоре рядом со мной с шумом и важным видом плюхнулась Ульяна. Как говорится, вспомним и вот оно.

– Снова здорова! – объявила она. – О, вижу, у нас новенький появился. Тебя как зовут?

– Семён, – ответил я.

– А это Ульяна, – сказала Алиса. – Главная заноза в заднице лагеря. И по совместительству моя соседка.

– Эй! – возмутилась Ульяна. – На себя посмотри! Я ведь обижусь и жучков тебе под простыню подкину. Чтобы ты своей задницей ощутила, что я та еще заноза.

– Только не говори, что ты опять их насобирала, – вздохнула Алиса. – Помни что я тебе сказала: дома их не хранить. Увижу хоть одного – голову оторву и скормлю тем же птицам под окном, которых ты прикармливаешь.

– А где мне их тогда хранить? Они же разбегутся! – искренне возмутилась Ульяна.

– В носок собери. Завяжи и повесь куда-нибудь на ветку.

– Отличная идея! – оживилась Ульяна. – Как раз твой носок и возьму. Там дырочки есть – на дереве будет выглядеть как кормушка.

– Мелкая… сейчас договоришься, – прищурилась Алиса.

– Всё-всё, сдаюсь! – подняла руки Ульяна.

Девочки рассмеялись. А потом Ульяна вдруг посмотрела на меня внимательнее.

– Эй… а у тебя лицо знакомое. Будто я тебя уже видела. И имя тоже… только не помню где.

Я замер. Есть ли в этом связь? Она ведь тогда помнила Женю. Может, у неё память цепляется за что-то, даже сквозь откат?

– Значит, я тебе знаком? – осторожно спросил я.

– Ну да… но не могу вспомнить. Ты случайно не играешь в футбол? Может, я тебя на чемпионате между школ видела?

– Играл когда-то, – пожал я плечами. – Но в ваших соревнованиях не участвовал.

– Хм… логично. Я обычно всех помню, кому задницу надирала, – ухмыльнулась Ульяна.

Девочки снова засмеялись. Мы продолжили есть, но Ульяна вдруг посмотрела куда-то в сторону и протянула:

– Смотрите… а вот и наша сладкая парочка в столовую пожаловала.

Я обернулся вместе со всеми. И правда – Серёжа и Женя вошли почти плечом к плечу. Взяли подносы, набрали еду и ушли в угол, чуть ли не касаясь друг друга руками.

Смотреть на это было неприятно. Больно – если честно. Но сделать я ничего не мог. Девочки хмыкнули и продолжили есть. А я вдруг заметил, что рядом со мной пусто.

Ульяны не было. Как и моих конфет. Я уставился на опустевшее место, словно не верил глазам.

– Обидно, да? – ухмыльнулась Алиса. – Запомни: зевать тут нельзя. И можешь не бежать за ней – не догонишь.

– Она опять… и ещё у новенького решила конфеты украсть? – нахмурилась Славя. – Вот ей влетит. Надо Ольге Дмитриевне рассказать.

– Настучать решила? – фыркнула Алиса.

– Тише вы, – вмешался я. – Не надо никому рассказывать. Сам виноват. Обойдусь без конфет.

– Но так нельзя, – возразила Славя. – Это были твои конфеты.

Я махнул рукой.

– Да я их вообще не люблю. Я уже не маленький. Перерос, скажем так.

Сказал спокойно. Хотя, если честно, было обидно. Не из-за сладкого. А из-за повторения. Опять не успел попробовать. И всё же я не хотел, чтобы Ульяне влетело. Как ни крути, тогда она была моим другом. Первой, кто вытащил меня из беды.

Я опустил взгляд в тарелку. Иногда лучше лишиться конфет, чем союзника. Мы доели молча. Потом встали и вышли из столовой.

Лена и Алиса попрощались и разошлись по своим делам. Славя осталась рядом и осторожно спросила:

– Семён, у нас ещё есть время. Хочешь, я покажу тебе что-нибудь ещё?

Я задумался.

Показывать, по сути, было уже нечего. Разве что прачечную. Но дело было не в этом. Я видел, как она снова начинает держаться ближе ко мне. Как в прошлой версии. И если позволить – всё может покатиться по тому, же сценарию которое, было в седьмом дне.

Беременность. Обвинения. Разбитые нервы. Нет. Этого допускать нельзя.

– Знаешь, я, наверное, уже никуда не пойду, – спокойно сказал я. – День был долгий. Поездка вымотала. Хочу пораньше лечь, отдохнуть. Надеюсь, ты не обидишься.

– Почему я должна обижаться? – мягко ответила Славя. – Я понимаю, ты устал. Тогда давай я тебя до дома провожу. Вдруг потеряешься.

– Да ладно тебе. Лагерь не такой уж большой. Я всё запомнил. Дойду сам. А ты… можешь заняться тем, что хотела.

Она на секунду замялась, но кивнула.

– Хорошо. Тогда я, пожалуй, на пляж схожу. Всё-таки искупаюсь. А ты смотри не потеряйся, ладно?

– Не потеряюсь. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – улыбнулась она.

Мы разошлись.

Я направился к площади и по дороге сел на лавку. Лагерь постепенно темнел. Пионеров становилось всё меньше. Смех редел. Воздух остывал. И тут я увидел их. Через площадь шли Серёжа и Женя. Всё так же рядом. Почти касаясь руками. По пути Женя посмотрела в мою сторону. И в её взгляде снова мелькнуло что-то странное. Это была она. Та самая. Та, что называла меня любимым. Та, чьё дыхание я чувствовал за спиной.

Но почему она идёт с ним? Почему так легко? Она ведь говорила, что боится потерять кого-то, не насладившись моментом. Так почему не дождалась? Всего неделю. Всего одну неделю.

Они свернули к библиотеке. Я просидел ещё пару минут. Пытался убедить себя, что это не моё дело. Что это новый цикл. Что всё иначе. Но внутри всё равно свербело. И я поднялся. Пошёл к библиотеке. Потому что, как бы ни хотелось сделать вид, что мне всё равно, – разобраться мне было нужно.

Я подошёл к библиотеке, но внутрь не вошёл. Сразу свернул за здание – почти был уверен, что они там курят. За углом сидел Серёжа. Один. Увидев меня, он вздрогнул.

– Семён?

– Ещё раз привет. Женя там? – спросил я, кивнув в сторону библиотеки.

Он молча кивнул.

– Посиди минуту. Мне нужно с ней поговорить.

Я вошёл через задний вход. Внутри было темно. Свет не включён. Тишина давила на уши.

– Женя? – тихо позвал я.

Ответом стал шорох.

А потом – тень. Я едва успел увернуться, и книга с глухим стуком врезалась в стену.

– Я знала, что ты придёшь! – раздался её голос.

Вторая книга полетела в меня.

– Знала, что ты именно сейчас сюда заявишься! Я ждала тебя с другой стороны… а ты опять всё испортил! Как и тогда!

Третья книга пролетела мимо.

– Женя, почему? – только и успел сказать я.

– Это я должна спрашивать – почему! Почему ты меня тогда бросил? Почему я снова очнулась здесь? Что ты сделал?!