Алексей Александров – Первый раскол (страница 3)

Ей не княгиней стоило родиться, а наёмной убийцей – имела бы успех. Впрочем, Дивия и так не жалуется.

- Что молчишь? С той тайной встречи с лассом Маром. Ты сам не свой. Что он тебе такого сказал?

- Ты его узнала? – удивился я. До этого момента Дивия называла нашего неожиданного «гостя» просто странным типом. Не показывая своей осведомлённости касательно его личности.

- Знай врага своего, как самого себя. Можно лучше, - подтвердила она и вновь наставительно спросила: - Так о чём вы там ворковали?

Этот вопрос, заданный в разной форме, за эти два дня я слышал из её уст не меньше десяти раз. Обычно игнорировал, но сегодня почему-то решил ответить.

- Хотел, чтобы такой замечательный я перешёл на правильную сторону. Золота мне обещал, титул громкий, жену красавицу и трёх наложниц. – Кто скажет, что это неправда? Что-то подобное ласс Абхор Мар и обещал.

- И ты отказался от такого счастья? – глаза Диви расширились в притворном изумлении.

- Кто сказал, что я отказался? Думаю, размышляю…

В её тонких, но сильных ручках появился кривой кинжал. Демонстративно проведя пальцем вдоль лезвия, она деловито почистила острием ногти левой руки.

Намёк понятен. Не стоит испытывать её терпение такими шутками. Дивия не понаслышке знакома с предательством и не любит шуток на эту тему.

Она - огонь, с которым тепло, но который с лёгкостью может обжечь. А то и спалить дотла.

- … как бы помягче отказать, - закончил я, как ни в чём не бывало.

Дивия небрежным жестом убрала кинжал обратно в ножны, заткнутые за яркий парчовый кушак.

- Великогартцам нельзя доверять, - тихо и серьёзно сказала она. - Их слова сладки, но это ядовитый мёд. Обещания, договоры, клятвы – для них они не имеют значения. Предадут и обязательно нарушат, когда придёт время.

Тут она не совсем права или совсем неправа. Все политики таковы, как и политика. Благородство, честность, верность данному слову - это все хорошо для книжных страниц, либо для пропаганды, не для политики. Обмани сам или обманут тебя – вот её непреложный закон.

- Знаю, - кивнул я, не став разочаровывать её лишними умствованиями, и погладил по волосам.

Перехватив мою руку, Дивия придирчиво изучила ладонь, а затем с подозрением посмотрела на меня.

- Ты часом не помирать собрался? Задумчивость, внезапные приступы столь несвойственной тебе нежности.

- Ночами я недостаточно нежен? – Она как всегда сумела меня расшевелить, слегка потоптавшись по моему самолюбию. – Никто пока что не жаловался.

- Кто такие эти наглые «никто»? Их много? – заинтересованно протянула Дивия. – Я их знаю? Имена? Где живут… пока?

- Слишком много, чтобы я помнил.

Раздражённо прошипев, она хоть и шутливо, но довольно болезненно ткнула меня кулаком в плечо.

- Ты знаешь, о чём я говорю, - добавила княгиня, вновь покосившись на мои руки. – С тобой творится что-то не то. Что дальше? Признания в любви? Прогулки под луной и чтение стихов собственного сочинения?

- Из меня плохой поэт. Лучше захватить парочку городов.

- Тоже неплохой вариант, - важно кивнула она. – Видишь, ты умеешь красиво ухаживать. Но демонстрируешь эти умения непозволительно редко.

Я криво усмехнулся, проведя пальцами по её волосам. Огонь, обжигающе горячий, опасный, но вместе с тем согревающий, будоражащий кровь.

Жаль, что у нас с ней нет будущего. Только короткий миг настоящего.

Я знал это с самого начала. Гнал от себя эту мысль. Даже строил определённые планы... но это знание никуда не уходило, просто трусливо пряталось где-то у меня в подсознании за воздушными замками пустых иллюзий.

Мы слишком разные и вместе с тем чем-то очень похожи, поэтому так легко сошлись. Мы оба верим в долг, но у каждого из нас он свой.

Моя душа принадлежит Эдану.

Хороша империя или плоха, но она – моя родина, со всеми присущими ей достоинствами и недостатками. Другой не будет! Свой глупый выбор я сделал ещё в той жизни, и менять его не намерен. Могу спорить сам с собой, строить планы, в которых нет места Эдану. Но это самообман. Иллюзия выбора, которого я себе не позволю.

Душа Диви – Дхивал. А вернее его маленькая часть под названием Талхал и Ховран. Ей нужно возрождать своё княжество, дать своим людям дом, землю и надежду вместо вечной войны.

Кто-то скажет, что отступление Компании временное и будет прав. Но несколько лет худого мира лучше этих же лет доброй войны. Время – лучший экзаменатор. Расслабишься, потеряешь его зря - падешь. Используешь себе на пользу, станешь сильным… Княжеств в Дхивале много. Компания найдёт себе беззащитную цель побогаче потерянных земель.

Я могу позвать её с собой. Более того, обязательно это сделаю, но уже предвижу ответ. И было бы наглой ложью заявить, что мне ничуть не жаль.

Будь мы немного другими людьми, встретившимися при немного других обстоятельствах, у нас могло получиться. Но мы те, кто мы есть.

Глава 2 Поставленная точка

Словно поддавшись скорбному моменту, серое небо плакало мелким дождём.

Обитый бархатом гроб из красного дерева, тяжёлый, словно общая вина, осторожно опустили на лафет, накрыв полотнищем императорского штандарта с коронованными драконами. Шестерка запряженных попарно лошадей с чёрными султанами тронулась вперёд по булыжной мостовой, шлёпая колёсами по начавшимся скапливаться лужам.

Покинув территорию дворца, Суман Второй отправлялся в короткое путешествие к новому и последнему пристанищу - фамильной гробнице в Садах Забвения. Именно на этом древнем кладбище, расположенном рядом с историческим центром города, традиционно покоились все члены императорской фамилии рода Олн. Или те, кто считались таковыми.

Заполненные людьми улицы безмолвствовали. Кто-то скорбел, возможно, искренне. Кто-то смотрел с внимательным любопытством. Не каждый день хоронят императоров. Другие наблюдали с явным испугом перед будущим, который явственно читался на их лицах. Встречались и полные плохо скрываемой радости, злые взгляды. Не было лишь равнодушных. Все люди, собравшиеся в этот воистину пасмурный для столицы день проводить императора последний путь, понимали – ушел не просто человек, император и правитель. С Суманом Вторым уходила целая эпоха. Хорошая или плохая – о том потом историки расскажут. Но эпоха!

Участвуя в скорбной процессии, Александр Ранк поймал себя на мысли, что если кто-то хочет полностью обезглавить империю, то лучшего места и времени ему не найти. Императорская семья, во всём своем многочисленном разнообразии, герцоги, маркграфы пограничья, все самые влиятельные люди империи практически полным составом старших ветвей прибыли отдать последнюю дань уважения мёртвому правителю империи Эдан.

Один взрыв или удар малым кругом - многоголовый зверь власти Эдана лишится всех голов, без возможности отрастить их вновь.

Именно поэтому от охраны не протолкнуться, а на улицах города, по которым двигалась траурная процессия, хватало не только латников, но и паро-магических големов императорской гвардии.

Да, разом убить такое количество не самых слабых магов довольно проблематично. Но кто сказал, что подобное невозможно? Попытка взорвать фольхстаг наглядно показала, что враг довольно искусен.

Но покушения не будет. Это Александр Ранк осознавал чётко. Не из-за усиленных мер безопасности и сложности. Хотя они никогда не бывают лишними. Такие акции следует готовить заранее, а смерть императора произошла слишком внезапно. И бывший глава «чёрных» подозревал – настоящий виновник отравления не из числа любителей «переделать мир к лучшему»… взрывая влиятельных сановников. Он находится где-то здесь, прячется среди самых высокопоставленных гостей. Возможно, такой виновник в толпе не один, и их больше чем два-три.

Ищи, кому выгодно - любил говорить ему отец. А человек, переживший десятки покушений, имел в этом деле некоторый «скромный», но довольно болезненный опыт. Но в том-то и проблема - смерть императора стала выгодна слишком многим, чтобы круг подозреваемых можно было назвать узким.

Вне подозрений разве что первый и третий принцы. Да и большую часть императорского рода можно исключить. Суман Второй излишне щедро раздал слишком много прежде сосредоточенных в его руках полномочий фольхам, чтобы кто-то из наследников был одержим престолом. Отказываться они, разумеется, не станут. Бороться будут. Столько ждали! Все силы к этому приложат – так воспитаны. Но убивать ради этого сомнительного удовольствия отца…

Нет! Власть императора – не награда, а бремя. Принцам это отлично известно.

Отношения с отцом, как и друг с другом, у них были сложными, но не враждебными. Особой любовью там и не пахло. Но и ненависти не наблюдалось. Не самый плохой расклад, когда речь идёт о такой непростой семье.

Нет, это точно не Сандор или Ронг.

А вот насчёт их окружения, особенно из числа приближённых кого-то из девяти герцогов, Александр такого сказать не мог.

С одной стороны, Суман Второй старым фольхским семьям не очень-то и мешал. Часто шёл на уступки. По его собственным словам - ослаблял излишне закрученные Станом Ранком гайки. Сбрасывал лишний пар, чтобы паровой котел империи не разорвало.

У Александра на этот счёт было иное мнение. Именно оно в конце-то концов привело к разрыву и долгой ссоре между императором и вторым железным маркграфом. Они – дети своего отца. И оба были слишком гордыми и упрямыми, чтобы уступить…